СОДЕРЖАНИЕ ЛЕКЦИЙ

УДК 811.112.2’25(075.8)
ббк 81.2Нем-7-923
А85



Рекомендовано Ученым советом
факультета международных отношений
29 апреля 2009 г., протокол № 9



Рецензент
кандидат филологических наук, доцент В. А. Шевцова









Арсентьева, М. Ф.
А85
Теория и практика перевода (немецкий язык): курс лекций / М. Ф. Арсентьева, О. В. Васильева, Я. Р. Зинченко. – Минск : БГУ, 2009. – 103 с.

Курс лекций по теории и практике перевода (немецкий язык) является составной частью учебно-методического комплекса по дисциплине «Теория и практика перевода: современный немецкий язык» и включает семь базовых лекций по основам перевода. После каждой лекции следует список литературы, вопросы для контроля и задания для самостоятельной контролируемой работы (КСР).
Предназначено для студентов факультета международных отношений БГУ, изучающих немецкий язык как первый иностранный.

УДК 811.112.2’25(075.8)
ббк 81.2Нем-7-923

© бгу, 2009






СОДЕРЖАНИЕ

Введение.

5


Лекция 1: СОВРЕМЕННОЕ ПЕРЕВОДОВЕДЕНИЕ И Классификация видов перевода, СОДЕРЖАНИЕ И ЭТАПЫ ПРОЦЕССА ПЕРЕВОДА
1.1. Переводоведение на современном этапе. .
1.2. Проблема дефиниции термина «перевод». ...
1.3. Перевод как профессиональная деятельность. .
1.4. Классификации видов перевода.
1.5. Виды устного и письменного перевода.
Вопросы для контроля
Задания для самостоятельной контролируемой работы..
1.6. Содержание и этапы процесса перевода. ..
1.7. Предпереводческий анализ. ...
1.8. Оценка перевода и переводческие ошибки..
Вопросы для контроля
Задания для самостоятельной контролируемой работы..
Литература



6
7
9
10
14
15
15
16
18
20
22
22

22


Лекция 2: ПЕРЕВОД КАК АКТ МЕЖЪЯЗЫКОВОЙ КОММУНИКАЦИИ
2.1. Перевод как вид опосредованной коммуникации. ..
2.2. Коммуникативная ценность перевода. .
2.3. Оценочные критерии перевода: адекватность и эквивалентность.
2.4. Перевод как психологический процесс.
2.5. Перевод - особый вид речемыслительной деятельности.
Вопросы для контроля
Задания для самостоятельной контролируемой работы..
Литература


24
25
26
29
30
31
31
31


Лекция 3: СПОСОБЫ И МЕТОДЫ ПЕРЕВОДА
3.1. Знаковый и смысловой способ перевода...
3.2. Метод использования системы записей.
3.3. Метод сегментации текста..
3.4. Метод установления формально-знаковых связей. .
Вопросы для контроля
Задания для самостоятельной контролируемой работы..
Литература.


33
36
40
41
42
42
42


Лекция 4: ВИДЫ ПЕРЕВОДЧЕСКИХ ТРАНСФОРМАЦИЙ
4.1. Понятие «переводческая трансформация»
4.2. Основные виды трансформации.
4.3. Языковые уровни.
4.4. Глубинные трансформации.
Вопросы для контроля
Задания для самостоятельной контролируемой работы..
Литература.


43
43
50
52
54
54
55




Лекция 5: ВИДЫ СОДЕРЖАНИЯ, ЯЗЫКОВАЯ НОРМА И УЗУС
5.1. Языковой знак, понятия «денотата», « сигнификата», «коннотации»...
5.2.Семантическое, прагматическое и внутриязыковое содержание.
5.3.Языковая норма и узус.
5.4.Стилистическая окраска языковых единиц
Вопросы для контроля
Задания для самостоятельной контролируемой работы..
Литература.




56
58
62
64
68
68
68


Лекция 6: ПЕРЕВОДЧЕСКИЕ ОШИБКИ
6.1. Межъязыковая и внутриязыковая интерференция...
6.2. «Ложные друзья переводчика»...
6.3. «Ловушки внутренней формы»..
6.4. «Забытые значения» многозначных слов..
6.5. Лексические иносказания
6.6. Несозвучные географические наименования
6.7. Искажения, неточности, неясности
Вопросы для контроля
Задания для самостоятельной контролируемой работы..
Литература.


69
71
73
75
76
78
78
80
80
81


Лекция 7: КЛАССИФИКАЦИЯ ТЕКСТОВ, ИХ СТИЛЕВЫЕ И ЖАНРОВЫЕ ХАРАКТЕРИСТИКИ
7.1. Понятия текстовой типологии
7.2. Транслатологические типы текстов...
7.3. Тексты научного и научно-технического стиля
Вопросы для контроля
Задания для самостоятельной контролируемой работы..
7.4. Тексты газетно-публицистического стиля.
Вопросы для контроля
Задания для самостоятельной контролируемой работы..
7.5. Тексты официально-делового стиля...
Вопросы для контроля
Задания для самостоятельной контролируемой работы..
Литература.



82
83
87
91
91
91
95
95
95
102
102
102














ВВЕДЕНИЕ


Курс лекций по теории и практике перевода является составной частью учебно-методического комплекса по дисциплине «Теория и практика перевода: современный немецкий язык», включает 7 лекций, рассчитан на 14 часов аудиторного времени и предназначен для обучения студентов факультета Международных отношений БГУ, изучающих немецкий язык как первый иностранный, основам современного переводоведения.
Настоящий курс лекций рассматривает общие вопросы теории и практики перевода. Целью курса лекций является ознакомление студентов с основополагающими принципами и понятиями современной теории перевода на основе сравнительного и сопоставительного исследования языков.
Содержание курса нацелено на овладение студентами основными приемами перевода лексико-грамматических и стилистических явлений, не имеющих аналога в иностранном или родном языке; формирование компетентности в вопросах особенностей перевода на уровне лексики, грамматики, стилистики текстов по специальности на немецком языке и их учет при выполнении переводческих операций на русский язык; на формирование навыков работы с текстом оригинала для оптимизации процесса обработки информации с целью перевода (предпереводческий анализ текста) при работе с прессой, оригинальной специальной литературой; с классификациями переводческих приемов и специальных умений перевода.
Курс лекций призван, в том числе, развить кругозор студентов в вопросах лингвистики, повысить их речевую культуру посредством сопоставления немецкого и русского языков в процессе перевода.
Структура настоящего пособия включает: лекции (со списком литературы после каждой лекции), для каждой лекции предусмотрены вопросы для контроля и задания для самостоятельной контролируемой работы.
















Лекция 1

СОВРЕМЕННОЕ ПЕРЕВОДОВЕДЕНИЕ И
Классификация видов перевода.
СОДЕРЖАНИЕ И ЭТАПЫ ПРОЦЕССА ПЕРЕВОДА


1.1. Переводоведение на современном этапе

Современное переводоведение, как самостоятельная научная дисциплина, сформировалось во второй половине ХХ века. Как следствие расширения международных контактов во всех сферах человеческой деятельности возросла потребность в переводе и переводческих услугах. Такое положение вещей стало мощным стимулом для появления школ, занимающихся подготовкой переводчиков.
Сегодня, когда международные контакты являются повсеместной практикой в политике, экономике, культуре, образовании и т.д. переводу отводят особую роль в человеческом обществе и деятельности – функцию межъязыкового и межкультурного посредничества. Это выводит перевод за рамки только языкового общения.
Современные исследования и теоретические труды в области перевода носят междисциплинарный характер, связаны с такими научными дисциплинами как лингвистика, теория языка, история языка, социология, социолингвистика, философия, диалектика, психология, психолингвистика, нейрофизика и физиология мышления и речи, теория деятельности, математическая лингвистика, синергетика, теория коммуникации и информации, теория литературы, история литературы, литературоведение и пр. Данные дисциплины дают необходимый материал для теоретических исследований в области теории и практики перевода.
Переводоведение как научная дисциплина включает большое количество отраслей. Это и общая теория перевода, частная теория перевода, история перевода, отечественное и зарубежное переводоведение, прикладное переводоведение и пр.
Общая теория перевода исследует наиболее общие проблемы теории и практики перевода, имеющие отношение к переводу на различные языки, изучает наиболее общие закономерности перевода, существующие независимо от особенностей конкретной пары языков, участвующих в процессе осуществления переводческой деятельности, от формы, в которой осуществляется этот процесс, и от отличительных черт каждого конкретного переводческого акта.
Частная теория перевода – это самостоятельная научная дисциплина, изучающая особенности перевода в рамках конкретной пары языков. В нашем случае это перевод с немецкого на русский язык и с русского на немецкий язык. Предметом исследований данной дисциплины являются также методы, способы перевода, виды переводческих трансформаций, процесс принятия переводческого решения, лексические, грамматические и пр. трудности перевода с одного языка на другой, критерии оценивания перевода, приемы эффективной обработки текста с целью перевода и пр., с учетом особенностей двух языковых систем.
Специальная теория перевода – раскрывает особенности процесса перевода текстов разных жанров и стилей.
Общая теория перевода дает основные понятия частных и специальных теорий перевода, поэтому знание ее базовых положений является абсолютно необходимым для переводчиков.
Основными задачами теории перевода являются следующие:
описание общелингвистических основ перевода;
определение перевода как объекта исследования;
разработка классификации видов переводческой деятельности;
раскрытие сущности переводческой эквивалентности;
разработка принципов построения частных и специальных теорий перевода;
разработка научного описания действий переводчика по преобразованию текста оригинала в текст перевода;
изучение воздействия прагматических и социальных факторов на процесс перевода;
определение понятия «норма перевода» и разработка принципов оценки качества перевода.
Современное переводоведение сегодня развивается в нескольких направлениях. По мнению И.С. Алексеевой, наиболее перспективными с точки зрения отражения актуальных тенденций в теории и практике перевода, являются следующие отрасли: общая теория перевода, социальная теория перевода, транслатология текста, теория процесса перевода (процессуальная транслатология), теория отдельных видов перевода, научная критика перевода, прикладное переводоведении, гуманитарное осмысление перевода, история перевода, дидактика перевода и пр. (1)

1.2. Проблема дефиниции термина «перевод»

Теория и практика перевода как самостоятельная дисциплина имеет свой терминологический и понятийный аппарат, основополагающим определением которого является сам термин «перевод». Учеными он трактуется различно, в зависимости от того, какая сторона переводческого процесса подвергается научному изучению. Например:
А.В. Федоров: «Перевести – значит выразить верно, и полно средствами одного языка то, что уже выражено средствами другого языка»; « цель перевода – как можно ближе познакомить читателя (или слушателя), не знающего ИЯ (исходного языка), с данным текстом (или содержанием устной речи)».
В.Н. Комиссаров: «Перевод можно определить, как способ обеспечить межъязыковую коммуникации путем создания на ПЯ (переводящем языке) текста, предназначенного для полноправной замены оригинала».
Л.К. Латышев: «Перевод – вид языкового посредничества, общественное предназначение которого заключается в том, чтобы в максимально возможной мере приблизить опосредованную двуязычную коммуникацию по полноте, эффективности и естественности общения к обычной одноязычной коммуникации».
И.С. Алексеева: «Перевод – это деятельность, которая заключается в вариативном перевыражении, перекодировании текста, порожденного на одном языке, в текст на другом языке, осуществляемая переводчиком, который творчески выбирает вариант в зависимости от вариативных ресурсов языка, вида перевода, задач перевода, типа текста и под воздействием собственной индивидуальности; перевод – это также и результат описанной выше деятельности».
По мнению многих исследователей, наиболее полное определение перевода сформулировал известный российский ученый А.Д. Швейцер. По его мнению перевод может быть определен как:
« ( однонаправленный и двухфазный процесс межъязыковой и межкультурной коммуникации, при котором на основе подвергнутого целенаправленному («переводческому») анализу первичного высказывания создается вторичное высказывание (метавысказывание), заменяющее первичное в другой языковой и культурной среде;
( процесс, характеризуемый установкой на передачу коммуникативного эффекта первичного высказывания, частично модифицируемой различиями между двумя языками, двумя культурами и двумя коммуникативными ситуациями» (1, с. 75).
Такая формулировка при всей ее громоздкости, отражает многомерный и многофакторный характер процесса перевода, его отличие от других видов межъязыковой коммуникации, его сложный и противоречивый характер, а также его основной парадокс, который А.Д. Швейцер называет «двойной лояльностью» переводчика – его установкой на «верность» оригиналу и установкой на адресата и норму его культуры.
Как мы видим из определения, перевод рассматривается, с одной стороны, как искусство межъязыковой трансформации, а с другой стороны, как умение найти при оформлении перевода языковые и речевые средства, которые могли бы в данной ситуации предложить адресату информацию, способную продуцировать у него искомый смысл.
Подавляющее большинство ученых сходится на том, что перевод это процесс преобразования высказывания/текста на одном языке в высказывание/текст на другом языке при сохранении относительно неизменным содержания.


1.3. Перевод как профессиональная деятельность

Современное развитие общества, неуклонный рост международных связей, расширяющиеся политические, экономические, общественные, научные и другие контакты выдвигают перед будущим переводчиком новые, более высокие требования. Для специалистов, работающих в области внешних отношений, крайне важно владеть, на ряду с профессиональными знаниями, языковыми навыками и умениями, так же и умениями межъязыковой и межкультурной коммуникации в рамках профессионального, общественно-политического, бытового общения.
Будущий переводчик должен владеть теоретической моделью речемыслительной деятельности перевода. В качестве ее основных компонентов выделяются: взаимообусловленные исходное и конечное высказывания; ситуация порождения исходного высказывания и ситуация перевода; две взаимодействующие культурные среды; две взаимодействующие предметные ситуации; речевая и фоновая ситуации; два языка; ценностная и психологическая ориентация переводчика, определяющая стратегию перевода; коммуникативная интенция исходного высказывания и коммуникативный эффект конечного высказывания.
Переводчик должен владеть методами, способами и приемами перевода, а также системой навыков и умений перевода с одного языка на другой, которая включает:языковые навыки и умения (говорение, аудирование, письмо, чтение); навыки и умения билингва; специальные переводческие навыки и умения (психологические, технологические и технические); навыки и умения различных видов перевода (например, одностороннего, двустороннего, последовательного, перевода с листа и пр.) и др.
Навыки и умения билингва (человека, в равной степени владеющего двумя знаковыми системами) характеризуются способностью быстрой идентификации и прогнозирования языковых и речевых средств, коммуникативного эффекта высказывания, двух культурных сред и т.п.
Психологические переводческие навыки и умения предполагают владение способами мобилизации внимания переводчика в процессе перевода, активизации таких процессов памяти как актуализация, запоминание, сохранение и воспроизведение, предупреждение забывания. Психологические навыки и умения включают также приемы быстрой идентификации коммуникативной ситуации, других важных эмоциональных и мотивационных элементов высказывания, а также навыки и умения переводческого поведения.
Технологические переводческие навыки и умения направлены на выбор и реализацию правильной переводческой стратегии и способа перевода в конкретных обстоятельствах переводческой деятельности, что ведет к верному структурированию конечного высказывания, его тема-рематической организации, интонированию, паузации, благодаря точной ориентации в коммуникативной и предметной ситуациях первичного высказывания.
Технические переводческие навыки и умения включают в себя приемы быстрого фиксирования информации в виде различных знаков и записей, применения универсальных схем-подсказок, уточняющих словарей, энциклопедий, а также навыки и умения использования технических средств (электронной записной книжки с модулем идентификации устной речи, магнитофона, микрофона и т.п.).
Успех деятельности будущего переводчика во многом зависит от систематизации знаний двух языковых систем, без которых невозможен процесс принятия адекватного переводческого решения.
Переводчик должен владеть широкими лингвострановедческими знаниями в рамках двух культур, в которых функционируют два языка; знаниями особенностей конкретных культурных сред, в которых осуществляется общение определенных социальных групп; знаниями социальных норм и традиций, без которых осуществлять перевод представляется затруднительным и неэффективным.
1.4. Классификации видов перевода

Процесс перевода претерпевает изменения в зависимости от условий работы переводчика и характера исходных текстов и зависит и от контактирующих языков. Многообразие процесса перевода порождает несовпадающие по своим характеристикам виды перевода. Всякая научная классификация имеет свою основу деления. С точки зрения категории деятеля в переводе, существует: 1) машинный перевод и 2) перевод, осуществляемый человеком.
Для классификации перевода, осуществляемого человеком, используются различные основы деления.
Во-первых, исследователи считают необходимым учитывать соотношение во времени двух основных операций перевода: восприятие исходного текста и оформление перевода. Такую классификацию в 1952 году предложил Ж. Эрбер, различавший два вида устного перевода: 1) синхронный и 2) последовательный.
Причем к синхронному переводу он относил и зрительно-устный перевод с листа, а последовательный перевод подразделял на последовательный перевод с применением и без применения технических средств.
Во-вторых, за основу классификации перевода принимают условия восприятия сообщения и оформления перевода. Воспринимать сообщение можно либо зрительно, либо на слух, что уже дает возможность различать: 1) зрительный перевод и 2) перевод на слух.
Оформлять перевод можно письменно или устно, перевод поэтому можно подразделить на: 1) письменный и 2) устный.
Но так как каждый процесс перевода включает восприятие сообщения и оформление перевода, то появляется возможность говорить уже о следующих четырех видах перевода: 1) зрительно-письменном переводе, 2) зрительно-устном переводе, 3) письменном переводе на слух и 4) устном переводе на слух.
Эту же классификацию предложил Л. С. Бархударов, но уже не на психологической, а на лингвистической основе. Он предлагает различать те же четыре основных вида перевода в зависимости от формы речи, в которой употребляются исходный и переводной языки, называя их: соответственно письменно-письменный, устно-устный, письменно-устный и устно-письменный перевод.
Однако и эта классификация не смогла удовлетворить большинство исследователей. Действительно, зрительно-письменный перевод, например, нельзя ставить в один ряд с письменным переводом на слух. Зрительно-письменный перевод охватывает огромную область практической работы с художественной и научно-технической литературой, а также с информационно-пропагандистскими текстами, в то время как письменный перевод на слух сводится к одному или нескольким видам учебной работы (перевод-диктант, письменный перевод фонозаписей).
Устный перевод на слух в свою очередь включает два широко известных самостоятельных вида перевода: последовательный и синхронный. Зрительно-устный перевод встречается на практике скорее как вспомогательный вид перевода, когда перевод с листа предваряет зрительно-письменный перевод того же текста или используется в переговорном процессе при редактировании документа.
Выделение в качестве основы классификации перевода только условий восприятия текста и оформления перевода оказывается недостаточным. В процессе перевода функционирует значительно большее количество речемыслительных механизмов, и условия их работы в различных видах перевода отнюдь не идентичны. Вот почему необходимо выделить речемыслительные механизмы, функционирующие при переводе, и принять условия их работы за основу классификации. Важнейшими речемыслительными механизмами, позволяющими осуществлять переводческую деятельность, являются: 1) механизмы восприятия исходного текста; 2) механизмы запоминания; 3) механизмы перехода от одного языка к другому; 4) механизмы оформления перевода; 5) механизмы синхронизации переводческих операций.
Названные механизмы могут работать в разнообразных условиях: либо в условиях, когда основная нагрузка падает на слуховые анализаторы, либо в условиях зрительного восприятия, либо в условиях перегрузки памяти, либо при наличии письменного исходного текста, либо в условиях последовательного осуществления переводческих операций, либо при их синхронности и т. д.
В целом комплекс этих условий может быть представлен следующим образом:
Условия восприятия текста сообщения как с точки зрения ведущих анализаторов (слуховое или зрительное восприятие), так и с точки зрения его повторяемости (однократное или многократное).
Условия запоминания в связи с величиной воспринимаемых отрезков речи (значительная или незначительная нагрузка на память).
Условия переключения с одного языка на другой по времени (ограниченное или неограниченное).
Условия оформления перевода как с точки зрения формы речи (устное или письменное оформление), так и с точки зрения возможностей коррекции речи (однократное или многократное).
Условия распределения по времени основных операций в процессе перевода (синхронность или последовательность операций).
Соответственно, с точки зрения функционирования речемыслительных механизмов переводчика следует различать:
устный перевод,
письменный перевод,
синхронный перевод,
последовательный,
перевод с листа,
одноязычный перевод,
двуязычный перевод,
реферативный перевод и пр.
Условия функционирования речемыслительных механизмов переводчика не являются единственной основой классификации перевода.
Работа переводчика зависит и от материала, с которым ему приходится иметь дело, а точнее от тех языковых средств, которые составляют этот материал. Речь идет о единицах речи, требующих отдельного решения на перевод.
Во всех случаях такое решение определяется спецификой семасиологических связей данных единиц речи. Причем специфика семасиологических связей это не только имманентная особенность той или иной единицы текста, которую приходится учитывать. Можно сказать, что специфика семасиологических связей единиц речи предполагает профессиональную направленность, специальную подготовку переводчика, который собирается осуществлять переводческие операции с этими единицами речи. Для того чтобы переводить единицы речи со стертыми семасиологическими связями, необходимо знать иноязычные эквиваленты с фиксированными семасиологическими связями, изучить терминологию из той или иной отрасли науки с временными семасиологическими связями, уметь воссоздавать в переводном тексте образы и пр.
Конечно, большинство материалов, с которыми приходится работать переводчику, включают единицы речи с различными семасиологическими связями. И, тем не менее, жанровый характер материалов зависит именно от насыщенности их языковыми средствами с соответствующими семасиологическими связями.
Так, в текстах художественной литературы преобладают языковые средства с временными семасиологическими связями, т. е. образные выражения, которые необходимы для оказания эмоционального воздействия на читателя. Образные выражения, тропы представляют собой форму художественного познания действительности. Они, как правило, условны, индивидуальны и составляют главную особенность художественных текстов.
Формы научного познания действительности, т. е. научные и технические описания, требуют языковых средств с фиксированной семасиологической связью, которые и были созданы с этой целью в виде терминов. Именно термины и определяют жанровый характер научных и технических текстов.
Язык средств массовой коммуникации, который представлен в информационно-пропагандистских материалах, насыщен легкодоступными для широкого читателя или аудитора, а потому часто повторяющимися выражениями. Именно в этих материалах преобладают языковые средства со стертой семасиологической связью.
Если за основу классификации принять вид семасиологических связей языковых средств, определяющих характер исходных текстов, то классификация перевода может быть представлена следующим образом:

Таблица 1.1. Классификация видов перевода с точки
зрения видов семасиологических связей
текст
Преимущественный характер семасиологических связей языковых средств
Вид перевода


временность
фиксированность
стертость


художественная литература

научно-техническая литература (материалы)


информационно-пропагандистские материалы
+


-





-
-


+





-
-


-





+
художественный
перевод

научно-технический: экономический, медицинский и др.

