Пока ты плачешь

В чем только теплится душа, зима который месяц к ряду.
Двойные рамы продышать труднее, чем дышать на ладан.
Нет силы отвести глаза от кованых узоров окон, лишь постепенно замерзать, заматываясь в сон, как в кокон. Спеленутый, как фараон, рулоном глянцевой бумаги, ты спишь и видишь третий сон в своем хрустальном саркофаге. Спи, летаргические сны смотри на окнах ненаглядных, за пазухой большой страны, под языком с таблеткой мятной. В пыли снотворной, ледяной спи, сон твой слаще люминала, бездонный, медленный, цветной, как карандаш внутри пенала. Спи, погружаясь с головой в коробку «Сакко и Ванцетти». У снегопада под полой все сны, что есть на этом свете. В одном из них твоя душа, укрыта одеялом ватным, глядит сквозь слезы, не дыша, как с перочинного ножа летит на белый-белый ватман цветная пыль карандаша.

В переулке под фонарною белесою луной Хоровод водили девочки-снежинки, В проводах резвился ветер, ах, мальчишка озорной, Крыш оркестр играл на этой вечеринке, С неба сыпал жемчуг щедрый капельмейстер-небосвод, И дома друг другу окнами моргали, Прошлогодний лист ворвался в Новый год И ему снежинки в вальсе помогали. Полусонный город мерно, в такт покачивал мосты, На щеках зари лишь проступал румянец, И покуда мостовые будут все еще пусты - Будет вечно длиться этот белый танец.

Мы, постигая жизни суету, Порой ни капли душу не жалеем. Не видим и не ценим доброту, Особенно, когда мы рядом с нею. И нежных слов не скажем лишний раз. И не боимся ближнего обидеть. Мы осуждаем чувства напоказ, Их сути не поняв и не увидев. Но иногда нам так недостаёт Улыбки светлой, ласкового взгляда И той любви, которая не в счёт, Особенно, когда мы с нею рядом.
Александр Булынко Я СЛИШКОМ  СТАР ДЛЯ РОК-Н-РОЛЛА
Я вспоминаю то, что было –
· Как рок-н-ролл нас захлестнул, Неимовернейшая сила, Стихия, где я утонул. Здесь мы, в конце шестидесятых, С гитарой - не на что смотреть, В джинсе потертой и в заплатах Старались песни «Битлз» петь. Друг-гитарист, игравший соло, Мне показал аккордов пять: - Ты не дорос до рок-н-ролла, Но  “Can't Buy Me Love”* пойдем играть! Наш самодельный усилитель Пищал, фонил и клокотал, А завуч наш и мой учитель От шума уши затыкал.   Девчонка из соседней школы Успела в ушко прошептать: - Ты слишком груб для рок-н-ролла, Но нежен, чтоб меня обнять! А мы, патлатые  ребята, Старались из последних сил Потом призвали нас в солдаты, И драйв другой я уловил. Меня остригли поневоле - Гитару сдай! - сказал комбат. - Забудь, солдат, о рок-н-ролле И дал мне в руки автомат. Мы пели песню строевую, Про «две зимы, про две весны», А рок-н-ролл напропалую, Сверлил мальчишечьи умы. Когда мы скинули погоны, То на гражданке, в тот же час, Наш рок-н-ролл неугомонный По риффам вновь вернулся в нас. Мне заявил басист Тяжелый, С которым начал блюз играть: – Ты слишком пьян от рок-н-ролла, Пойдем с мной "попсу лабать"*! Но я разбил свой Stratocaster * О рожи тех, кто думал так, Я понял –  истинное счастье Не продается за пятак. Я вспоминаю то, что было – Как рок-н-ролл нас захлестнул - Неимовернейшая сила, Стихия, где я утонул,  И жизни бешенной приколы – Искать, терять и вновь любить Я слишком стар для рок-н-ролла, Но молод, чтоб с ним дальше жить
15

Приложенные файлы

  • doc 26699405
    Размер файла: 26 kB Загрузок: 0

Добавить комментарий