общественно-публицистический


Перевод текстов, насыщенных образными выражениями, тропами (языковые средства с временными семасиологическими связями) называют художественным переводом.
Перевод текстов, насыщенных терминологией (языковые средства с фиксированными семасиологическими связями) - это научно-технический перевод.
Перевод текстов, насыщенных клише и штампами (языковые средства со стертыми семасиологическими связями), количество которых особенно велико в газетных материалах, является общественно-политическим переводом.
Специализация переводчиков в области художественного, научно-технического или общественно-политического перевода непосредственно связана со спецификой языковых средств, определяющих данный вид перевода.
Для работы в области художественного перевода переводчик должен иметь литературный талант или по крайней мере выработать у себя умение облекать свою письменную речь в литературную форму, соответствующую стилю того или иного автора. Этого требуют временные семасиологические связи языковых средств, с которыми ему приходится работать. Временные семасиологические связи языковых средств исключают устные виды перевода, поскольку временные семасиологические связи создаются в результате творчества, которое невозможно в условиях временных ограничений. Именно поэтому художественный перевод есть всегда перевод письменный.
Для работы в области научно-технического перевода переводчику нужны специальные знания в той отрасли науки или техники, откуда взят текст. Так как знать все отрасли науки и техники невозможно, переводчики специализируются обычно в какой-либо одной отрасли, что и привело к делению научно-технического перевода на военный перевод, экономический перевод, медицинский перевод, радиотехнический перевод и т. п.
Специальные знания нужны не только для того, чтобы понимать исходные тексты, но и для того, чтобы правильно употреблять в речи термины, т. е. языковые средства с фиксированной семасиологической связью. Фиксированность семасиологических связей позволяет устанавливать прямые знаковые связи между языковыми средствами двух языков в переводе, а значит, и использовать знаковый способ перевода необходимое условие устных видов перевода.
Особое место занимает общественно-политический перевод, в котором информационно-пропагандистские тексты перемежаются с научными, и потому языковые средства со стертой семасиологической связью соседствуют с языковыми средствами с фиксированной семасиологической связью. Это значит, что для работы в области общественно-политического перевода нужны, во-первых, соответствующие политические знания, а во-вторых, умение быстро находить межъязыковые эквиваленты. Набор языковых средств со стертыми и фиксированными семасиологическими связями позволяет особенно успешно осуществлять устные виды перевода, хотя и не исключает возможности письменного перевода.
Как видно из изложенного, виды перевода, полученные как ответ на вопрос «Как переводить?» (при основе классификации условия работы переводчика), не совпадают с видами перевода классификации, имеющей своей основой жанровый характер текстов, т. е. отвечающих на вопрос «Что переводить?».

*Специализация письменных и устных переводчиков закреплена существованием двух международных профессиональных организаций: Международного союза синхронных переводчиков (A.I.I.C.) и Международной федерации письменных переводчиков (F.I.T.).

1.5. Виды устного и письменного перевода

К видам устного перевода относятся: односторонний, двусторонний, последовательный, синхронный перевод, перевод с листа и пр.
Односторонний (однонаправленный) перевод предполагает перевод с одного языка.
Двусторонний (двунаправленный) перевод – это перевод с двух языков, например, перевод диалогического высказывания двух разноязычных участников коммуникации, переводчик последовательно переводит реплику одного участника, затем ответную реплику другого участника коммуникации.
Последовательный перевод – вид устного перевода, при котором переводчик фиксирует методом системы записей содержание длительно звучащего высказывание (иногда до 40-50 минут), затем восстанавливает высказывание, опираясь на записи. Условиями последовательного перевода являются:
переменное говорение;
монологический вид речевой деятельности с записью или абзацно-фразовый принцип перевода без записи /с записью;
перевод законченного (целостного) текста или отрывка текста.
Синхронный перевод – это устный вид перевода, при котором переводчик одновременно воспринимает переводимое высказывание и озвучивает его перевод, отставая от речи говорящего на одну ритмическую паузу (обычно 30 секунд).
Перевод с листа – вид устного перевода, при котором переводчик одновременно читает письменный текст и переводит его. Перевод с листа может быть синхронным, если одновременность чтения и озвучивания перевода отстают друг от друга не более, чем на 30 секунд.
Письменный перевод подразделяется на полный и сокращенный.
Целью полного перевода является создание полной переводной версии исходного текста, без сокращений и без введения дополнительной информации. Например, художественный перевод литературного произведения.
Целью сокращенного письменного перевода является создание сокращенной переводной версии исходного текста. Например, выборочный перевод – перевод отрывков текста, при этом необходимы точные указания или критерии выборки, оформление и налаживание логических связей с указанием страниц и источников, из которых был сделан перевод. Реферативный перевод - перевод путем реферирования исходного текста, содержащий ссылки на авторов и источники, сообщающий тематику, основную и дополнительную информацию со ссылкой на текст.

Вопросы для контроля

Что является предметом исследований общей и частной теории перевода?
Какие стороны переводческой деятельности отражаются в современных определениях термина «перевод»?
Какими навыками и умениями должен владеть профессиональный переводчик?
Какие классификации перевода вам известны? Что лежит в основе этих классификаций?
Назовите основные виды устного и письменного перевода.

Задания для контролируемой самостоятельной работы

Посетите сайты международных переводческих ассоциаций и школ, выберите две-три школы и изучите требования и профиль выпускника, условия поступления и обучения.
Изучите общую типологию видов перевода с точки зрения синхронности и последовательности речемыслительных операций переводчика.
Изучите парадоксы ролевого поведения участников коммуникации и переводчика в различных ситуациях перевода.

1.6. Содержание и этапы процесса перевода

Описание процесса перевода, а именно, работа мозга во время перевода проходит на уровне когнитивных процессов, сопряженных с мышлением и языком, данная сфера сегодня только разрабатываются и этим занимается плотно медицина, психо- и нейролингвистика, когнитивная лингвистика. Поэтому проблема описания процесса перевода и создание моделей перевода является открытой, несмотря на наличие нескольких теоретических моделей.
Теоретические модели перевода дают общее описание того, как происходит процесс перевода. При этом все они опираются на схему коммуникации, фокусируя внимание на некоторых ее элементах. Ключевыми субъектами процесса перевода остаются человек, текст и сам процесс.
Существует несколько моделей коммуникации, которые включают четыре ключевых позиции: отправителя (адресанта), сообщение, получателя (адресата или реципиента), обратная связь. Схематически данные отношения можно представить следующим образом:
( (Отправитель) ( ( (текст) ( ((Получатель)
: ( : : (
коммуникативная функция получает, реагирует
цель
кодирует декодирует

На схеме не отражены такие элементы коммуникации как барьеры или помехи, которыми в процессе перевода могут выступать как акустически шумы, проблемы с оборудованием, плохая слышимость, так и не знание контекста, недостаточное владение информацией по данному вопросу, языковая компетенция и ряд других факторов, которые должен знать и уметь преодолевать переводчик.
Переводчик выступает посредником, который одновременно является и получателем и отправителем (модель О. Каде). Следовательно, переводчик воспринимает, декодирует, кодирует и отправляет. Процесс перевода во время письменного и устного перевода будет отличаться на стадии декодирования - кодирования, целями и конечным результатом, по времени, этапами.
Текст является объектом, который переводчик обрабатывает с целью обеспечить коммуникацию или вернее адекватную реакцию получателя на сообщение отправителя, который преследует определенную коммуникативную цель воздействия на получателя. Неадекватность реакции свидетельствует о неадекватном переводе.
Следовательно, к тексту перевода предъявляются определенные требования: соответствие оригиналу на функциональной направленности текста, содержания и формы. Работа над текстом оригинала (ИТ) с целью создания текста перевода (ТП) включает в себя действия по достижению адекватности ТП тексту оригинала, а именно, нахождение эквивалентов и применение трансформаций. (Речь об эквивалентности и адекватности пойдет ниже в соответствующих лекциях). Данные действия переводчика и представляют собой собственно процесс перевода.
Итак, процесс перевода представляется в моделях перевода как последовательность операций направленных на обеспечение общения между субъектами коммуникации путем разрешения специфических задач. Например, Л.К. Латышев относит к таким операциям «преодоление одного из факторов лингвоэтнического барьера: расхождения систем ИЯ и ПЯ, их норм, соответствующих узусов и преинформационного запаса».
Под расхождением систем Л.К. Латышев понимает расхождение систем языков, соответственно, исходного языка (ИЯ) и переводящего языка (ПЯ). Под узусом понимается узуальное или ситуативное использование языка в речи (речевая норма). В качестве преинформационных запасов следует рассматривать владение субъектами коммуникации (в том числе и переводчиком) одинаковым количеством информации необходимой для интерпретации и понимания, например, знание истории, событий и т.п.
Подводя итог вышесказанному, необходимо подчеркнуть, что модели перевода или содержание процесса перевода – это тот вопрос, который разрабатывается и сфокусирован на содержании действий переводчика по отношению к тексту с учетом ряда факторов (отправитель, получатель, коммуникационные барьеры).
Процесс перевода – комплексная процедура, которая невозможна без ряда других действий. Набор данных действий принято называть этапами перевода. Мы предлагаем описание этапов письменного перевода, так как обучение переводу в рамках нашего курса ориентировано именно на перевод письменного текста.
Традиционно выделяют три этапа перевода письменного текста: 1) Подготовка к переводу. 2) Собственно перевод текста как процесс создания ТП. 3) Контроль и редактирование ТП
Например, И.С. Алексеева выделяет еще и четвертый элемент, выбор переводческой стратегии, который следует за этапом подготовки к переводу. Выбор переводческой стратегии сопряжен с процессом определения процедуры перевода, то есть, «порядка и сути действий при переводе конкретного текста» [1, 321]. Для этого значение имеет все, сам текст, процесс перевода, инструментарий (способы и методы перевода, подбор сопутствующей литература). В свою очередь, А.Ф. Архипов определяет только три этапа [6, с.8].
Независимо друг от друга, при переводе письменного текста переводчик проходит все этапы, начиная с первичной обработки текста оригинала, заканчивая редактирование текста перевода. Кратко мы хотели бы описать содержание каждого этапа, сосредоточившись затем на этапе предварительной обработки оригинала.
Подготовка к переводу текста имеет своей целью проанализировать текст на предмет условий его создания, функциональной направленности, содержания и степени сложности языка. Как результат, переводчик подбирает соответствующие словари, справочники, похожие тексты на языке перевода, а также другую сопутствующую литературу, которая будет служить справочной при создании текста перевода. На этом же этапе переводчик определяется со стратегией перевода, так как он должен выделить первостепенные и сопутствующие переводческие задачи. Данный процесс очень важен, так как, по мнению И.С. Алексеевой, хороший перевод – это хорошо подготовленный перевод.
Перевод текста последовательный ряд операций по переводу оригинала. На данном этапе переводчик работает на разных языковых уровнях (лексическом, синтаксическом, морфологическом), ищет варианты перевода с целью достижения эквивалентности, что требует в свою очередь адекватных переводческих действий (применение трансформаций или подбор соответствующих вариантов/эквивалентов). Следует оговориться и сказать, что единицами перевода могут выступать не только слова (лексика), но и словосочетания, предложения, тексты (например, рекламный слоган, лозунг, заглавие).
Контроль и редактирование ТП имеет своей целью устранение языковых погрешностей и неточностей, повторов, возникших при переводе. Особое внимание уделяется также полноте текста, если не были поставлены другие задачи (см. особые виды обработки текста в лекции 2). На данном этапе важно, чтобы переводчик контролировал соответствие ТП языковой и речевой нормам переводящего языка: грамматическая правильность, стилистическое соответствие, соответствующее лексическое наполнение.

1.7. Предпереводческий анализ

Термин «предпереводческий анализ текста» используется многими российскими учеными и переводчиками, например, И.С. Алексеевой, М.П. Брандесом и В.И. Провоторовым, А.Ф. Архиповым для обозначения сути первого этапа - этапа подготовки к переводу. В частности А.Ф. Архипов обозначает его как «допереводной анализ оригинала текста» [6, с.8].
Суть этапа, как уже было сказано выше в том, чтобы оценить текст с целью его перевода. Данный этап является обязательным, так как позволяет проанализировать не только языковую сложность текста, но и ряд других нелингвистических составляющих, например, источник, композицию текста, плотность информации.
Предпереводческого анализа подразделяется на следующие этапы [1, 324-334], [17]:
Сбор внешних сведений о тексте.
Сведения об источнике и получателе текста.
Содержание текста.
Определение коммуникативного задания текста.
Стилистическая и жанровая принадлежность (либо определение типа текста).
Определение состава информации и ее плотность.
Выводы.
1. Сбор внешних сведений о тексте – сбор сведений об авторе или авторах текста, времени создания и определения глобального текста.
Комментарий:
Чтобы определить время создания текста (если таковые сведения не содержатся в самом тексте) смотрите год издания или выхода статьи/сборника, журнала и т.д. Если текст художественный, то необходимо определить к какому времени относятся описываемые в тексте события
Под глобальным текстом понимается газета, журнал, непосредственно книга или учебник, текст конвенции, договора и т.п., а именно, тот текст, откуда взят отрывок для перевода
2. Источник и адресат – определение взаимоотношений источника (авторы и его произведения) и получателей текста (адресат).
Комментарий:
Необходимо правильно определить, «кем текст порожден и для кого предназначен». Сведения о реципиентах (получателях) можно почерпнуть из аннотации к глобальному тексту, либо такие сведения содержаться в самом тексте.
И автор и реципиенты подразделяются на коллектив (учебники, энциклопедии), групповые (пресса, научно-популярные издания), индивидуальные (говорит само за себя). Однако это не значит, что источник и реципиент совпадают. Газетная статья может быть написана одним автором, но получателем, как правило, выступает группа людей, читающих данную газету.
3. Содержательный состав – содержание текста, а именно ответ на вопрос: «О чем идет речь в тексте?» Данный шаг имеет своей целью определить тему текста, его содержательный состав.
4. Коммуникативное задание определяет функциональную направленность текста, его форму (жанр или тип), выбор лексики, синтаксических конструкций и других языковых средств.
Комментарий:
Для начала попробуйте ответить на вопрос: «С какой целью написан текст?»
Коммуникативное задание может звучать по-разному, например, сообщить новые сведения и убедить в своей правоте. Формулировка коммуникативного задания помогает определить главное при переводе, т.е. доминанты перевода.
Форма (жанр или тип) - форма текста, которую принято называть либо жанром, либо типом текста. Об этом речь пойдет в других лекциях. Важно знать, что правильная диагностика формы текста оригинала помогает определиться с формой в языке перевода.
Состав информации и её плотность – помогает правильно оценить особенности текста на разных уровнях: графическом (композиция и оформление), лексическое наполнение, синтаксическое оформление высказываний, грамматическую сложность, а также наличие в тексте других кодов, кроме языкового, например, цифрового кода, изображений, графиков, диаграмм и др.
Комментарий:
Когнитивная информация оформлена средствами письменной литературной нормы. Включает типичную для такого рода писем и сфер деятельности терминологию, цифры, сведения об авторе и организациях и т.п.
Аппелятивная информация (оперативная) содержится в текстах инструкций, законов, директивах, рекламе. Грамматические средства оформления, модальные глаголы, императив, сослагательное наклонение. Перевод грамматическими соответствиями.
Эмоциональная информация передается через эмоционально окрашенную лексику оценки, мнения. В официально-деловых текстах эмоциональная информация сосредоточена в формулах приветствия и прощания, а именно, клиширована, через эмоциональный синтаксис. Переводится вариантными соответствиями.
Эстетическая информация оформлена метафорами, эпитетами, игрой слов, в том числе, оборотами и фигурами речи и стиля. Переводится вариантными соответствиями.
7. Выводы – завершающий шаг анализа, когда переводчик определяет:
функциональные доминанты - что именно, какая информация, важна в оригинальном тексте, какой информацией нельзя пренебрегать при переводе;
соответствия - однозначные эквиваленты, равнозначные эквиваленты, нет соответствий; при отсутствии соответствий, переводчик прибегает к трансформациям;
единицы перевода - фонема или звук, морфема или части слова, слово, словосочетание, предложение, текст.
Комментарий:
Выводы должны быть сделаны на основе той информации, которую переводчик получили путем анализа.
Предпереводческий анализ - всесторонний анализ текста, который включает первичную лингвистическую диагностику в том числе. Он позволяет увидеть контекст создания текста и учитывать данный контекст на этапе перевода. Помимо этого, на этапе предпереводческого анализа переводчик определяется со стратегией и тактикой перевода, основываясь на материале текста, оценивает свои возможности и ресурсы.

1.8. Оценка перевода и переводческие ошибки

Оценка перевода и редактирование – комплексный процесс, подразумевающий оценку текста перевода на предмет его соответствия оригиналу на трех уровнях: цели, формы и содержания, а также устранение недочетов и исправление ошибок.
Исходя их этого, переводчик оценивает текст перевода по нескольким критериям:
совпадение оригинала и текста перевода по объему и полноте информации;
соответствие текста перевода языковой и речевой норме языка перевода;
соответствие формы текста существующими текстовыми формами в языке перевода и соответствующее оформление текста;
на адекватность переводческих мер, использованных при переводе.
Поэтому редактирование текста перевода - это не только редактирование стиля или языка, но и выявление, и устранение технических неточностей перевода, связанных в том числе, с оформление текстов на уровне формы (например, выбор жанра).
Переводческие ошибки имеют различную природу и возникают по причине не совпадения языковых систем и речевых норм, различных преинформационных запасов, существующих в различных культурах и обществах. Зачастую ошибки возникают по весьма банальным причинам – из-за недостаточной языковой и переводческой компетентности.
Переводческие ошибки, возникающие на этапе перевода, могут быть диагностированы и устранены на этапе редактирования. Таким образом, различают функционально-содержательные и функционально-нормативные ошибки [7].
Функционально-содержательные ошибки могут привести к искажению текста на уровне содержания за счет опущения или введения информации – (1) смысловые искажения. В ходе перевода не всегда удается подобрать подходящий эквивалент, или использовать многословие, иногда, переводчик пропускает слова, являющиеся важными для смысла и содержания, таким образом, могут возникать (2) неясности при переводе (пропуск слов, многословие, неточный выбор слова и т.п.)
Функционально-нормативные ошибки имеют другую природу и соотносятся с языковой нормой и узуальным употреблением языка. Данные ошибки возникают, как правило, по причине недостаточной языковой или переводческой компетентности (неадекватная переводческая трансформация), ведут к нарушениям на уровне языковых систем, влияют на стилистическое и языковое оформление текста, могут привести к искажениям на всех уровнях, уровне формы (жанр), текста (язык, стиль) и содержания (неточности, искажения):
структурно-синтаксические ошибки - это недочеты в актуальном членении предложения, порядок слов и т.п.;
нормативно-узуальные ошибки - нарушение морфологических, словообразовательных, лексических норм и норм сочетаемости;
нарушение стилистических норм или смешение стилей, не соответствие стилистической окраски текста перевода тексту оригиналу;
недочеты в индивидуальном стиле переводчика - тавтология, дублирование, бедность языка.

Вопросы для контроля

В чем состоит проблема описания процесса перевода?
Назовите общие принципы описания процесса перевода.
Назовите три этапа письменного перевода и дайте краткую характеристику каждого из них.
Какова цель предпереводческого анализа текста? Раскройте суть каждого из шагов ППА.

Задания для контролируемой самостоятельной работы

Изучите самостоятельно теоретические модели перевода и ответьте на вопросы:
Какую роль в данных моделях играет переводчик?
Каковы требования к тексту перевода?
Какие отмечаются достоинства и недостатки моделей?

Литература

Алексеева И.С.Введение в переводоведение: Учеб. пособие для студ. филол. и лингв. фак. высш. учеб. заведений. – СПб.: Филологический факультет СПбГУ; М.: Издательский центр «Академия», 2004.
Алексеева И.С. Устный перевод речей. Немецкий язык: Учебное пособие. – СПб.: ООО «Инязиздат», 2006.
Алексеева И.С.. Устный перевод. Немецкий язык. Курс для начинающих: Учебное пособие. 2-е изд., испр. и доп. – СПб.: ООО «ИнЪязиздат», 2005.
Алексеева И.С.. Письменный перевод. Немецкий язык: Учебник. – СПб.: Изд-во «Союз», 2006.
Алимов А.В., Артемьева Ю.В.. Общественно-политический перевод. – М.: КомКнига, 2007.
Архипов А.Ф. Самоучитель перевода с немецкого языка на русский. М.: Высш. шк., 1991.
Бархударов Л.С. Язык и перевод. М.: Междунар. отношения, 1975.
Бибихин В.В. К проблеме определения сущности перевода // Тетради переводчика. Вып. 10. – М.: Междунар. отношения, 1973. – С. 3 – 14.
Бояркина А.В. Материалы семинарских занятий по спецкурсу «Письмо как тип текста и ресурсы его перевода (предпереводческий анализ текста)», СПбГУ, ЦППК, осень, 2006-2007.
Брандес М.П. Предпереводческий анализ текста: учебное пособие/ М.П. Брандес; В.И. Провоторов. – 4-е изд., перраб. и доп. – М.: КДУ, 2006.
Бреус Е.В., Дементьев А.А., Сладковская Е.Н. Синхронный перевод: пути овладения профессией // Тетради переводчика. Вып. 22. – М.: Высшая школа, 1987,– С. 107 – 114.
Ванников Ю.В. К построению общей типологии переводов // Лингвистические проблемы перевода и преподавание языка. – М.: АН СССР, 1988. – С. 9 – 14.
Гаврилов А. Двусторонний перевод – вид устного перевода? // Тетради переводчика. Вып. 6. – М.: Междунар. отношения, 1969. – С. 65 – 72.
Гайдук В.П. «Тихий» перевод в кино // Тетради переводчика. Вып. 15. – М.: Междунар. отношения, 1978. – С. 93 – 100.
Гак В.Г. Сопоставительные исследования и переводческий анализ // Тетради переводчика. Вып. 16. – М.: Междунар. отношения, 1979. – С. 11 – 21.
Комиссаров В.Н. Общая теория перевода. М.: ЧеРо, 2000.
Комиссаров В.Н. Современное переводоведение. Учебное пособие. М.: ЭТС, 2002.
Кравченко А.П. Немецкий язык. Практикум по переводу. Серия «Учебные пособия». - Ростов-на-Дону: «Феникс», 2002.
Латышев Л.К. Технология перевода. М.: НВИ - ТЕЗАУРУС, 2000.
Лебединский С.И. Теория и практика перевода. Мн.: БГУ, 2001.
Рецкер Я.И. Теория перевода и переводческая практика. М.: Междунар. отношения, 1974.
Сыроваткин С.Н. Теория перевода в аспекте функциональной лингвистики. Калинин: Изд-во Калининского ун-та, 1978.
Сдобников В.В. , О.В. Петрова. Теория перевода (учебник для студентов лингвистических вузов и факультетов иностранных языков) – М.: АСТ: Восток-Запад, 2006.
Тучинский А.В. Стратегии переводческой деятельности в зеркале культурологических проблем межкультурной коммуникации // Обучение иностранным языкам на рубеже столетий. – Мн., 2000. – Ч. 1. – С. 179 –181.
Уваров В.Д. Вежливость, изящество и перевод // Тетради переводчика. Вып. 6. – М.: Междунар. отношения, 1969. – С. 97 – 99.
Уваров В.Д. Парадоксы ролевого поведения участников ситуации перевода // Тетради переводчика. Вып. 18. – М.: Междунар. отношения, 1981. – С. 13 – 16.
Урбин И.И. Сертификация переводчиков. Некоторые мысли вслух. – М., 2003.
Цвиллинг М.Я. Роль переводчика в акте коммуникации и понятие «терциарного перевода» // Перевод и коммуникация. – М. 1997. – С. 16 – 22.
Цвиллинг М.Я. Способность к экспромту как один из ключевых навыков устного переводчика // Проблемы обучения переводу в языковом вузе. Тезисы докладов I Междунар. научно-практической конференции, Москва, 16-17 апреля 2002 г. – М.: МГЛУ, 2002. – с. 61 - 63.
Чернов Г.В. Теория и практика синхронного перевода. М.: Междунар. отношения, 1978.
Швейцер А.Д. Перевод и лингвистика. М.: Воениздат, 1973.
Швейцер А.Д. Современная социолингвистика: Теория, проблемы, методы. М.: Наука, 1976.
Швейцер А.Д. Теория перевода: Статус, проблемы, аспекты. – М.: Наука, 1988.
Ширяев А.Ф. Синхронный перевод. М.: Междунар. отношения, 1979.
Федоров А.В. Основы общей теории перевода. М.: Высшая школа, 1983.
Федоров А.В. Основы общей теории перевода. М.: ООО “Издательский Дом “ФИЛОЛОГИЯ ТРИ”, 2002.


Лекция 2

ПЕРЕВОД КАК АКТ МЕЖЪЯЗЫКОВОЙ КОММУНИКАЦИИ

2.1. Перевод как вид опосредованной коммуникации

Перевод как вид человеческой деятельности относится к классу феноменов, охватываемых родовым понятием «межъязыковая коммуникация». Как известно, выделяют прямую и опосредованную межъязыковую коммуникацию. Отличительной чертой опосредованной коммуникации является то, что в ней помимо двух обычных для всякого коммуникативного процесса фаз (порождение исходного высказывания партнером А и восприятие этого высказывания партнером В) есть еще и промежуточная фаза (перевод исходного высказывания с одного естественного языка на другой), т.е. фаза языкового посредничества (Sprachmittlung), которую осуществляет языковой посредник (Sprachmittler).
Всевозрастающая роль опосредованной коммуникации (vermittelte Kommunikation) является сегодня очевидной и представляет собой исторически обусловленную закономерность, поскольку огромное количество языков активно вовлекается в международные контакты.
Чем отличается перевод как феномен опосредованной межъязыковой коммуникации от других ее видов? Соседствуя с такими видами, как пересказ, реферат, аннотация, переложение иноязычного текста, новое произведение по мотивам оригинала и др., перевод обнаруживает характерную черту, отсутствующую у смежных видов, что и составляет основное предназначение перевода: замещать или репрезентировать первичное высказывание в другой языковой и культурной среде.
Действительно, все виды опосредованной коммуникации характеризуются тем, что в них участвует языковой посредник, и в результате соответствующих процессов порождается вторичное высказывание, в какой-то мере отражающее первичное высказывание. Однако при реферировании или аннотировании создается высказывание, не замещающее и не репрезентирующее оригинальное высказывание, а лишь содержащее краткое и обобщенное изложение его основного содержания или его предельно сжатую характеристику. Ни реферат, ни аннотация не замещают первичного высказывания, не выступают в его ипостаси, а лишь содержат информацию о нем. Не замещают первичного высказывания пересказ и переложение. Даже мастерски выполненный в пределах одного и того же языка пересказ не ставит перед собой цели репрезентировать оригинал. Следовательно, конечной целью перевода репрезентация первичного высказывания в другой языковой и культурной среде.
Следует отметить, что существует немало переходных случаев, когда однозначная квалификация высказывания как перевода представляется крайне сложной. Например, в поэзии, где законы жанра допускают большую свободу в ориентации на первичный текст; в новом художественном тексте, навеянном мотивами оригинала и др.
Поэтому существенную трудность при переводе представляет соотношение первичности и вторичности в высказывании. Так как такое соотношение является переменной величиной. В связи с этим сказать, где кончается перевод и начинается самостоятельное творчество, далеко не всегда возможно.
Итак, перевод выделяется из других видов межъязыковой коммуникации благодаря сочетанию двух признаков: вторичности высказывания и установки на замещение, т.е. репрезентацию исходного высказывания в другой языковой и культурной среде.

2.2. Коммуникативная ценность перевода

Каковы критерии перевода? Этот вопрос крайне важен для правильного оценивания результатов переводческой деятельности. Наиболее важным критерием перевода является его коммуникативная ценность (der kommunikative Wert). Под нею понимается способность итогового высказывания вызывать определенный эффект при реализации присущей этому высказыванию коммуникативной функции.
Вызвать такой эффект возможно лишь при коммуникативно-эквивалентном языковом посредничестве. Причем необходимость в таком посредничестве возникает в тем случаях, когда партнеру А и партнеру В, вступающим в коммуникативные отношения и нуждающимся в языковом посреднике, нужно получить представление о всей коммуникативной ценности высказывания. Конечно, создать абсолютного коммуникативно-эквивалентного посредничества в принципе невозможно, но теоретически его можно определить как процесс, в котором идеальный билингв (т.е. лицо в равной степени владеющее языком S1 и языком S2) при общении с идеальным адресатом (т.е. лицом, в равной степени владеющим языками S1 и S2) может использовать высказывание на языке S1 или S2 , поскольку оба высказывания производят один и тот же коммуникативный эффект.
Понятие коммуникативной ценности складывается из «коммуникативно-релевантных свойств» высказывания, а целью перевода является максимальное соответствие итогового высказывания этим свойствам, насколько это возможно в условиях данного акта языкового посредничества. Поэтому чрезвычайно важным является учет условий коммуникации, выявляющих степень соответствия высказываний при переводе.
Условия коммуникации определяются отношением перевода к ситуации. Причем следует различать предметную ситуацию, получающую отражение в высказывании, и коммуникативную ситуацию.
Анализируя предметную ситуацию как условие коммуникации, необходимо обратиться к сложившимся в науке представлениям о переводе как о порождении высказывания по заданным соответствиям. Такое порождение возможно лишь при обращении к объективно отражаемой в языке действительности и предшествующему опыту переводчика. Это означает, что чтобы иметь возможность вести динамический кумулятивный анализ поступающего высказывания, переводчик должен понимать это сообщение, а в основе такого понимания, должны лежать соответствующие предметные знания. Перевод без достаточного уровня предметных знаний, необходимых переводчику для понимания высказывания и его репрезентации в другом языке и культуре, обладает весьма сомнительной пользой.
Но принципиальным является то, что в переводе мы имеем дело с двумя предметными ситуациями: первая предметная ситуация в исходном высказывании отражается отправителем, вторая предметная ситуация отражается переводчиком в итоговом высказывании с учетом особенностей другого языка и другой культуры.
При рассмотрении коммуникативной ситуации необходимо помнить, что она реализуется в процессе перевода как:
первичная коммуникативная ситуация, участниками которой являются отправитель исходного высказывания, получатель-переводчик и получатель итогового высказывания;
вторичная коммуникативная ситуация, в которой участвуют отправитель-переводчик и получатель исходного высказывания.
Переводчик, будучи участником коммуникативного процесса, попеременно выступает то в роли получателя, то в роли отправителя, и эта смена ролей оказывает существенное влияние на процесс перевода. Без учета двух коммуникативных ситуаций успешно осуществлять перевод невозможно.
Таким образом, перевод характеризуется контактирующими в акте перевода двумя языками, двумя культурами, двумя предметными ситуациями и двумя коммуникативными ситуациям.

2.3. Оценочные критерии перевода: адекватность и эквивалентность

Переводческая деятельность является целенаправленной и отвечает определенным оценочным критериям. Традиционно такими критериями являются эквивалентность и адекватность.
Обе категории носят оценочно-нормативный характер. Но если эквивалентность ориентирована на результаты перевода, на соответствие оригиналу создаваемого в итоге межъязыковой коммуникации итогового высказывания, то адекватность связана с условиями протекания межъязыкового коммуникативного акта, с его детерминантами и фильтрами, с выбором стратегии перевода, отвечающей коммуникативной ситуации.
Эквивалентность отвечает на вопрос о том, соответствует ли конечное высказывание исходному на коммуникативно-функциональном уровне.
Адекватность отвечает на вопрос, соответствует ли перевод данным коммуникативным условиям, под которыми подразумеваются два конкретных языка, две культуры, две предметные ситуации, две коммуникативные ситуации.
Поэтому об эквивалентности мы говорим применительно к переводу в результативном аспекте, а об адекватности применительно к переводу в его процессуальном аспекте (табл. 3.1.).
Исходя из цели коммуникации, отправитель создает высказывание, отвечающее определенным коммуникативно-функциональным параметрам и вызывающий у получателя конкретный коммуникативный эффект, который соответствует данной коммуникативной цели.

Таблица 2.1. Оценочно-нормативные критерии перевода
как вида межъязыковой коммуникации.
Критерий
Характер критерия
Объект критерия
Содержание
критерия
Результат межъязыковой коммуникации



адекватность




нормативно-оценочный


перевод как процесс
соответствие переводческой стратегии и переводческих решений коммуникативным условиям



реализация коммуникативного эффекта в конечном высказывании




эквивалентность


перевод как результат
соотношение конечного высказывания и исходного (для передачи коммуникативно-функционального содержания исходного высказывания (стиль, жанр и пр.)



Причем именно коммуникативный эффект является результатом коммуникативного акта: например, понимание содержательной информации; восприятие эмотивных, экспрессивных, волеизъявительных и других аспектов высказывания и др.
Без соответствия между коммуникативной интенцией (цели коммуникации), функциональными параметрами исходного и конечного высказываний и коммуникативным эффектом не может быть общения. Поэтому эквивалентность необходимо рассматривать как единство коммуникативной интенции,
функциональных параметров высказывания и коммуникативного эффекта.
Эти три компонента в свою очередь соотносятся с тремя составляющими коммуникативного акта: отправителем, высказыванием и получателем.
Следует различать полную и частичную эквивалентность.
Полная эквивалентность подразумевает исчерпывающую передачу коммуникативно-функционального содержания исходного высказывания.
Безусловно, полная эквивалентность – это максимальное требование, предъявляемое к переводу. Но это не значит, что она вообще отсутствует в действительности. Случаи полной эквивалентности возможны и не редки, но наблюдаются они, как правило, в относительно несложных коммуникативных условиях, в высказываниях со сравнительно узким диапазоном функциональных характеристик.
Чем сложнее предъявляемые к переводу требования, чем шире функциональный спектр переводимого высказывания, тем меньше вероятность создания высказывания, представляющего собой зеркальное отражение оригинала.
Частичная эквивалентность предполагает передачу основного коммуникативно-функционального содержания исходного высказывания. При более сложном высказывании с точки зрения цели коммуникации и его функциональных характеристик больше вероятность порождения конечного частично эквивалентного высказывания. Но только сложностью целей межъязыковой коммуникации может быть оправдана частичная эквивалентность.
Адекватность же опирается на реальную практику перевода, которая часто не допускает исчерпывающей передачи всего коммуникативно-функционального содержания оригинала.
Адекватность исходит из того, что решение, принимаемое переводчиком, нередко носит компромиссный характер, так как в процессе перевода, во имя передачи главного и существенного в исходном высказывании, переводчику нередко приходится идти на известные потери в конечном высказывании. Более того, в условиях вторичной коммуникативной ситуации нередко модифицируется и сама цель коммуникации, что неизбежно влечет за собой некоторые отступления от полной эквивалентности исходного и конечного высказываний.
Отсюда вытекает, что адекватный перевод должен оптимально соответствовать конкретным условиям и задачам перевода.
Определяющей чертой адекватности является то, что любое отступление от коммуникативных условий исходного высказывания должно быть продиктовано объективной необходимостью, а не произволом переводчика. Иначе в последнем случае речь будет идти о вольном переводе. Так, конфликт коммуникативных ситуаций (первичной и вторичной) может служить причиной выбора стратегии, искажающей коммуникативные условия, но обеспечивающей адекватность перевода в целом.
К случаям адекватного перевода при отсутствии полной эквивалентности конечного высказывания оригиналу относятся также некоторые прагматически мотивированные купюры и добавления. Поэтому выполненный адекватно перевод не всегда строится на отношении полной эквивалентности между исходным и конечным высказыванием. И наоборот, перевод, полностью эквивалентный оригиналу, не всегда отвечает требованиям адекватности.
Следовательно, при оценивании перевода прежде всего необходимо ориентироваться на его адекватность, т.е. на соответствие выбранной переводчиком переводческой стратегии и переводческого решения заданным коммуникативным условиям.
При оценивании перевода как результата целенаправленной речемыслительной деятельности необходимо исходить из полной или частичной эквивалентности перевода, т.е. полного или частичного соответствия конечного высказывания исходному высказыванию с точки зрения передачи коммуникативно-функционального содержания.
В целом, следует признать, что:
1) перевод адекватен тогда, когда переводческое решение в достаточной мере соответствует коммуникативным условиям;
2) полностью эквивалентны высказывания лишь те, которые полностью равноценны (равнозначны);
3) высказывания являются частично эквивалентными, если они частично равноценны друг другу.
Эквивалентность перевода всегда связана с воспроизведением коммуникативного эффекта исходного высказывания, который детерминируется первичной коммуникативной ситуацией и ее компонентами (коммуникативной установкой отправителя, установкой на первичную аудиторию).
Адекватность перевода ориентирована на соответствие перевода тем модифицирующим его результат факторам, которые привносит вторичная коммуникативная ситуация (установка на другого адресата, на другую культуру, в частности на иную норму перевода и литературную традицию, специфическую коммуникативную цель перевода и др.).

2.4. Перевод как психологический процесс

Перевод мы также вправе рассматривать с точки зрения протекания высших психических процессов: речи, мышления, памяти, восприятия, эмоций, т.е. как психологический процесс.

*Психология наука о фактах, закономерностях психики, отражающих формирование в мозгу человека психических образов действительности, на основе и при помощи которых осуществляется управление поведением и деятельностью.

Продуктом взаимодействия психических процессов является, в нашем случае, порождение переводного высказывания. Так как высказывание порождается при воздействии на человека не прямо и не непосредственно, а опосредованно преломляясь через психическое состояние переводчика, в зависимости от его мыслей, чувств, опыта и т.д.
Перевод как психологический процесс определяется принципом системности основополагающим принципом психологии, который рассматривает все высшие процессы в диалектической взаимосвязи.
Это означает, что при переводе все психические процессы: восприятие, речь, мышление, память, эмоции и др. обнаруживают диалектическую взаимосвязь. Их системное взаимодействие проявляется в психическом отражении, которое носит многоуровневый характер: 1) сенсорно-перцептивный, 2) представленческий, 3) уровень понятийного (вербально-логического) мышления.
Перевод характеризуется процессуальностью, т.е. конкретным направлением и последовательностью развития процесса. Четкие границы между фазами психологического процесса по порождению переводного высказывания отсутствуют, так как взаимодействующие психические процессы характеризуются диалектической обратимостью.

2.5. Перевод - особый вид речемыслительной деятельности

В тоже время перевод является целенаправленной речемыслительной деятельностью человека.
Как известно, любая деятельность состоит из последовательности определенных действий. Например, любая трудовая деятельность не есть простая сумма, совокупность трудовых действий, но все действия строго организованы и подчинены иерархии целей. Также и перевод характеризуется структурностью и целенаправленностью.
Деятельность трактуется в современной психологии как внутренняя (психическая) и внешняя (физическая активность) человека, регулируемая сознаваемой целью. Причем содержание деятельности не определяется целиком потребностью, которая ее породила. Если потребность в качестве мотива дает толчок к деятельности, стимулирует ее, то сами формы и содержание деятельности определяются условиями, требованиями, опытом и т.д. Поэтому о деятельности можно говорить только в том случае, когда в активности человека выявляются сознаваемые цели. Все остальные стороны деятельности ее мотивы, способы выполнения, отбор и переработка необходимой информации могут осознаваться и не осознаваться, или осознаваться не полностью или неверно.
Осознанность деятельности, т.е. сознавание цели, является ее основным признаком. В том случае, когда этот признак отсутствует, то нет и деятельности, а имеет место импульсивное поведение.
Целью деятельности, направленной на выполнение перевода высказывания, является реализация замысла высказывания в переводе.
Речемыслительная деятельность, как известно, имеет внутреннюю и внешнюю стороны.
Внутренней стороной перевода как вида речемыслительной деятельности человека является смысловыражение.
Внешней стороной - моторная, исполнительская сторона говорения при переводе (или написания в письменных видах перевода), программируемая и регламентируемая внутренней стороной .
Поскольку перевод является речемыслительной деятельностью по кодированию и декодированию информации в мышлении человека в процессе порождения переводного сообщения, то центральным звеном обработки информации и областью кодовых переходов является внутренняя сторона речемыслительной деятельности.
Речемыслительная деятельность, как и всякая другая деятельность, характеризуется структурой.
Перевод характеризуется следующей структурой, в состав которой входят следующие основные этапы:
( осмысление основной идеи исходного высказывания, речевой задачи воздействия на слушающего и пр.,
( выбор адекватных языковых и речевых средств для реализации идеи, речевой задачи, коммуникативного эффекта и пр.,
( оформление их в целостное высказывание,
( исполнение переведенного высказывания и
( осуществление контроля за реализацией замысла в процессе исполнения.
Перечисленные выше речемыслительные действия осуществляются посредством:
операций чувственного восприятия,
общелогических операций обработки информации: анализа, синтеза, различения, абстрагирования, отождествления, обобщения;
операций логического мышления: дробления, сравнения, комбинирования, классификации, систематизации, последовательного связывания, структурирования и др.;
речевых операций: выбора, репродукции, конструирования, упреждения, дискурсивного осмысления (установления и регулирования смысловых, грамматических, логических, тема-рематических соответствий), замены, трансформации и др.

Вопросы для контроля

Какими характеристиками обладает перевод как вид опосредованной деятельности?
Как определяется коммуникативная ценность переводного высказывания?
Чем характеризуется коммуникативная ситуация высказывания?
Чем отличается адекватность от эквивалентности?
Какие психологические процессы участвуют в речемыслительной деятельности переводчика?

Задания для контролируемой самостоятельной работы

Чем обусловлена процессуальность устных видов перевода?
Что можно выделить в качестве единицы перевода?
В чем суть коммуникативной эквивалентности перевода?
Охарактеризуйте структуру переводческого акта.
Выделите психолингвистические критерии оценки переводческой деятельности.
ЛИТЕРАТУРА

Бархударов Л.С. Текст как единица языка и единица перевода / Лингвистика текста : В 2-х ч. – Ч. 1. / МГПИИЯ им. М. Тореза. – М., 1974. – С. 40-41.
Батрак А.В. Инвариантность и коммуникативная эквивалентность в переводе. – В Сб.: Вопросы теории перевода и методики его преподавания в языковом вузе. Вып. 166. – М., 1980, С. 43-57.
Ванников Ю.В. Проблемы адекватности перевода. Типы адекватности, виды перевода и переводческой деятельности // В сб.: Текст и перевод. – М.: Наука, 1988. – С. 34 – 39.
Василевич А.П. Оценка переводческой деятельности: психолингвистический критерий //В сб.: Лингвистические проблемы перевода и преподавание языка. – М.: АН СССР, 1988. – С. 10.
Васильев Л.Г. Человеческий фактор и адекватность перевода //В сб.: Перевод как процесс и как результат: язык, культура, психология. – Калинин, 1989. – С. 63 – 67.
Васильев Л.Г. Переводчик в коммуникативном пространстве //В сб.: Перевод как моделирование и моделирование перевода. – Тверь, 1991, - С. 25 – 32.
Ермолович Д.И. Типичность ситуации и перевод на уровне сообщения // Тетради переводчика. Вып. 14. – М.: Междунар. отношения, 1977. – С. 11 – 22.
Ермолович Д.И. В поисках критерия эквивалентности //Тетради переводчика. Вып. 23. - М.: Высшая школа, 1989. – С. 15 – 23.
Зинде М.М., Фридрих С.А. Качество перевода и стилистика текста // Тетради переводчика. М., 1989. – Вып. 23. – С. 23 – 31.
Каде О. К вопросу о предмете лингвистической теории перевода // Тетради переводчика. Вып. 16. – М.: Междунар. отношения, 1979. – С. 3 – 11.
Клюканов И.Э. Единицы и уровни анализа в теории перевода //В сб.: Психолингвистические проблемы семантики. – Калинин, 1980. – С. 121 – 125.
Клюканов И.Э. Перевод как смещенная речевая деятельность //В сб.: Психолингвистические проблемы фонетики и лексики. Калинин, 1989. – С. 151 –156.
Комиссаров В.Н. Лингвистические модели процесса перевода //Тетради переводчика. Вып. 9. – М.: Межнунар. отношения, 1972. – С. 3 –14.
Комиссаров В.Н. Коммуникативные концепции перевода // Перевод и коммуникация. – М., 1997. – С. 6 –16.
Крюков А.Н. Межъязыковая коммуникация и проблема понимания // Перевод и коммуникация. – М., 1997. – С. 73 – 83.
Кузьмин С. Заметки по поводу адекватности // Тетради переводчика. Вып. 4. – М.: Междунар. отношения, 1967. – С. 47 – 58.
Кузьмин Ю.Г. Перевод как мыслительно-речевая деятельность (К вопросу об общей теории перевода) // Тетради переводчика. Вып. 12. – М.: Междунар. отношения, 1975. – С. 3 –19.
Осипова Т.В. Способы достижения адекватности в переводе с учетом аспекта межкультурной коммуникации // Проблемы обучения переводу в языковом вузе. Тезисы докладов I Междунар. научно-практической конференции, Москва, 16-17 апреля 2002 г. – М.: МГЛУ, 2002. – с. 69 - 70.
Прокопович С.С. Адекватный перевод или интерпретация текста? // Тетради переводчика. Вып. 17. – М.: Междунар. отношения, 1980. – С. 37 – 48.
Романов Г.С. Когнитивная лингвистика и единицы перевода //В сб.: Межкультурная коммуникация и лингвистические проблемы перевода. – Мн., 2001. – С. 37 – 43.
Садиков А.В. К вопросу о структуре переводческого акта. //В сб.: Вопросы теории перевода и методики его преподавания в языковом вузе. Вып. 166. – М.: Наука, 1980. – С. 57 – 75.
Сорокин Ю.А. Перевод как специфический вид речевой деятельности //В сб.: Перевод как процесс и как результат: язык, культура, психология. – Калинин, 1989. – С. 24 – 29.
Тимко Н.В. Технология трансляции культуры в переводе // Беларусь – Бельгия: диалог культур. – Мн., 1998. – С. 139 – 153.
Томахин Г.Д. Перевод как межкультурная коммуникация // Перевод и коммуникация. – М., 1997. – С. 129-137.
Цвиллинг М.Я., Туровер Г.Я. О критериях оценки перевода // Тетради переводчика. Вып. 15. - М.: Междунар. отношения, 1978. – С. 3 – 9.
Чернов Г.В. Чем текст перевода отличается от оригинального текста? // Перевод и коммуникация. – М., 1997. – С. 102 – 117.
Швейцер А. Д. Теория перевода: Статус, проблемы, аспекты. – М.: Наука, 1988.
Ширяев А.Ф. Картина речевых процессов и перевод // В сб.: Перевод как лингвистическая проблема. – М.: МГУ, 1982. – С. 3 –12.
Шмидт Х. Основные цели перевода // Перевод и коммуникация. – М. 1997. – С. 63 – 73.
Jдger G. Translation und Ьbersetzungswissenschaft. Mьnchen, 1981.
Kade O. Zu einigen Grundpositionen bei der theoretischen Erklдrung der Sprachmittlung als menschlicher Tдtigkeit // Ьbersetzungswissenschaftliche Beitrдge. Leipzig, 1987. N. 1.












Лекция 3

СПОСОБЫ И МЕТОДЫ ПЕРЕВОДА

3.1. Знаковый и смысловой способ перевода

Для осуществления адекватного перевода необходимо владеть специальными способами и приемами перевода, которые определяют тот или иной метод перевода. Способы, приемы и методы перевода, варьируются переводчиком в зависимости от вида и единицы перевода. Но способ перевода – это основополагающая и классифицирующая категория перевода, так как в ее основе лежат основные закономерности речемыслительной деятельности переводчика. Прием и метод, в свою очередь, выступают как производными от способа перевода.
Способ перевода – это система переводческих операций, направленная на достижение конкретной цели переводческой деятельности. Такая система операций является объективно существующей закономерностью, отражающей особенности речемыслительной деятельности переводчика. Современной науке известно только два способа перевода как объективно существующие закономерности перехода от одного языка к другому.
Знаковый способ перевода - переводческие операции осуществляются на формально-знаковом уровне. Буквальный перевод слова, словосочетания или целого предложения при определенном контексте позволяет сохранить адекватность переведенного материал.

Последовательность речемыслительных операций переводчика
при знаковом способе перевода:
распознавание и осмысление знака первого языка
2. выбор адекватного знака другого языка.

Смысловой способ перевода - предполагает предварительную идентификацию денотата с последующими поисками иноязычного эквивалента. Переводчик вынужден осознать семасиологические связи знака (морфемы, слова, словосочетания и т.п.) переводимого языка в рамках заданного контекста, затем определить в целом обозначаемую речевую ситуацию, коммуникативное задание данного знака в контексте, и подобрать наиболее удачный знак в другом языке, чтобы адекватно отразить речевую ситуацию, смысл и контекст переводимого высказывания.

Последовательность речемыслительной операции переводчика
при смысловом способе перевода:
1. распознавание знака первого языка
2. выявление смысла знака в рамках контекста, определение речевой ситуации его употребления, осмысление его коммуникативной задачи и пр.
3. подбор адекватного знака в другом языке.

Знаковый способ перевода используется тогда, когда языковые единицы в двух языках частично или полностью совпадают: по своему основному значению, по контексту их применения, по типичным речевым ситуациям, которые они определяют.
Знаковый способ перевода наиболее часто не требует от переводчика больших усилий, если он хорошо владеет лексическим составом языка и реалиями текста. Часто знаковый способ перевода – это вербальная реакция переводчика на предъявляемый знак, который имеет в другом языке свой аналог.
Многие исследователи утверждают, что в процессе обучения и на протяжении профессиональной деятельности переводчики формируют систему лексических понятий, которые являются общими для двух языков, или же полностью или частично совпадают. Такая организация общих для двух языков лексических понятий лежит в основе формирования так называемого навыка переключения с одного языка на другой, при котором действия переводчика автоматизируются и как бы происходят на уровне формального выражения знаков двух языков, проявляясь в виде простейшей формулы рефлекторной теории: (вербальный) стимул (вербальная) реакция.
К смысловому способу перевода переводчик обращается тогда, когда языковые единицы в двух языках не соответствуют друг другу, при этом без выяснения обозначаемой речевой ситуации невозможно выполнить переводческие операции. Чтобы перейти от знака одного языка к знаку другого языка переводчик вынужден анализировать все высказывание, на что требуется большее количество времени и больших усилий с точки зрения интенсивности речемыслительных операций. Только после этого переводчик в состоянии подобрать адекватный знак в другом языке. Выявление денотата, конкретного смысла данного знака в контексте переводимого высказывания, требует от переводчика глубоких специальных и фоновых знаний, понимания языковых реалий, а также языковой интуиции.
Поиск и выбор адекватной лексической единицы, наиболее удачной речевой формы, способной обозначить выявленный денотат, речевую ситуацию или коммуникативное задание высказывания – это основная трудность при смысловом переводе.
Для перевода терминов или речевых клише проблемы поиска и выбора для переводчика не существует, поскольку ему или известны иноязычные эквиваленты, или он должен обратиться к справочной литературе. Но если для найденного переводчиком денотата или ситуации нет синонимического обозначения – аналога – в другом языке, он должен прибегнуть к серии дополнительных операций, составляющих тот или иной прием перевода.
При этом следует помнить о следующей речемыслительной особенности: поиск и выбор эквивалентной речевой единицы в смысловом способе перевода значительно осложняется тем, что переводчик некоторое время находится в плену способа обозначения, использованного в исходном тексте. Независимо от уже найденного денотата или речевой ситуации знак первого языка стимулирует переводческие операции на формально-знаковом уровне, направленные на поиск иноязычного эквивалента по сходству, что может привести к буквализмам. В этом случае происходит своеобразное наложение знакового способа перевода на смысловой. Успех перевода в значительной степени будет зависеть от того, насколько переводчику удастся «дематериализовать», освободить свое представление о способе обозначения конкретного денотата или речевой ситуации. Иначе переводчик выберет обозначение в другом языке, только по формальным признакам похожее на заданное.
Прием обычно решает частную задачу, он помогает преодолеть возникшую в целенаправленной деятельности переводчика трудность.
В отличие от способа перевода, который представляет собой психологическую операцию реализации действия для перехода от одного языка к другому, прием - это дополнительное действие, вызванные возникшими трудностями в переводе.
Прием, в основе которого лежат одна или две речемыслительных операции по перефразированию и/или подстановке называется переводческой трансформацией (смотри лекцию 5).
В практике перевода чаще всего сочетают различные способы и приемы перевода. Если такое сочетание выливается в целенаправленную систему приемов, учитывающую вид перевода и закономерно существующие способы перевода, то говорят о методе перевода.
Сегодня известно три методах перевода. Так в последовательном переводе используется – метод использования системы записей. В письменном переводе широко применяется метод сегментации текста. В синхронном переводе – метод установления формально-знаковых связей.
Метод перевода - целенаправленная система взаимосвязанных приемов, учитывающая вид перевода и закономерно существующие способы перевода. Это система действий, вырабатываемая человеком на основе опыта, в значительной степени зависящая от привычек и способностей самого переводчика. Стараясь приспособиться к объективно существующему способу перевода и, используя с этой целью различные приемы, переводчик находит наиболее удобные в данных условиях работы действия, которые позволяют получать оптимальные результаты более рациональным образом.

3.2. Метод использования системы записей

Метод использования системы записей в последовательном переводе играет немаловажную роль. Он основан на фиксировании на бумаге выделенных в результате смыслового анализа опорных пунктов памяти. Такие записи эффективны, если они производятся наиболее экономными способами, представляющими единую систему. Система записей уже выделенных смысловых опорных пунктов слагается из сокращенной буквенной записи, символов и их вертикального расположения. В ее основе лежит смысловой анализ высказывания.
Сокращенная буквенная запись. Переводчик в процессе смыслового анализа высказывания, выделяет из воспринимаемого речевого потока смысловые опорные пункты. Часть из них он обозначает словами, которые записывает буквами. Несокращенную запись слов, состоящих более чем из четырех-пяти букв, переводчик, как правило, не может себе позволить. При сокращенной буквенной записи самое важное – это определить, исчезновение каких букв из написанных слов не помешает прочесть эти слова.
Вполне понятно, что любая первая буква любого слова должна быть записана как исходный кодовый знак, определяющий направление восприятия. Буквы в своих сочетаниях независимы, и запись первой буквы сужает круг выбора последующей. Запись же двух рядом стоящих букв еще более облегчает нахождение третьей и т.д. Широко распространенные сокращения зам.(заместитель), пом.(помощник), нач.(начальник), фин.(финансовый) и т.п. являются тому доказательством. Наиболее безболезненно выбрасываются гласные буквы из слова.
Часто сохраняют не только первые буквы, но и окончания. Во флективно-синтетических языках (русский, немецкий) в окончании слова заключено много грамматической информации, часть которой несет и существенную смысловую нагрузку (например, число имен существительных). Все это говорит о необходимости записывать гласные в начале и в конце слова. Отказ от написания гласных в середине слова сокращает текст на 24% вполне допустимое сокращение, учитывая избыточность языка.
Слово, приведенное в контексте, понимается и при более его экономном написании. Поэтому наличие даже скудного контекста позволяет дополнительно сокращать буквенную запись. Так, например, существительные несут достаточно смысловой и грамматической информации, чтобы предшествующие им прилагательные были узнаны и при более значительном сокращении, например, «рбч» класс, «трдв» народ, «нц» освобождение.
Отказ от написания гласных в словах, состоящих из четырех и менее букв, нецелесообразен. Чем меньше букв в слове, тем большую смысловую нагрузку они несут, поэтому выбрасывание гласных в коротких словах может привести к ошибкам при воспроизведении.
Итак, при буквенном сокращении в последовательном переводе без ущерба для понимания сокращаются гласные в середине слова, одна из двойных согласных, окончания большинства прилагательных при определяемом слове.
Еще одной разновидностью системы записей в последовательном переводе является вертикализм. При декодировании записей переводчик, пробегая глазами последовательность символов и сокращенных слов, должен также непосредственно осознавать предложения, так как именно предложение характеризуется относительной завершенностью как носитель информации, передавая суждения. Одним из главных преимуществ вертикального расположения записей является четкое выделение предложения путем фиксированного положения его границ. Не менее важно при этом передать посредством вертикального расположения записей синтаксические связи, существующие в предложении и между предложениями.
Основными средствами выражения синтаксических отношений в предложении являются: форма слова, служебные слова, порядок слов. Как формам слова, так и служебным словам в записях отводится весьма скромное место ввиду необходимости выдержать принцип экономичности. Наиболее удобно показать порядок слов посредством вертикального расположения. Но это можно сделать, если взять за основу прямой порядок слов: распространенное для аналитических языков средство выражения синтаксических отношений.
Прямой порядок слов, при котором грамматическая вероятность чередования слов переходит в грамматическую закономерность, предполагает, что на первом месте будет записана группа подлежащего, а ниже, с некоторым отступлением вправо, группа сказуемого.
Одним из важнейших условий вертикализма является запись на первом месте (т.е. с левого края листа бумаги) группы подлежащего, что и показывает начало нового предложения.
Необходимость в трансформации возникает не так уж часто, поскольку в русских текстах около 70% предложений имеют прямой порядок слов, а в немецком и английском языках практически все предложения с прямым порядком слов. Трансформация особенно часто наблюдается в длинных предложениях, которые нередко превращаются в два предложения. Иногда процесс переосмысления длинных предложений заканчивается выделением субъекта из начала предложения.
Вертикальное расположение записей не обязательно передает первоначальную схему предложения, оно может представить схему воспринятого предложения и в преобразованном виде, так как вертикализм это всегда на первом месте группа подлежащего, а на втором - группа сказуемого по той схеме, но которой переводчик осмысливает воспринятое высказывание. Под группой подлежащего понимаются все слова (кроме сказуемого), находящиеся в подчиненном положении первому главному члену предложения (подлежащему) вместе с ним самим. Группа сказуемого – это сказуемое со всеми словами, находящимися в подчиненном ему положении. Второстепенные члены предложения, за исключением согласованных определений, располагаются непосредственно справа от слова, к которому они относятся. Если к одному и тому же слову относится несколько членов предложения, они записываются одно под другим (столбиком) независимо от того, являются ли однородными или нет.
Сложноподчиненные предложения выражают более сложные синтаксические связи. В исходных сообщениях для последовательного перевода очень часто встречаются причинные придаточные предложения. Так как причинно-следственные отношения распространены там, где есть умозаключения, что и присуще монологической речи. Причинно-следственные отношения в записях показываются наклонной чертой, отделяющей «причину» (над чертой) от «следствия» (под чертой). Наклонная черта позволяет отказаться от записи слов со значительной смысловой нагрузкой. Таким способом могут обозначаться причинно-следственные отношения не только внутри простого или сложного предложения, но и между предложениями.
Для придаточных обстоятельственных предложений существует специальный способ обозначения идеи цели независимо от того, выражена ли она придаточным предложением или обстоятельственными словами. Для обозначения используется предикативный символ «стрелка».
Очень часто в устной речи встречается сопоставление. Сопоставлениеэто и сравнение статистических данных, и параллельное существование определенных условий, обстоятельств, и просто одновременность действий. В записях сопоставление показывается двумя параллельными линиями, как правило, вертикальными. Вертикальные параллельные линии становятся горизонтальными, если они сопоставляют два самостоятельных предложения.
В вопросительном предложении при вертикальной записи пользуются тем же вопросительным знаком, что и при обычном письме, но в перевернутом виде (так называемый «испанский вопросительный знак»), чтобы не путать его с символом, обозначающим «вопрос», «задача». Перевернутый вопросительный знак ставится впереди предложения, в результате чего достигаются две цели: во-первых, еще до расшифровки предложения становится ясно, что оно вопросительное; во-вторых, появляется возможность сэкономить запись на вопросительных словах.
В побудительных предложениях, так же как и в вопросительных, широко используются символы. Побудительные предложения в записях обозначаются перевернутыми восклицательными знаками.
Отрицание в записях выражается обычным подчеркиванием того члена предложения, перед которым в тексте стоит частица «не».
Запись смысловых опорных пунктов в последовательном переводе происходит чаще всего осуществляется с помощью символов. Их экономичность заключается в простоте их графического исполнении и в возможности обозначать одним знаком максимальное количество близких друг другу понятий. Так, например, символ О объединяет такие понятия, как съезд, конгресс, совещание, форум, встреча, собрание, семинар, ассамблея, сессия и т. п.
Например, символ ? (вопросительный знак) вызывает в памяти слова вопрос, проблема, задача и т. п. Универсальность символов заключается в том, что они, являясь носителями смысла, проявляют в грамматическом отношении чрезвычайную гибкость. Универсальность символов проявляется и в их способности обозначать на бумаге понятие независимо от языка. Для обозначения множественного числа в записях используется цифра два, поставленная над символом, например: х народ, х2 народы.
Символ для обозначения того или иного понятия выбирает сам переводчик, только в этом случае он будет действительно для него опорным пунктом памяти.
Все символы по способу обозначения понятий можно подразделить на буквенные, ассоциативные и производные.
Буквенные символы. Выбирается обычно первая буква слова, принятого для обозначения соответствующего понятия. Например: латинские буквы: F Франция, US США, GВ Великобритания, R Россия.
Ассоциативные символы. Они ассоциируются с некоторыми признаками, характерными дли целого ряда понятий. Так, например, символ «скрещенные сабли» могут обозначать оружие, вооружение, войну.
Особенно с большим числом признаков могут ассоциироваться стрелки. В самом их изображении заложено понятие действия, перехода из одного состояния в другое. Поэтому горизонтальная стрелка может ассоциироваться в зависимости от контекста с понятиями типа: передавать, посылать, экспортировать, вносить, вручать, создавать и т.п. Та же стрелка, нарисованная в обратном направлении, символизирует; получать, импортировать, привлекать, отзывать, отступать и т.п.
Производные символы. К группе производных относятся те символы, которые возникли на базе уже знакомых символов, служащих как бы исходным пунктом для создания нового символа. Производные символы могут образоваться различными путями: 1) путем расширения значения символа, взятого за основу, увеличения его масштабности. Графически это достигается заключением «исходного» символа в круг. 2) путем конкретизации общего значения «исходного» символа с использованием знака множественного числа (возведение в квадрат). 3) антонимическим путем, т.е. отрицанием значения исходного символа для получения противоположного понятия. Графически это достигается перечеркиванием исходного символа. 4) путем сочетания нескольких «исходных» символов.
Символы различаются не только по способу обозначения понятий. Некоторые из них могут быть выделены и по своему главному назначению. Так, отдельные группы составляют: предикативные символы, символы времени, модальные символы, символы качества.
Предикативные символы. В эту группу входят символы, в большинстве случаев обозначающие действие. На них чаще всего возлагаются в предложении функции сказуемого. Основной предикативный символ – это «стрелка». Очень часто в записях используется наклонная стрелка, обозначающая такие слова, как рост, увеличение, подъем, снижение, ухудшение. Горизонтальная же стрелка больше используется для выражения грамматической информации, выражая идею цели. Кроме стрелок, к предикативным символам можно отнести знак равенства = и перечеркивание крест на крест ><. Символ = фактически заменяет глагол есть, а символ >< накладывается на то понятие, которое он «ликвидирует». Еще одним предикативным символом являются кавычки. Символ ” чаще других предикативных символов субстантивируется в основном за счет слов оратор, речь, выступление.
Модальные символы. Модальные символы в записях выражают не только отношение сообщаемого к объективной действительности, но и сами понятия возможности, необходимости, желательности, уверенности, неопределенности, одобрения и т.п.
Символы качества. Символы качества используются в записях для обозначения качественной оценки положительной или отрицательной, а также степени изменения качества: усиление и уменьшение. Например: при обычном усилении обозначаемое слово или символ подчеркивается. Усиление превосходной степени обозначается двумя горизонтальными полосками под словом или символом.

3.3. Метод сегментации текста

Метод сегментации текста применяется в письменном переводе, особенно при переводе художественных произведений. Он предполагает членение высказывания на фрагменты различного размера и перевод каждого из выделенных фрагментов. Членение текста зависит от объема текста, типа информации, излагаемой в нем, и формы ее подачи.
Традиционно законченное высказывание разделяют на вступительную часть, основную и заключительную. В рамках каждой из них переводчик определяет основную идею, основополагающие доводы и пр. Особое место занимает перевод прямой или косвенной речи, которая также выделяется в самостоятельный фрагмент перевода. В каждом из фрагментов переводчик выделяет речевую задачу, коммуникативное задание, контекст и его уровни.

3.4. Метод установления формально-знаковых связей

Метод установления формально-знаковых связей используется в синхронном переводе. Им овладевают опытные переводчики. В его основе лежит речемыслительный механизм упреждающего синтеза, позволяющий профессиональному переводчику распознавать языковые единицы с предвосхищением всего высказывания на уровне предложения. Большую роль играет также языковая интуиция и языковая догадка, глубокие фоновые знания, знания условий коммуникации, участников общения и пр.
Специфика переводческих действий в синхронном переводе заключается в следующем: 1) уменьшается объект ориентирования с целого высказывания до его отдельной части; 2) переводчик имеет неполные представления о смысловой структуре переводимого по ритмическим группам высказывания; 3) недостаточен набор ориентиров, необходимых для принятия решения о лексико-грамматической организации высказывания на языке перевода; 4) принятие переводческого решения о грамматической структуре и лексическом наполнении лишь части высказывания, а также вопрос об их дальнейшем развертывании и завершении остается открытым до ориентирования в компонентах высказывания и др.
Синхронный переводчик переводит ритмические группы, которые выделяет автор речи, устанавливая лишь формально-знаковые связи между компонентами высказывания.
Выбор или поиск решения протекает чрезвычайно быстро (в доли секунды) и заключается в выработке в сознании переводчика программы очередного компонента высказывания на языке перевода. При этом переводчик выбирает лексические средства, избирает определенный вариант синтаксической структуры высказывания (имеющий иногда несколько дальнейших исходов) и определяет синтаксическую роль порождаемого компонента высказывания в предложении.
Осуществление действия заключается в порождении очередного компонента высказывания на языке перевода по выработанной программе и сопровождается сохранением в непосредственной памяти тех грамматических обязательств, которые необходимо будет выполнить при оформлении в речи последующих компонентов. Характер грамматических обязательств зависит от грамматических особенностей языка перевода. Порождаемый компонент высказывания не обязательно полностью соответствует единице ориентирования. Он может передавать лишь часть смыслового содержания единицы ориентирования (другая часть будет передана одним из последующих компонентов) или превышать ее по содержанию (благодаря прогнозированию).
Главными особенностями переводческих действий в синхронном переводе являются сокращенный объем объекта ориентирования (часть высказывания вместо целого высказывания), принятие решения в условиях неполных представлений о смысловом содержании высказывания и о его конкретной лексико-грамматической организации и сокращенный объем продукта переводческого действия (часть высказывания вместо целого высказывания).
Следующие друг за другом переводческие действия образуют непрерывный процесс деятельности. Единство процесса деятельности конкретизируется в непрерывном ориентировании переводчика в постоянно развертывающейся исходной речевой цепи, в постепенном наращивании системы представлений переводчика о целях высказываний и о смысловой структуре речи оратора и в порождении непрерывной речевой цепи на языке перевода. Членение процесса деятельности синхронного переводчика определяется переходами переводчика от исходного языка к языку перевода после ориентирования в каждой ритмической группе.
В силу специфичности своего строения деятельность синхронного переводчика содержит ряд трудностей, преодоление которых возможно лишь после специальной тренировки.

Вопросы для контроля

Чем отличается последовательность речемыслительных операций переводчика при знаковом и при смысловом способе перевода?
Чем отличается переводческий прием от способа и метода перевода?
Какой принцип лежит в основе метода использования системы записей?
Почему метод сегментации текста успешно используется при переводе текстов больших объемов?
Почему скорость перевода ритмических групп определяет эффективность синхронного и других видов устного перевода?

Задания для контролируемой самостоятельной работы

В чем суть машинного перевода?
Какие существуют приемы развития переводческой интуиции?
Выделите особенности системы записей при последовательном переводе в сфере международных отношений.
Классифицируйте опорные пункты в устных видах перевода.
Какие существуют виды контекста и способы его перевода?

ЛИТЕРАТУРА

Бархударов Л.С. Уровни языковой иерархии и перевод // Тетради переводчика. Вып. 6. – М.: Междунар. отношения, 1969. – С. 3 – 12.
Бархударов Л.С. Языковые значения и перевод // Вопросы теории и методики преподавания перевода. – М., 1970. – С. 15 – 16.
Беляевская Е.Г., Бритвин В.Г., Мухина Н.К., Рюмина Н.А. Опорные пункты и формирование гипотезы у переводчика // Тетради переводчика. Вып. 10. – М.: Междунар. отношения, 1973. – С. 70 – 79.
Бреус Е.В., Дементьев А.А., Сладковская Е.Н. Синхронный перевод: пути овладения профессией // Тетради переводчика. Вып. 22. – М.: Высшая школа, 1987,– С. 107 – 114.
Воеводина Т.В. Устный перевод в коммуникативном аспекте и его отношение с другими видами перевода // Тетради переводчика. Вып. 20. – М.: Высшая школа, 1983. – С. 66 – 78.
Гаврилов А. Двусторонний перевод – вид устного перевода? // Тетради переводчика. Вып. 6. – М.: Междунар. отношения, 1969. – С. 65 – 72.
Миньяр-Белоручев Р.К. Последовательный перевод. Теория и методы обучения. М.: Воениздат, 1969.
Миньяр-Белоручев Р.К. Курс устного перевода. М.: Моск. лицей, 1998.
Чернов Г.В. Теория и практика синхронного перевода. М.: Междунар. отношения, 1978.
Ширяев А.Ф. Синхронный перевод. М.: Междунар. отношения, 1979.
Чужакин А., Палажченко П. Мир перевода, или Вечный поиск взаимопонимания. – М.:Валент, 1997.
Клюканов И.Э. Перевод как смещенная речевая деятельность //В сб.: Психолингвистические проблемы фонетики и лексики. Калинин, 1989. – С. 151 –156.
Ковалева К.И. Оригинал и перевод: Два лица одного текста. М., 2001.
Копанев П. И. Вопросы истории и теории художественного перевода. Мн.: Высшая школа,1972.
Левый И. Искусство перевода. М.: Сов. писатель, 1974.
Луканина С.А. О механизме обработки синтаксической информации при синхронном переводе // Тетради переводчика. Вып. 11. – М.: Междунар. отношения, 1974. – С. 24 – 29 .
Маганов А.С. Переводческая интуиция и способы ее развития //Вестник МГУ, Сер. 19. Лингвистика и межкультурная коммуникация. – 2002. - № 2. – С. 107 – 111.
Ревзин И.И., Розенцвейг В.Ю. Основы общего и машинного перевода. М.: Высшая школа, 1963.
Чернов Г.В. Функциональная система синхронного перевода как вида коммуникативно-речевой деятельности //В сб.: Методы сопоставительного изучения языков. - М.: Наука, 1988. – С. 66 – 71.
Ширяев А.Ф. О некоторых лингвистических особенностях функциональной системы синхронного перевода // Тетради переводчика. Вып. 19. – М.: Высшая школа, 1982. – С. 73 – 85.





Лекция 4

ВИДЫ ПЕРЕВОДЧЕСКИХ ТРАНСФОРМАЦИЙ

4.1. Понятие «переводческая трансформация»

Преобразования, с помощью которых можно осуществить переход от языковых единиц оригинала к единицам перевода, называются переводческими (межъязыковыми) трансформациями. Поскольку переводческие трансформации осуществляются с языковыми единицами, имеющими план содержания и план выражения, то они носят формально-семантический характер, преобразуя как форму, так и значение исходных единиц.
Переводческие трансформации рассматриваются в переводе как приемы перевода, которые может использовать переводчик при переводе различных текстов, в тех случаях, когда словарное соответствие отсутствует, или не может быть использовано в условиях данного контекста.
В зависимости от характера языковых единиц, которые рассматриваются как исходные в операции преобразования, переводческие трансформации можно подразделить на лексические, грамматические и лексико-грамматические (в них преобразования затрагивают одновременно лексические и грамматические единицы оригинала, либо являются межуровневыми, т.е. осуществляют переход от лексических единиц к грамматическим и наоборот).
К лексическим трансформациям, наиболее часто применяемым в процессе перевода относятся: переводческое транскрибирование и транслитерация; калькирование и лексико-семантические замены: конкретизация, генерализация, модуляция и др.
Грамматические трансформации (морфологические, синтаксические) включают: синтаксическое уподобление (дословный перевод); членение предложения; объединение предложения; грамматические замены (замене подлежат формы слова, части речи, члены предложения) и др.
Лексико-грамматическими трансформациями являются: антонимический перевод; конверсная трансформация; адекватная замена; метафоризацияция / деметафоризация; экспликация - описательный перевод / импликация; компенсация; идеоматизация / деидеоматизация и др.

4.2. Основные виды трансформации

Рассмотрим вышеназванные переводческие трансформации.
Транскрибирование и транслитерация – это приемы перевода лексических единиц оригинала путем воссоздания ее формы с помощью букв языка перевода. При транскрибировании воспроизводится звуковая форма иноязычного слова, а при транслитерации его грамматическая форма (буквенный состав). Например: Klaus – Клаус; Barbara – Барбара; Lьbek – Любек.
Ведущим приемом в современной переводческой практике является транскрипция с сохранением некоторых элементов транслитерации. Поскольку фонетические и грамматические системы языков значительно отличаются друг от друга, передача формы слова исходного языка на языке перевода всегда условна и приблизительна. Для каждой пары языков разрабатываются правила передачи звукового состава слова исходного языка, указываются случаи сохранения элементов транслитерации и традиционные исключения из правил, принятых в настоящее время. Например: Fridrich Dьrrenmatt – Фридрих Дюрренматт; Erich Maria Remarque – Эрих Мария Ремарк; Innsbruck – Инсбрук; Loire – Луара; Friedrichstrasse – Фридрихштрассе; Alexanderplatz – Александерплац; «Der Spiegel» – «Шпигель; «Die Welt» – «Вельт»; Weltgewerkschaft – Всемирное профсоюзное движение.
Калькирование – это прием перевода лексических единиц оригинала путем замены ее составных частей – морфем или слов (в случае устойчивых словосочетаний) – их лексическими соответствиями в языке перевода. Сущность калькирования заключается в создании нового слова или устойчивого сочетания в языке перевода, копирующего структуру исходной единицы.
В ряде случаев использование приема калькирования сопровождается изменением порядка следования калькируемых элементов. Нередко в процессе перевода транскрипция и калькирование используются одновременно. Например: transnational (англ.) – транснациональный; petrodollar – нефтедоллар.
Лексико-семантические замены – это прием перевода лексических единиц исходного языка путем использования в переводе единиц языка перевода, значение которых не совпадает со значением исходных единиц, но может быть выведено из них с помощью определенного типа логических преобразований. Основными видами подобных замен являются конкретизация, генерализация и модуляция - смысловое развитие значения исходной единицы.
Конкретизация – лексико-семантическая трансформация, при которой осуществляется замена слова или словосочетания исходного языка с более широким предметно-логическим значением на слово или словосочетание языка перевода с более узким значением. В результате применения этой трансформации создаваемое соответствие и исходная лексическая единица оказываются в логических отношениях включения - единица исходного языка выражает родовое понятие, а единица языка перевода – входящее в нее видовое понятие. Например: коллектив завода – рабочие и служащие. При конкретизации в первоначальную структуру вводится дополнительная дифференциальная сема: «учащийся – студент».
Генерализация - лексико-семантическая трансформация, при которой выполняется замена единицы исходного языка, имеющей более узкое значение, единицей языка перевода с более широким значением. Это преобразование является обратным конкретизации. Приемом генерализации приходится пользоваться, если в языке перевода нет конкретных понятий, аналогичных понятиям исходного языка. Этот прием помогает переводчику выходить из трудного положения, когда он не знает обозначения видового понятия на языке перевода. Например: бананы, апельсины, ананасы – фрукты. При генерализации семантическая структура изменяется за счет потери дифференциальной семы: «стол – мебель, стул – мебель».
Модуляция (смысловое, логическое развитие) – лексико-семантическая трансформация, при которой осуществляется замена слова или словосочетания исходного языка единицей языка перевода, значение которой логически выводится из значения исходной единицы. Наиболее часто значения соотнесенных слов в оригинале и переводе оказываются связанными причинно-следственными отношениями.
При модуляции - логическом развитии - семантическая структура претерпевает наибольшие изменения и может получать все или почти все новые компоненты: «новая статья – последний успех» (замена всех основных семантических компонентов), «ответственный – руководитель» (замена большинства компонентов). Логическое развитие наиболее сложный прием, требующий определенного мастерства от переводчика. Его суть в замене понятия другим, не только, если эти понятия связаны друг с другом как причина и следствие, но и как часть и целое, орудие и деятель и т.п. Например:
«новая пластинка певца » - «последний успех певца »;
«бывший ответственный » - «бывший руководитель »;
«домашнее воспитание » - «семейное воспитание » и т.п.
Многие подобные соответствия зафиксированы в специальных словарях. Чаще такие переходы между взаимосвязанными понятиями переводчикам приходится находить заново в процессе перевода, что и составляет одну из сторон их творчества.
Синтаксическое уподобление (дословный перевод) – грамматическая трансформация при которой синтаксическая структура оригинала преобразуется в аналогичную структуру языка перевода. Эта «нулевая» трансформация применяется в тех случаях, когда в исходном языке и языке перевода существуют параллельные синтаксические структуры. Синтаксическое уподобление может приводить к полному соответствию количества языковых единиц и порядка их расположения в оригинале и переводе.
Членение предложения – грамматическая трансформация, при которой синтаксическая структура предложения в оригинале преобразуется в две или более предикативные структуры языка перевода. Трансформация членения приводит к преобразованию простого предложения исходного языка в сложное предложение языка перевода, либо к преобразованию простого или сложного предложения исходного языка в два или более самостоятельных предложения в языке перевода.
Грамматическая замена - грамматическая трансформация, при которой грамматическая единица в оригинале преобразуется в единицу языка перевода с иным грамматическим значением. Замене может подвергаться грамматическая единица исходного языка любого уровня: словоформа, часть речи, член предложения, предложение определенного типа. В процессе перевода всегда происходит замена форм исходного языка на формы языка перевода. Но грамматическая замена, как трансформация, подразумевает не просто употребление в переводе форм языка перевода, а отказ от использования форм языка перевода, аналогичных исходным, так как они не позволяют осуществить адекватный перевод. Замена форм исходного языка на иные, отличающиеся от них по выражаемому содержанию (грамматическому значению) – в этом суть данной трансформации. Весьма распространенным видом грамматической трансформации в парах языков немецкий/английский и русский/белорусский является замена части речи.
Антонимический перевод – это лексико-грамматическая трансформация, при которой осуществляется замена утвердительной формы в оригинале на отрицательную в переводе или, наоборот, отрицательной на утвердительную. Это сопровождается заменой лексической единицы исходного языка на единицу языка перевода с противоположным значением.
Он все помнит. – Он ничего не забыл.
Вы должны молчать. – Вы не должны говорить.
В Берлине он развлекался. – В Берлине он не скучал.
Но не всякий антоним с отрицанием может служить соответствием в переводе. Например:
Я не закрыл дверь. – Я открыл дверь.
Он рассмеялся. – Он не заплакал.
В рамках антонимического перевода единица исходного языка может заменяться не только прямо противоположной единицей языка перевода, но и другими словами и сочетаниями, выражающими противоположную мысль.
Der Kaplan spielte mit den weiЯen Fingern von Winnitous Schwester, die zart errцtend ihm die Hand ьberlieЯ. (Frank L. Die Rдuberbande.) - Викарий играл белыми пальчиками сестры Виннету, которая зардевшись не отнимала руки. (Франк Л. Шайка разбойников.)
В приведенном примере глагол ьberlassen переведен как не отнимать.
В некоторых случаях введение необходимого в антонимическом переводе компенсирующего отрицания имеет более сложный характер. Сравним отрывок из немецкого военного текста и его перевод:
Es wдre falsch anzunehmen, numerische Unterlegenheit kцnne durch eine bewegliche Kampffьhrung ausgeglichen werden. - Было бы ошибочным предположить, что численное превосходство противника можно компенсировать маневренным ведением боя.
Здесь введение компенсирующего отрицания осуществлено путем замены подразумеваемого мы на слово противник: (unsere) Unterlegenheit - превосходство противника. Иначе это можно выразить так: понятие Unterlegenheit заменено его русским антонимом превосходство, но и субъект - носитель признака - заменен понятием с противоположным знаком: (мы) противник.
К переводческому приему, именуемому антонимическим переводом, по своему содержанию близок прием, именуемый конверсная трансформация. Ее суть в том, что в переводе описывается то же самое отношение между субъектом и объектом, что и в оригинале, только с другой стороны:
Dieses Problem tritt immer an jeden angehenden Lehrer heran. - Каждый начинающий учитель сталкивается с этой проблемой.
Merkwьrdig war, dass sie trotz ihrer gerдuschvollen Ankunft in den StraЯen vцllig allein blieben. (Mann Th. Buddenbrooks) - Однако странным было то, что, несмотря на шумный въезд отряда, улицы продолжали оставаться безлюдными. (Манн Т. Будденброки)
Распространенным является переводческий прием - адекватная замена. Наиболее часто он находит применение при переводе идиом, традиционных метафор и т. п.:
Wenn das meine Freunde sehen, fallen ihnen die Augen aus dem Kopf. (Wurzberger K. Alarm am Morgen) - Мои друзья раскроют рты, когда увидят такое. (Вурцбергер К. Тревога на рассвете.)
Dieser Breuer hatte mir zu Frau Zalewskis Unkenrufen noch gefehlt. (Remar-que E. M. Drei Kameraden) - После карканья фрау Залевски только этого Бройера мне и недоставало. (Ремарк Э. М. Три товарища.)
Суть этого приема состоит в замене всего или части высказывания на исходном языке высказыванием или частью высказывания на языке перевода с другим значением, но с той же смысловой и/или эмоциональной функцией. Но далеко не всегда идиома переводится идиомой, а метафора - метафорой:
Gustav erzдhlte mir, dass er bald heiraten wolle. Es sei etwas Kleines unterwegs, da helfe alles nichts. (Remarque E. M. Drei Kameraden.)- Густав сказал, что скоро собирается жениться. Его невеста ожидает ребенка, и тут, мол, уже ничего не поделаешь. (Ремарк Э. М. Три товарища.)
Примененный переводчиком прием заключается в том, что нечто сказанное «не напрямик», а с помощью иносказания, метафор и т.п., в переводе выражено напрямую с помощью прямых (непереносных) значений слов и словосочетаний. Такой прием именуется деметафоризацией.
Противоположный по содержанию прием - метафоризация:
Aller Anfang ist schwer. - Первый блин всегда комом.
Экспликация или описательный перевод – это лексико-грамматическая трансформация, при которой лексическая единица исходного языка заменяется словосочетанием, эксплицирующим ее значение, т.е. дающим более или менее полное объяснение или определение этого значения на языке перевода.
Например, в немецком языке не существует таких лексических единиц, как бомж, путевка, тулуп, столбовая дорога и т.п. При переводе этих слов необходимо обратиться к описанию обозначаемых ими понятий: табор – стоянка цыган.
С помощью экспликации можно также передать значение любого безэквивалентного слова.
Недостатком описательного перевода является его громоздкость и многословность. Поэтому наиболее успешно этот прием перевода применяется в тех случаях, где можно обойтись сравнительно кратким объяснением. Экспликация придает содержанию более конкретную по сравнению с оригиналом форму выражения.
Was Diedrich stark machte, war der Beifall ringsum, die Menge, aus der heraus Arme ihm halfen, die ьberwдltigende Mehrheit drinnen und drauЯen. (Mann H. Der Untertan.) - Эту силу ему давало всеобщее одобрение, толпа, из которой ему протягивались руки на помощь, подавляющее большинство в школе и за ее стенами. (Манн. Г. Верноподданный.)
„Wissen Sie etwas ьber das Fahrzeug?" „Es war das Brotauto." „Wieso?» „Wer kennt hier nicht den Lieferwagen mit der Anschrift der GroЯbдckerei." (Wurzberger K. Alarm am Morgen.) – «Можете ли вы что-нибудь сказать о машине?» «Это был хлебный фургон.» «Почему вы так решили!» «Да кто же не знает машину с названием большой пекарни на кузове.» (Вурцбергер К. Тревога на рассвете.)
Прием, противоположный экспликации импликация:
Aus dem offenen Fenster gegenьber quakte ein Grammophon den Hohen-friedberger Marsch. (Remarque E. M. Drei Kameraden. ) - Из полуоткрытого окна напротив доносились квакающие звуки военного марша. (Ремарк Э. М. Три товарища.)
Экспликация / импликация отличаются от деметафоризации / метафоризации тем, что не включают в себя перехода от иносказательности к прямому способу выражения содержания. Общее для этих приемов придание высказанному более явной или, наоборот, менее явной формы.
Компенсация – это вид переводческой трансформации, при которой элементы смысла, утраченные при переводе единицы исходного языка в оригинале, передаются в тексте перевода каким-либо другим средством, причем необязательно в том же самом месте текста, что и в оригинале. Тем самым восполняется, «компенсируется» утраченный смысл, и, в целом, содержание оригинала воспроизводится с большей полнотой. При этом нередко грамматические средства оригинала заменяются лексическими и наоборот.
Контекстуальная замена или окказиональное соответствие – лексико-грамматическая трансформация, призванная осуществить нерегулярный, исключительный прием перевода единицы оригинала, пригодный лишь для данного контекста.
Лексические добавления – использование в переводе дополнительных лексических единиц для передачи имплицитных элементов смысла оригинала.
Местоименный повтор – повторное указание в тексте перевода на уже упоминавшийся объект с заменой его имени на соответствующее местоимение.
Опущение – отказ от передачи в переводе семантически избыточных слов, значения которых нерелевантны или легко восстанавливаются в контексте.








Таблица 4.1. Виды переводческих трансформаций.
Лексические (лексические, семантические) трансформации:
Грамматические
трансформации:
Лексико-грамматические трансформации:

переводческое транскрибирование;
транслитерация;
калькирование;
конкретизация - лексико-семантическая замена;
генерализация - лексико-семантическая замена;
модуляция - лексико-семантическая замена и др.
морфологическая трансформация;
синтаксическая трансформация;
синтаксическое уподобление – дословный перевод;
членение предложения;
объединение предложения;
грамматические замены и др.

антонимический перевод;
конверсная трансформация;
адекватная замена;
контекстуальная замена;
метафоризация/демтафоризация;
экспликация - описательный перевод / импликация;
компенсация;
идеоматизация / деидеоматизация;
лексические добавления;
местоименный повтор и др.


В основе всех переводческих трансформаций лежат одна или две речемыслительных операции: перефразирование и/или подстановка. Но степень радикальности переводческих трансформаций бывает весьма различной от трансформаций, влекущих за собой относительно небольшое несходство переводного высказывания с исходным, до случаев так называемого парадоксального перевода, когда внешняя непохожесть исходного и переводного высказываний такова, что в конечном продукте сразу нелегко признать перевод. И лишь в процессе анализа становится ясно, что такое переводческое решение является оптимальным, и позволяет перевести ближе к тексту.
Владение инструментарием переводческих трансформаций позволяет переводчику экономить время и сосредоточиться на решении нестандартных задач. Безусловно, пользуясь лишь переводческими трансформациями, успешно переводить невозможно. Так как всякий перевод требует от переводчика творческого подхода и конкретных переводческих решений.

4.3. Языковые уровни

Рассмотренная выше классификация переводческих трансформаций позволяет провести границу между трансформациями с точки зрения уровней языка, т.е. позволяет показать - языковые единицы какого из уровней претерпевают изменения.
*Языковые уровни это подсистемы общей системы языка, каждая из которых характеризуется совокупностью относительно однородных единиц и категорий языка, а также правил, регулирующих их использование. Выделяются следующие уровни языка: фонетический; грамматический: морфологический и/или синтаксический; лексический: лексический, семантический и др.

Фонетическое преобразование исходного высказывания не может считаться трансформацией, поскольку оно обязательный, константный элемент процесса перевода. О трансформациях правомерно говорить только в тех случаях, когда трансязыковое перефразирование затрагивает еще и другие уровни языка: морфологический, синтаксический, лексический, семантический или же еще более глубокие структуры порождения речи.
Использование уровневых трансформаций ведет к асимметрии исходного и переводного высказывания на том или ином уровне языка, в зависимости от того, какая трансформация имела место. Например:
Pierre berichtete, er sei es gewesen, der den Ankauf des Schiffes vermittelt habe. (Feuchtwanger L. Die Fьchse im Weinberg)- Пьер сообщил, что он был посредником при покупке судна. (Фейхтвангер Л. Лисы в винограднике)
Lenormant... sehnte sich manchmal nach Kraft und Einfachheit. (Ebenda) - Ленормана... часто тянуло к сильному и простому. (Там же)
В первом случае денотативное значение глагола vermitteln переводчик передал существительному посредник, т. е. с некоторой долей условности можно сказать, что глагол был преобразован в существительное.
Во втором случае мы имеем трансформацию: существительные Kraft und Einfachheit были преобразованы в прилагательные, хотя и субстантивированные - сильное и простое. Это морфологическая трансформация. Ее особенность в том, что она в минимальной степени отражается на передаваемом содержании не влечет за собой существенных содержательных потерь.
Достаточно нейтральны в этом отношении и синтаксические трансформации. В приведенном выше примере мы можем наблюдать также и асимметрию на синтаксическом уровне: подлежащее Lenormant в процессе перевода перевоплотилось в дополнение Ленормана, а личное предложение в безличное. Репертуар «превращений» членов предложений в процессе перевода весьма широк:
Hoheitsvoll sah der Wirt den Glasermeister an. (Frank L. Die Rдuberbande.) - Хозяин окинул его величественным взглядом. (Франк Л. Шайка разбойников)
В процессе перевода значение наречия перешло к определению.
Синтаксическая трансформация может заключаться в замене одного типа синтаксической конструкции другим:
Als das Fahrzeug getestet wurde, war der Chefkonstrukteur auf dem Versuchsgelдnde anwesend. - На полигоне, где испытывалась машина, присутствовал главный конструктор.
В приведенном примере придаточное временное предложение трансформировалось в придаточное определительное.
Суть лексических трансформаций заключается в том, что в процессе перевода некоторые лексемы (слова, устойчивые словосочетания) исходного высказывания заменяются не системными (словарными) лексическими эквивалентами языка перевода, а некоторыми контекстуальными эквивалентами, т. е. эквивалентами только на данный конкретный случай, которые при наложении друг на друга лексических систем исходного языка и языка перевода не пересекаются. В частности, это находит свое отражение в том, что контекстуальные эквиваленты не являются эквивалентами в рамках двуязычного словаря:
Er setzte sich hin, nahm die Feder, rьckte aber das Gesicht tief auf den Tisch. (Zweig St.) - Он сел, взял перо и низко нагнул голову над столом. (Цвейг Ст.)
Немецкое существительное das Gesicht не является системным (словарным) эквивалентом русского существительного голова, а немецкий глагол rьcken русского глагола нагнуть.
Лексические трансформации в большей степени, чем морфологические или синтаксические, могут затрагивать процесс передачи исходного содержания. Однако отнюдь не они являются самыми глубокими, самыми радикальными трансязыковыми преобразованиями. Подобно синтаксическим и морфологическим трансформациям, они затрагивают лишь поверхностный слой речемыслительного процесса подбор средств языкового выражения в соответствии с уже имеющейся схемой построения мысли. Соответственно в рамках названных трансформаций переводчик меняет лишь принципы этого подбора, не затрагивая более глубинное явление саму схему мысли.

4.4. Глубинные трансформации

В процессе перевода, однако, имеют место и более радикальные трансформации, вторгающиеся в глубинный слой речемыслительной деятельности. В результате этого претерпевает изменения сама схема мысли. Такие трансформации являются глубинными.
Рассмотрим на примере одноязычного перефразирования разницу между «поверхностными» и глубинными трансформациями. Сравните:
1. а) Петров своим трактором разбил дорогу.
1. б) Трактор Петрова разбил дорогу.
2. а) Вдруг он выхватил нож.
2. б) Вдруг в его руке появился нож.
2. в) Вдруг в его руке все увидели нож.
2. г) В его руке вдруг сверкнул нож.
В случае 1. меняется лишь языковое (синтаксическое) оформление мысли: если в первом высказывании действующий субъект представлен в форме синтаксического субъекта (подлежащего), а инструмент действия в форме инструменталиса (существительного в творительном падеже), то в перефразированном варианте высказывания инструмент: уже выступает как синтаксический субъект (подлежащее), а собственно субъект деятель превратился в признак синтаксического субъекта, выраженный несогласованным определением в родительном падеже. Иными словами, в парафразе трактор представлен так, как если бы он был собственно деятелем и действовал самостоятельно. Отметим при этом существенный момент: при перефразировании не изменился набор признаков, с помощью которых описана ситуация; и в исходном, и в перефразированном высказывании они те же самые: Петров, трактор, дорога, разбить.
В отличие от поверхностных трансформаций в трансформациях глубинных меняется не только (и не столько) языковая форма высказывания, но и набор составляющих, избранных для описания ситуации.
У любой ситуации практически бесконечное множество составляющих. В ситуации 2. , упомянуты следующие ее детали: некто (он); нож, находившийся у него (в кармане, за пазухой, за ремнем и т.д.); свидетели происшествия; быстрое движение (выхватил}: внезапность произошедшего (вдруг). Не упомянуты такие детали, как место, время, количество и состав свидетелей, причины происшествия, погода, разновидность ножа, какой рукой действовал человек с ножом, как он был одет, как выглядел и т.д. Совершенно очевидно, что все составляющие ситуации, во-первых, просто не могут быть использованы в ее описании, во-вторых, в этом нет необходимости достаточно отобрать для описания только те из них, что наиболее существенны (с точки зрения говорящего). Более того, избыточное количество деталей, использованных в описании ситуации, затрудняет восприятие.
Суть глубинных преобразований заключается в изменении набора деталей, изображающих ситуацию. В примерах это выглядит так:
2.а) ситуация описана напрямую, она представлена как свершившееся действие субъекта;
2.б) ситуация представлена как некий результат, само действие не упоминается, откуда появился нож тоже не упомянуто (эти детали перешли в разряд подразумеваемых, они «выводятся» из общего контекста);
2.в) ситуация описана через восприятие окружающих, т.е. появление ножа в руке описано косвенным образом;
2.г) ситуация также описана косвенным образом через упоминание оптического эффекта, сопровождавшего действие.
Глубинные трансформации применяются очень часто:
1) Es ist wieder eine Menge passiert. (Das Tagebuch der Anne Frank) - У нас опять куча новостей. (Дневник Анны Франк)
2) Miep hat eine Woche frei. (Ebenda) - Мип взяла на неделю отпуск. (Там же.)
3) Vor dem Eingang stand eine Laterne. (Remarque E. M. Drei Kameraden)- Подъезд был освещен фонарем. (Ремарк Э. М. Три товарища.)
4) Neben ihm auf der Bank hatte ganz deutlich eine Krцte gesessen halb so groЯ wie er selbst. (Mann H. Der Untertan)- Он ясно видел, что рядом с ним на скамье сидела огромная жаба, чуть не вполовину его роста. (Манн Г. Верноподданный)
5) Vor dem Haus lag auЯerdem ein alter Friedhof, der schon seit langem stillgelegt war. (Remarque E. M. Drei Kameraden) - К тому же перед домом находилось старое кладбище, на котором уже давно никого не хоронили. (Ремарк Э. М. Три товарища)
В процессе переводческих трансформаций в приведенных примерах произошли следующие замены в наборах деталей, использованных для описания ситуаций:
события (eine Menge passiert) информация о них (куча новостей);
результат (hat eine Woche frei) предшествующее действие (на неделю взяла отпуск);
наличие инструмента (stand eine Laterne) результат применения инструмента (освещен фонарем);
событие (hatte deutlich gesessen) восприятие события (ясно видел);
предпринятая мера (war stillgelegt) ее следствие (никого не хоронили).
В чистом виде переводческие преобразовании используются нечасто. Более типичны комбинации трансформаций разного вида. Так, к примеру, морфологическая трансформация, как правило, возможна только в сочетании с преобразованием синтаксической структуры, поскольку «превращение» одной части речи в другую обычно связано и с изменением ее синтаксического статуса, так как у каждой части речи свои предпочтения в области синтаксических функций: у глагола роль сказуемого, у прилагательного функция определения, у наречия функция обстоятельства и т.д.
In der Erklдrung wurde die beiderseitige Befriedigung ьber die erfolgreiche Entwicklung der Handelsbeziehungen zum Ausdruck gebracht.- В заявлении обе стороны выражают удовлетворение по поводу успешного развития торговых отношений.
«Превращение» сложного прилагательного beiderseitig в сочетание числительного и существительного обе стороны повлекло за собой изменение синтаксической структуры высказывания: названное словосочетание получило синтаксическую функцию подлежащего.
Mit schneller Phantasie malte er sich die Zukunft. (Feuchtwanger L. Die Fьchse im Weinberg) - Воображение быстро рисовало ему будущее. (Фейхтвангер. Л. Лисы в винограднике)
В приведенном примере наличествуют признаки трех видов трансформаций:
синтаксической (радикальное изменение синтаксической структуры: деятель, выраженный в оригинале с помощью подлежащего, в переводе представлен как адресат в форме косвенного дополнения, инструменталис занял место подлежащего и т.д.); морфологической (значение прилагательного schnell перешло в переводе к наречию быстро); лексической (Phantasie воображение).

Вопросы для контроля

Что лежит в основе классификации переводческих трансформаций?
Охарактеризуйте основные виды трансформаций.
Какие языковые уровни затрагивают переводческие трансформации?
Почему нельзя избежать глубинных трансформаций при переводе?

Задания для контролируемой самостоятельной работы

Какие существуют лексико-семантические замены на глубинном уровне?
В чем суть синонимических замен и межъязыковой синонимии?
Сравните глубинные лексико-грамматические трансформации, связанные с расширением и сужением с потерей или с приобретением дифференциальных схем.
Что такое актуализация и какова роль данного речемыслительного процесса в переводе?
В чем выражаются синтаксические несоответствия?


ЛИТЕРАТУРА

Жилин И.М. Использование синонимии и вариантности языковых единиц при переводе // Тетради переводчика. Вып. 11. – М.: Междунар. отношения, 1974. – С. 40 – 53.
Зинде М.М., Фридрих С.А. Качество перевода и стилистика текста // Тетради переводчика. М., 1989. – Вып. 23. – С. 23 – 31.
Комиссаров В.Н. Общая теория перевода. М.: Наука, 1999.
Комиссаров В.Н. Перевод и интерпретация //Тетради переводчика. Вып. 19. – М., 1982. – С. 3 –19.
Крушельницкая К.Г., Попов М.Н. Советы переводчику. М.: Астрель – АСТ, 2004.
Крюков А.Н. Межъязыковая коммуникация и проблема понимания // Перевод и коммуникация. – М., 1997. – С. 73 – 83.
Латышев Л.К. Технология перевода. М.: ACADEMIA, 2005.
Латышев Л.К. Перевод. М.: ACADEMIA, 2005.
Левицкая Т.Р., Фитерман А.М. Почему нужны грамматические трансформации при переводе? // Тетради переводчика. Вып. 8. – М.: Междунар. отношения, 1971. – С. 12 – 23.
Левицкая Т.Р., Фитерман А.М. Чем вызываются лексические трансформации при переводе? // Тетради переводчика. Вып. 12. – М.: Междунар. отношения, 1975. – С. 50 – 69.
Левицкая Т.Р., Фитерман А.М. Актуализация и перевод // Тетради переводчика. Вып. 14. – М.: Междунар. отношения, 1977. – С. 22 – 36.
Миньяр-Белоручев Р.К. Теория и методы перевода. М.: Наука, 1991.
Мосьяков А.Е. Разложение фразеологизмов и перевод // Тетради переводчика. Вып. 13. – М.: Междунар. отношения, 1976. – С. 70 – 75.
Рабчинская И.А. и др. Синтаксическая парадигма предложения: проблемы формирования компетенции переводчика //Беларусь – Бельгия: диалог культур. – Мн., 1998. – С. 133 – 138.
Райхштейн А. О переводе устойчивых фраз // Тетради переводчика. Вып. 5. – М.: Междунар. отношения, 1968. – С. 29 – 43.
Рецкер Я.И. Теория перевода и переводческая практика. М.: Междунар. отношения, 1974.
Федоров А.В. Основы общей теории перевода. М.: Высшая школа, 1983.
Швейцер А.Д. Теория перевода: Статус, проблемы, аспекты. М.: Наука, 1988.

Лекция 5

ВИДЫ СОДЕРЖАНИЯ, ЯЗЫКОВАЯ НОРМА И УЗУС

5.1. Языковой знак, понятия «денотата», « сигнификата», « коннотации»

Когда мы говорим о содержании текста, то это не означает, что оно находится непосредственно в тексте в сочетании букв и звуков.
Содержание текста это мысли, чувства, наглядные образы, вызываемые текстом в нашем мозгу. Иначе говоря, содержание текста находится вне самого текста в голове отправителя (того, кто создает и передает текст) и в голове адресата (того, кому текст предназначен и кто его воспринимает).
Строительным материалом, из которого создаются тексты, являются языковые знаки. Наиболее типичный языковой знак слово.
Содержание текста, словно мозаика, складывается из разнообразных значений языковых знаков. Поэтому понять, что есть содержание текста, можно только, получив представление о том, что есть языковой знак и каковы его значения.
Под языковым знаком в современной лингвистике принято понимать звуковой или графический комплекс, соответствующий слову (устойчивому словосочетанию). Непосредственно в знаке мы не обнаружим его значения (подобно тому, как непосредственно в тексте его содержания).

*К языковым знакам относят также свободные (нефразеологические) словосочетания и предложения (высказывания). Однако, на наш взгляд, это не бесспорно (см.: Лингвистический энциклопедический словарь. М., 1990. С. 167).

Современная лингвистика определяет значение знака как его отношение к чему-то, лежащему вне него. Иными словами, языковые знаки имеют для нас значение, способны нести содержание лишь постольку, поскольку они уже заранее - еще до того, как употреблены или восприняты нами в тексте, - соотнесены через наше сознание с чем-то вне самого знака. Таких отношений несколько:
1) Знак соотнесен с денотатом тем предметом, явлением реальной действительности, обозначением которого является знак. Отношение знак денотат позволяет говорящему отсылать слушающего к определенному предмету, а слушающему находить предмет (явление) по его знаку.
Так, если один человек говорит другому: «Переставь цветы со стола на подоконник», то тот переставит именно цветы, а не пепельницу, не чайник или что-то еще другое.
2) Знак соотнесен с отражением денотата в нашем мозгу. В лингвистике это отражение именуется сигнификатом.
Когда нас спрашивают: «Какие цветы вы больше любите?», в нашем сознании возникают образы цветов, даже если в этот момент мы их не видим.
Сигнификат не является простым зеркальным отражением денотата. Он включает в себя помимо всего прочего разного рода «побочные» представления и чувства (ассоциации), традиционно связанные с денотатом. Такого рода «сопутствующие элементы значения», именуемые коннотациями, позволяют употреблять языковой знак в «непрямых» значениях. Например, дети цветы жизни; какой чудесный цветочек (о девушке).

* Термин «денотат» происходит от лат. denotatum (обозначаемое), а термин «коннотация» от лат. connotatio (соозначаемое). Соответственно под коннотацией понимают то, что дополняет денотативное значение.

К коннотациям относятся также входящая в значение знака экспрессивно-стилистическая окраска (сравните: лик лицо рожа, Antlitz Gesicht Fresse) и нормативно-стилистическая окраска.
Отражение денотата, конечно, индивидуально, т. е. специфично для каждого индивида. Так, понятие «цветок» имеет не совсем одно и то же содержание для ботаника-цветовода и обычного человека, для женщин и мужчин (последние обычно гораздо более равнодушны к цветам). Однако образ цветка в сознании всех этих людей обязательно имеет и нечто существенно общее, усредненное, коллективное, позволяющее понимать друг друга, когда речь идет о цветах.
Понятие сигнификата мы распространяем только на коллективное, усредненное отражение денотата (сугубо личные элементы отражения мы к сигнификату не относим).
3) Языковой знак соотнесен с конкретными людьми, которые отправляют и получают знаки и при этом по-своему (порой совершенно непредсказуемо) интерпретируют (употребляют или трактуют) их.
Вот как нестандартно использует слово цветы Сергей Есенин, называя людей «ходячими цветами земли»:
А люди разве не цветы?
О, милая, почувствуй ты,
Здесь не пустынные слова.
Как стебель тулово качая,
А разве эта голова
Тебе не роза золотая?
4) Так же нестандартно, а порой даже и неожиданно интерпретируют языковые знаки и их получатели. Например, писатель В. Гиляровский знал официанта по фамилии Селедкин, который на просьбу посетителей принести селедку воспринимал как скрытое издевательство.
5) И наконец, языковой знак соотнесен с другими знаками языкового кода. Без этого не может быть ни знака, ни кода. Самый примитивный код должен содержать как минимум два знака.
Так, популярный в революционные времена сигнал цветочный горшок в окне, означающий, что опасности нет и можно приходить на явку, подразумевает еще и второй, противоположный по значению знак, а именно отсутствие в окне цветочного горшка. Вне этого противопоставления ни тот ни другой значения не имеют.
В невероятно сложном коде, каковым является любой естественный язык, языковые знаки находятся в разнообразнейших отношениях сходства, различия, родства (производности одного от другого).
Эти обычно «неприметные» отношения знака с другими знаками языкового кода также становятся важным элементом содержания текста, его смысла, если они соответствующим образом обыграны автором, как, например, в нижеследующем диалоге из рассказа М. Горького «Хозяин»:
На подоконнике у нее стоял бальзамин в цвету. Однажды она хвастливо спросила: Хорош светок?
- Ничего. Только надо говорить цветок. Она отрицательно качнула головою.
- Нет, это не подходит: цветок на ситце, а светок, светик это от Бога, от солнышка.
Одно цвет, другое свет... Я знаю, как говорить...
В этом разговоре обыграно фонетическое сходство слов цвет и свет, а также то обстоятельство, что слово цветок является производным от слова цвет.
Все названные разнородные отношения языкового знака являются обязательными элементами знаковой структуры.
Знак невозможен без денотата некоторого фрагмента реальности. Даже самые фантастические понятия «Баба-яга», «русалка» и т. п. имеют в своей основе реальность. Так, русалка состоит из двух реальных составляющих: наполовину женщина, наполовину рыба.
Невозможен языковой знак и без сигнификата. Ведь именно через сигнификат отражение фрагмента реальности в мозгу знак соотнесен с денотатом.
Совершенно очевидна невозможность существования знаков и без интерпретаторов тех, кто их отправляет и получает.

5.2. Семантическое, прагматическое и внутриязыковое содержание

Понятие «содержание» относится к тексту в целом и к его относительно законченным частям (высказываниям, группам высказываний).
Понятие «значение» распространяется только на отдельные языковые знаки (слова и устойчивые словосочетания).
Соответственно содержание возникает только в тексте, а значение присуще языковым единицам еще до того, как они «попали» в текст, т. е. они обладают им еще до того, как они употреблены в речи (произнесены или написаны).
Отталкиваясь от такого толкования этих двух понятий, мы можем говорить о денотативном значении языковых единиц и денотативном содержании текста и его фрагментов.
Денотативное значение образуется отношением знака к денотату. Так как без денотата нет знака, денотативным значением обладает любой языковой знак.
Денотативное содержание текста складывается из денотативных значений представленных в тексте языковых знаков. Подразумеваемое (не выраженное с помощью непосредственно присутствующих знаков) содержание мы относим к другому типу содержания, о котором будет сказано ниже.
Денотативное содержание не является простой суммой механического сложения денотативных значений. Их взаимодействие в тексте носит гораздо более сложный характер. В частности, взаимодействуя друг с другом, широкие, а иногда и расплывчатые денотативные значения языковых единиц конкретизируются.
Сравните «безбрежное» значение глагола обеспечивать с его более конкретными значениями, которые он приобретает в следующих словосочетаниях: обеспечить строгое соблюдение закона (сделать все, чтобы закон строго соблюдался), обеспечить экспедицию продуктами (дать экспедиции необходимые продукты), обеспечить свою семью (предоставить семье достаточные для хорошей жизни материальные средства). Такого рода конкретизация значения в тексте именуется его актуализацией.
Денотативное содержание (значение) представляет собой отражение только объективных свойств, обозначаемых знаками предметов и явлений. К нему не относятся элементы, обусловленные субъективностью восприятия, культурно-исторической традицией и спецификой данного языка. (Они относятся к другим видам содержания.)
Так, например, в русской культуре лиса традиционно считается хитрой, a медведь неуклюжим. Объективно это не так: по данным ученых-специалистов, лиса не блещет ни умом, ни особой хитростью, а медведь демонстрирует на арене цирка чудеса ловкости. Иными словами, хитрость лисы и неуклюжесть медведя не являются объективными свойствами этих животных и не могут рассматриваться как компоненты денотативных значений слов лиса и медведь.
Аналогичным образом в плане денотативного значения абсолютно равны слова лик лицо рожа, ибо входящие в их значение оценочные компоненты предназначены для выражения субъективного отношения к денотату: один и тот же объект может быть для кого-то (бандитской) рожей, а для кого-то (мужественным) ликом национального героя.
Характеризуя отношение воспринимаемого объекта и воспринимающего его субъекта, известный психолог А.Н. Леонтьев указывал на качественно разный статус того и другого: «...на одном полюсе стоит активный ("пристрастный") субъект, на другом -"равнодушный" к субъекту объект».
Денотативное значение представляет собой содержание, рассматриваемое со стороны «равнодушного» объекта.
Содержание, рассматриваемое со стороны «пристрастного» субъекта, именуется сигнификативным.
Сигнификативное содержание (значение), образуемое отношением знак сигнификат, включает в себя помимо объективных свойств денотата также элементы, именуемые коннотациями. В широком смысле этого слова под коннотацией принято понимать любой содержательный компонент, который, не относясь к денотативному содержанию (значению), сопровождает и дополняет его. Однако, исходя из данного нами выше понятия «сигнификат», мы относим к сигнификативным коннотациям не все дополнительные компоненты содержания (значения), а только те, которые являются фактом коллективного языкового сознания и как таковые зафиксированы в парадигматическом значении языкового знака (т. е. еще до того, как он употреблен в речи).
Различного рода индивидуальные дополнительные оттенки, привносимые говорящим или пишущим в содержание «от себя» непосредственно в процессе речетворчества, к сигнификативным коннотациям не относятся.
Поясним сказанное примером. В ряде своих стихотворений Сергей Есенин использует ассоциацию «березка девушка». Сравните:
Зеленая прическа,
Девическая грудь,
О, тонкая березка,
Что загляделась в пруд?
Этот ассоциативный ряд является традиционным для русской культуры, русского языкового сознания и поэтому может быть отнесен к разряду сигнификативных коннотаций.
В другом стихотворении поэт, описывая безрадостную глубокую осень, употребляет выражение «берез обглоданные кости». Про эту ассоциацию («береза кость») уже нельзя сказать, что она традиционна. Скорее, наоборот, она противоречит русскому традиционно светлому образу березки. Соответственно, будучи сугубо индивидуальной, она не является сигнификативной коннотацией.
К наиболее часто встречаемым сигнификативным коннотациям относятся:
некоторые устойчивые для данной этнической общности ассоциации, вызываемые денотатом. Например: вол безропотное трудолюбие (работает как вол), der Ochse (вол) глупость, тупость; медведь неуклюжесть, der Bдr (медведь) сила (stark wie ein Bдr), грубость (ein grober Bдr).
приписываемое денотату символическое значение, например:
сердце, das Herz символ чувств, у восточных народов с тем же символическим значением печень;
снег, der Schnee символ белизны (белый как снег, schneeweiЯ), у некоторых африканских народов, не ведающих снега, в той же символической роли оперение белой цапли;
щепка символ худобы (худой как щепка, после болезни она, как щепка), в немецком языке аналогичный символ die Spindel (веретено): Er ist spindeldьrr,
соотнесенность денотата с определенной лингвокультурной общностью.
Дума нижняя палата российского парламента, der Bundestag нижняя палата парламента в Германии, storting аналогичная палата в Норвегии;
премьер-министр глава государства (в ряде стран), der Bundeskanzler то же самое в Германии и Австрии;
водка традиционно русский крепкий спиртной напиток, der Schnaps аналогичный немецкий продукт, whisky английский крепкий напиток;
соотнесенность денотата с определенной социальной средой:
изба, хата крестьянский дом, вилла дом богача;
джинсы предмет молодежной одежды,
смокинг предмет одежды высшего класса общества;
der Lohn заработная плата рабочего,
das Gehalt заработная плата чиновника или служащего,
das Honorar денежное вознаграждение деятелям науки и искусства за отдельные труды,
der Sold денежное содержание военнослужащих,
die Diдten денежные выплаты депутатам парламента.
соотнесенность денотата с определенной исторической эпохой.
городовой полицейский в царской России,
стахановец передовой рабочий в СССР в довоенную эпоху,
die Reichswehr вооруженные силы Германии в период Веймарской республики,
die Wehrmacht вооруженные силы Германии до 1945 года,
die Bundeswehr вооруженные силы ФРГ,
die Arbeitsfront организация периода нацистской диктатуры, куда входили все работающие и предприниматели.
соотнесенность денотата с определенным мировоззрением:
der Arbeitnehmer работополучатель,
der Arbeitgeber работодатель (термины, употребляемые сторонниками капиталистического рыночного хозяйства),
die Werktдtigen трудящиеся (слово из вокабуляра сторонников социализма), arisch, nicht arisch, verjudet, volksfremd, die Rassenschande, der Volksgenosse слова из вокабуляра немецких нацистов.
отношение говорящего к денотату:
лицо харя,
деловой человек деляга,
das Gesicht die Fresse,
der Chef der Boss,
der Intellektuelle der Intelligenzler,
der Pfarrer der Pfaffe,
sehen – glotzen.
функционально-стилистическая окраска языкового знака - показатель того, что знак преимущественно используется в рамках определенного функционального стиля.
нормативно-стилистическая окраска показатель преимущественного использования языкового знака в определенных (социальных) ситуациях общения.
В лингвистике также принято выделять семантическое и прагматическое и внутриязыковое содержание.
Семантическое содержание – к нему относится содержание, отчужденное от деятеля, т.е. того, кто конкретно использует знак. Семантическое значение свойственно знаку еще до того, как он употреблен в речи.
Прагматическое содержание возникает только в речи (непосредственно в процессе использования знака), когда отправитель в своих интересах использует знак, иногда как бы поворачивая его непривычной стороной. Например: Известно, что однажды А.С.Пушкин, работая над «Борисом Годуновым» и будучи очень доволен результатом своего труда, на радостях начал приплясывать, восклицая: «Аи да Пушкин! Аи да сукин сын!» В устах великого поэта бранное выражение превратилось в похвалу, т. е. получило прагматическое содержание, прямо противоположное своему семантическому значению. Семантическое значение, однако, при этом не изменилось. Такого рода противоречие между семантическим и прагматическим содержанием создает сильный эмоциональный эффект.
Внутриязыковое содержание возникает в тексте как результат отношения знак знак. Языковые знаки находятся в разнообразных отношениях сходства и различия, родства (производности друг друга) и взаимозависимости. Обычно эти отношения не играют самостоятельной роли в тексте и поэтому остаются незаметными для участников коммуникации.
Например, шагая по длинному коридору и приветствуя всех встречных словом «здравствуйте», мы абсолютно не думаем о том, что здравствовать является производным от слова здоровье и означает буквально быть здоровым. Однако текст можно построить таким образом, что это отношение производности перестает быть незаметным и приобретает смысловую роль.
В фантастическом рассказе М. Горького «О черте» описывается, как черт поднимает из могилы скелет некоего писателя и приветствует его:
Здравствуйте! сказал черт.
Не могу, кратко ответил писатель.
Извиняюсь за мое приветствие, любезно сказал черт.
Возможно обыгрывание и иного рода отношений между языковыми единицами: отношения синоним - антоним, омоним омоним, синоним синоним и т. п. Суть возникающего при этом эффекта всегда одна: определенная особенность внутреннего устройства языкового кода, в других («обычных») случаях ничего не вносящая в содержание текста, становится существенным элементом содержания. Достигается это путем противопоставления языковых знаков на основе их сходства или различия.

5.2. Языковая норма и узус

Воздействие текста на адресата определяется не только его содержанием, но и тем, насколько он соответствует навыкам адресата в области восприятия речи, языковым и речевым стандартам данного лингвоэтнического коллектива, отраженным в понятиях языковая норма и узус (речевая норма).
Эти два лингвистических понятия неразрывно связаны с третьим понятием понятием система языка, поскольку в процессе порождения речи система языка, языковая норма и речевая норма (узус) функционируют во взаимодействии.
Система языка - совокупность взаимозависимых единиц языка разного уровня и моделей, по которым они сочетаются, образуя высказывания. При этом система способна производить не только то, что реально встречается в речи людей и признается правильным, но и то, что в речи не употребляется, а если и будет употреблено, то будет признано хотя и понятным, но неправильным.
Так, с точки зрения словообразовательной системы русского языка одинаково возможны существующие и не существующие в русском языке отглагольные наименования: мечтатель, мечталъщик, мечтальник, шутник, шутильщик, шутитель, точильщик, точитель, точильник.
Л.В.Щерба писал о том, что слова писалыцик, читальщик, ковыряльщик никогда не входили и не входят в словарь, но могут быть всегда образованы и правильно поняты. Теоретическая возможность образования существительных по всем трем моделям с суффиксами -тель, -(ль)щик, -(ль)ник доказывается, в частности, реальным существованием таких слов-дублетов, как сеятель и сеяльщик.
Языковая норма это следующий после языковой системы фактор, управляющий порождением речи. Она является своеобразным фильтром, который как бы пропускает или задерживает то, что способна производить языковая система: пропускает то, что реально существует, функционирует в языке и признается обществом правильным, и «отфильтровывает» те продукты системы, которые реально в языке не существуют, в речи не употребляются, а если употребляются, то признаются неправильными.
Норма это представление коллектива носителей языка о том, что есть правильное и неправильное в языке и речи. Существуя как объективно данное, норма отражается в грамматиках, словарях, справочниках. Такие возможные продукты языковой системы, как «писалыцик», «читальщик» и т.п., приводившиеся в качестве примеров для иллюстрации возможностей системы, противоречат языковой норме. Норма не есть нечто незыблемое. Существуют ее варианты, наблюдаются колебания, отступления от нормы.
Узус – речевая норма – также является фактором, регулирующим порождение речи/текста. Узус представляет собой как бы еще один фильтр, следующий за фильтром, образуемым языковой нормой. Фильтр, образуемый языковой нормой, отсеивает такие виды неправильности, которые имеют абсолютный характер, поскольку то, что противоречит языковой норме, неправильно всегда и везде, и не может быть такого, чтобы высказывание, некорректное в нормативно-языковом отношении в одном случае, оказалось бы корректным в каком-то другом. Так, если фраза «Это указывает о большой опасности» неправильна, будучи произнесенной с трибуны большого собрания, то столь же неправильна она, если произнесена в компании друзей за столом. В обиходе такого рода речь именуется неграмотной.
Узус «отфильтровывает» продукты языковой системы не по критерию «правильно / неправильно», а по критерию «более предпочтительно / менее предпочтительно».

*Термин «узус» образован от латинского usus - «пользование, употребление, обычай».

Под лингвистическим термином «узус» принято понимать традиции в речевом общении людей. В одной и той же ситуации об одном и том же предмете можно сказать по-разному. Например, о цене на рынке можно спросить: «Почем огурцы?» или «Сколько стоят огурцы?» или «В какую цену огурцы?» Все эти варианты вопросов не только правильны с точки зрения нормы русского языка, но и узуальны, т. е. соответствуют речевой традиции, поскольку типичны у русских для общения на тему о ценах. Вас также поймут и ответят на ваш вопрос, если вы спросите о цене иначе, например: «Какова цена ваших огурцов?» или «Сколько вы хотите за ваши огурцы?» или «У вас дорогие огурцы?» Все эти фразы также правильны с точки зрения нормы русского языка, но они менее узуальны, т. е. менее типичны для той ситуации общения.
Узус это правила ситуативного использования языка. Он отражает речевые привычки и традиции данного языкового коллектива в различных ситуациях общения. Использование узуальных вариантов речи способствует успеху общения и наоборот.
Одна из главных причин того, что мы порой с трудом понимаем иностранцев, говорящих по-русски, заключается в том, что они употребляют большое количество неузуальных фраз и словосочетаний. О том, как расходятся в некоторых случаях узусы разных языковых коллективов, можно судить хотя бы по стандартным русским и немецким надписям и вывескам:
Берегись автомобиля! - Achtung Ausfahrt!
Справочное бюро - Auskunft
От себя (надпись на двери)- Drьcken
К себе (надпись на двери - Ziehen
Осторожно, окрашено! - Frisch gestrichen
Камера хранения - Gepдckaufbewahrung
Руками не трогать! - Nicht berьhren
Запасной выход - Notausgang
Стоп-кран - Notbremse
Открыто с... до... - Цffnungszeiten von... bis...
Служебный вход - Zutritt nur fьr Personal
Фактор расхождения узусов переводчик должен всегда учитывать..

5.3. Стилистическая окраска языковых единиц

Немаловажен и стилистический фактор. Понятие «стиль» довольно широкое. В нашем случае мы будем иметь в виду только два его аспекта: функциональный стиль и нормативно-стилистическую окраску языковых единиц.
Функциональный стиль одно из центральных понятий современной лингвистики. Функциональный стиль представляет собой совокупность правил отбора языковых средств для использования в той или иной социально значимой сфере общественно-речевой практики. Чаще всего выделяются следующие функциональные стили:
стиль бытового общения (Stil des Alltagsverkehrs);
стиль науки и техники (Stil der Wissenschaft und Technik);
стиль официально-делового общения (Stil des цffentlichen Verkehrs);
стиль публицистики и прессы (Stil der Publizistik und Presse).
Спорным является вопрос о том, правомерно ли выделять стиль художественной литературы, поскольку в художественной литературе помимо авторской речи обычно присутствует и разностильная речь персонажей. Если уж такой стиль выделять, то относить к нему следует только непосредственно речь автора.
Для каждого функционального стиля характерны свои средства языкового выражения. Это становится особенно четко видно, когда происходит смещение функциональных стилей. Сравните:
Нападающий не смог преодолеть препятствие, которое возникло перед ним в виде защитника. (Из спортивного репортажа)
Малограмотно и комично! Не правда ли? А причиной тому неуместное употребление свойственного научно-техническому стилю выражения «в виде (чего-то)» в тексте репортажа о хоккейном матче. Заметьте, однако, как естественно звучит аналогичное выражение в научном тексте:
Появление на земле разумного существа в виде человека ознаменовало собой новый этап в развитии природы.
Нарушение функционального стиля может быть намеренным с целью создания комического эффекта.
Нормативно-стилистическая окраска языковых единиц в современной германистике классифицируется на следующие разряды: возвышенная (gehoben), нейтральная (neutral), нейтрально-разговорная (neutral-umgangssprachlich), фамильярная (salopp), вульгарная (vulgдr).
Продемонстрируем эту шкалу на примере стилистических синонимов (табл. 5.1.).
Нормативно-стилистическая окраска единиц языка самым непосредственным образом соотнесена с социальными нормами общения, определяемыми ситуацией, в которой это общение происходит, социальными статусами общающихся.








Таблица 5.1. Русские и немецкие стилистические синонимы
Нормативно-стилистическая окраска

возвышенная
gehoben
нейтральная
neutral
нейтрально-разговорная
neutral-umgangssprachlich
фамильярная
salopp
вульгарна
vulgдr


betrьgen



обмануть
anfьhren



обставить
обвести вокруг пальца
mцgeln
bemцgeln
anschmieren
beschummeln
надуть
облапошить
объегорить
anscheiЯen
bescheiЯen


наколоть


trunken
опьяненный
betrunken
пьяный

навеселе
под шофе
blau
поддатый
besoffen
нализавшийся

Antlitz
Angesicht
лик
Gesicht

лицо


физиономия


мордашка
Visage, Fratze
Fresse
рожа, харя. морда

entschlafen
verscheiden
скончаться,
упокоиться
sterben
versterben
умереть


помереть
Abkratzen

отдать концы
verrecken
krepieren
подохнуть


Только языковые единицы нейтральной нормативно-стилистической окраски одинаково приемлемы в любой ситуации общения: официально-деловой, непринужденной дружеской и т.д. Все другие нормативно-стилистические окраски уместны лишь каждая в «своей» специфической ситуации.
По определению узус это правила использования языка в зависимости от ситуации общения вообще.
Стилистический фактор (функциональный стиль + нормативно-стилистическая окраска) - это правила использования языка в зависимости от социально детерминированных аспектов узуса. Однако этими аспектами ситуативные правила отбора вариантов речи не исчерпываются.
В процессе порождения текста языковая система, языковые нормы и узус взаимодействуют. Представим себе это взаимодействие в виде следующего устройства механизма: система порождает «сырую» речь (текст), норма «очищает» речь от неправильного (того, что в просторечии именуется неграмотным), узус «очищает» речь от неуместного, не соответствующего речевой традиции. При этом то, что нормативно (соответствует языковой норме), необязательно узуально (соответствует узусу). То, что узуально, чаще всего и нормативно. Однако иногда в узусе могут закрепиться и такие формы, которые противоречат языковой норме. Например, неправильное «Сколько время?» вместо правильного «Сколько времени?»
Обратим внимание на то, что фильтр «узус» распределяет способы языкового выражения на три «потока». Сопоставим три разные с функционально-стилистической точки зрения словосочетания, фиксирующие один и тот же факт: 1) гражданин Н., находившийся в состоянии сильного алкогольного опьянения; 2) сильно пьяный Н.; 3) сильно поддатый Н.
Первый способ выражения состояния гражданина Н. типичен для милицейских протоколов, судопроизводства и т.д. Второй нейтрален в функционально-стилистическом отношении; третий уместен в бытовом общении, в соответствующей дружеско-фамильярной обстановке.
Но представим, что в обвинительной речи на суде прокурор вместо первого способа языкового выражения избрал второй. Это не будет узуальный способ выражения, но он и не будет резко контрастировать с обстановкой общения, не будет вызывать чувства отчуждения, протеста или комический эффект. Поэтому данный тип неузуальности и назван нейтральным. Если же обвинитель вместо первого способа выражения изберет третий, то это вызовет недоумение или даже смех, поскольку это будет вопиющее нарушение речевой нормы. Именно поэтому такие способы языкового выражения и получили название антиузуальных.
Языковая норма и узус также являются факторами регулятивного воздействия. Текст воздействует на адресата не только содержанием, но и иными своими сторонами. К числу последних относится такой важный фактор, как степень обычности / необычности средств языкового выражения:

13 SHAPE \* MERGEFORMAT 1415
Обычность (стандартность, привычность) средств языкового выражения облегчает восприятие содержания, позволяет спокойно воспринимать его, не отвлекаясь на разрешение трудностей языкового характера. Про текст, в котором языковые знаки не затемняют смысловую сторону, можно сказать, что он «прозрачен для содержания». Когда хорош не только оригинал, но и перевод, получатель перевода благодаря этому испытывает особый комфорт.
А. Нойберт поясняет проблему привычного / непривычного в языковом выражении с помощью следующего очень наглядного примера: тот, кто запомнил номер телефона 37195 как «три семьодиндевять пять», может не сразу понять, что речь идет о нем, если услышит его в другой «компоновке», например: «тридцать семь сто девяносто пять»
Как отмечают психологи, привычность средств языкового выражения позволяет получателям текста использовать эталоны восприятия, находящиеся в долговременной памяти, и опереться в процессе идентификации и интерпретации речи на прошлый опыт.
Однако непривычность средств языкового выражения отнюдь не всегда является отрицательным свойством текста. Необычность языкового выражения применяется как литературный прием, рассчитанный на определенное воздействие (эстетическое, эмоциональное, комическое и т.д.). Очевидно, что такие свойства текста, как привычность /непривычность (обычность / необычность, стандартность / нестандартность) использованных в нем языковых средств самым непосредственным образом соотнесены с понятиями узуса и языковой нормы, а через них и с понятием языковой системы.
Лингвистические понятия языковая норма и узус по сути дела являются синонимами таких бытовых выражений, как «ясность», «легкость восприятия», «привычность языка», и антонимами необычности, оригинальности, «художественной» неправильности, с помощью которых достигается особый эффект воздействия (эстетический, эмоциональный, комический и др.).

Вопросы для контроля

Что общего в понятиях «сигнификат» и «денотат»?
Чем отличаются языковые знаки от любых других?
Приведите примеры сигнификативных коннотаций.
Что такое нормативно-стилистическа окраска языковых единиц?
Как взамодействуют между собой языковая система, норма и узус?

Задания для контролируемой самостоятельной работы

Проанализируйте с точки зрения нормативно-стилистической окраски явление синонимии языковых средств в переводе в сфере международных отношений.
Охарактеризуйте языковую систему современного немецкого языка с позиции языковой нормы в официально-деловой сфере.
Выделите три уровня стандратности средств языкового выражения, присущих переводу в сфере международных отношений.


ЛИТЕРАТУРА

Ахматова О.С., Задорнова В.Я. Теория и практика перевода в свете учения о функциональных стилях речи. – В кн.: Лингвистические проблемы перевода. Сб. статей: М.: МГУ, 1981, С. 3-12.
Аполлова М.А. О системном подходе к языку // Тетради переводчика. Вып. 10. – М.: Междунар. отношения, 1973. – С. 14 – 30.
Бархударов Л.С. Языковые значения и перевод // Вопросы теории и методики преподавания перевода. – М., 1970. – С. 15 – 16.
Брандес М.П. Стилистический инвариант перевода текста // Тетради переводчика. Вып. 22. – М.: Высшая школа, 1987,– С. 49 – 57.
Жилин И.М. Использование синонимии и вариантности языковых единиц при переводе // Тетради переводчика. Вып. 11. – М.: Междунар. отношения, 1974. – С. 40 – 53.
Ицкович В.А. Языковая норма. – М., 1968.
Кафыров А. Переводчики шутят // Тетради переводчика. Вып. 23. – М.: Междунар. отношения, 1975. – С. 75 – 80.
Кузьмин С.С. Смех как переводческая проблема // Тетради переводчика. Вып. 13. – М.: Междунар. отношения, 1976. – С. 47 – 58.
Романов Г.С. Когнитивная лингвистика и единицы перевода //В сб.: Межкультурная коммуникация и лингвистические проблемы перевода. – Мн., 2001. – С. 37 – 43.
Левый И. Искусство перевода. М.: Сов. писатель, 1974.
Савельева Г.Н. Об имплицитных моделях в переводе // Проблемы перевода текстов различных типов. – М., 1986., - С. 61 – 70.


Лекция 6

ПЕРЕВОДЧЕСКИЕ ОШИБКИ

6.1. Межъязыковая и внутриязыковая интерференция

В переводческой практике обычно наблюдается два основных типа переводческих ошибок: 1) ошибки, возникающие под влиянием родного языка, 2) ошибки, причины которых коренятся в структуре самого иностранного языка.
В обоих случаях имеет место явление, которое называется интерференцией. В первом случае можно говорить о межъязыковой интерференции, во втором случае мы имеем дело с внутриязыковой интерференцией.
Ошибки возникающие под влиянием родного языка, имеют в своей основе перенос способа выражения данного содержания из родного языка в иностранный язык. Объективной основой такого переноса является очень часто несовпадение соотносительных единиц (т.е. единиц, выражающих сходное значение, отражающие одинаковые реальные объекты) в родном и иностранном языке.
Можно выделить две противоположные ситуации такого рода переводческих ошибок:
1. Единица перевода в родном языке унифицированная. Например, как форма сослагательного наклонения в русском языке «частица бы + глагол в прошедшем времени». Соотносимая единица в немецком языке является дифференцированной. Konjunktiv имеет много временных форм, каждая из которых используется в конкретном контексте. Например, Prдteritum Konjunktiv используется для выражения только настоящего и будущего времени.
Он был, бы, имел бы, пришел бы.
Er wдre, hдtte, kдmme (wьrde kommen).
Er wдre gewesen, hдtte gehabt, wдre gekommen.
2. Единица перевода в родном языке дифференцирована, в немецком языке унифицирована. Например,
В русском языке придаточное предложение с союзом чтобы двузначно. Это либо придаточное цели, либо придаточное дополнительное, что зависит от грамматического окружения: «Я даю тебе книгу, чтобы ту ее прочел». И «Я хочу, чтобы ты прочел эту книгу.»
В немецком языке эти два вида придаточных оформляются с помощью разных союзов: damit в первом случае, dass во втором.
Отметим еще один момент, усложняющий правильное употребление придаточных с damit и dass. В русском языке после союза «чтобы» употребляется форма на «-л», которая является в данном случае сослагательным наклонением («бы» сливается с «что» = «чтобы»), поэтому эта формы иногда воспринимается как прошедшее время и соответственно передается глаголом в Prдteritum. Это обстоятельство доставляет немало трудностей иностранцам, изучающим русский язык. Фактически налицо двойная интерференция.
Аналогичные переводческие ошибки возникают, в связи с употреблением артикля, переводом притяжательных и возвратных местоимений.
В русском языке существительное не дифференцируется по значения определенности/неопределенности. Например: книга – книги; das Buch - ein Buch; die Bьcher – Bьcher.
В немецком языке такая дифференциация обязательна в подавляющем большинстве случаев.
Русские притяжательные местоимения в немецком языке передаются разными формами в зависимости от лица и числа. В русском языке они унифицированы. Например: свой, себе, себя – mein, dein, sein; mich, mir, dir, sich.
Часто ошибки возникают при употреблении имен прилагательных, например, сравнительная степень. В немецком языке сравнительная степень прилагательных образуется только при помощи суффикса –er + Umlaut у некоторых прилагательных. В русском языке этой одной форме соответствует две формы: флективная и описательная: светлее, более светлый – heller. «Более светлый» - такая форма употребляется как единственно возможная в атрибутивной функции. Отсюда и в немецком языке идет неправильное употребление форм сравнительной степени. Так, в качестве определения используют несуществующую в немецком описательную форму с mehr.

· Wir haben ein mehr helles Zimmer. (вместо: helleres)

· Ich hцrte eine mehr interessante Neuigkeit. (вместо: interessantere)
В русском языке форма именной части сказуемого *предикатива ( зависит от времени, наклонения и глагольной связки. Возможны две формы – именительный ли творительный падеж. В немецком языке возможен только Nominativ. Ошибки возникают в том случае, когда изучающий стремится употребить предикативное существительное с als. Например: Он - наш друг. – Он остался нашим другом. - Er ist, bleibt unser Freund.
Рассмотренные выше примеры переводческих ошибок, связанных с интерференцией, возможно успешно избегать, если анализировать переводимое высказывание с точки зрения коммуникативной нагрузки, т.е. выделив в каждой единице перевода коммуникативное задание.

6.2. «Ложные друзья переводчика»

«Ложные друзья переводчика» - наиболее известный класс лексических «провокаторов», о которых немало написано. К ним относится немалая часть так называемых интернационализмов лексических единиц ИЯ, сходных по звучанию и / или написанию с лексическими единицами ПЯ.
«Ложные друзья переводчика» те интернационализмы в ИЯ, которые полностью или частично расходятся по значению со своими звукобуквенными аналогами ПЯ. Неопытные переводчики нередко попадают в ловушки фонетического сходства, под которым скрываются существенные семантические различия.
«Ложные друзья переводчика» подразделяются на четыре основных типа. К первому типу таковых относятся слова ИЯ, созвучные словам ПЯ, но полностью расходящиеся с ними своим значением:
der Termin не термин, а 1. срок; 2. судебное заседание; 3. договоренность о встрече
das Feuilleton не фельетон, а литературный раздел в газете или журнале (в Австрии газетная статья, фельетон)
der Dramaturg не драматург (писатель создающий пьесы), а заведующий литературной частью театра
Ко второму типу «ложных друзей переводчика» относятся такие многозначные слова ИЯ, у которых часть значений совпадает со значением внешне сходного слова ПЯ, а часть значений расходится. «Ложные друзья» этого типа встречаются чаще, чем относящиеся к первому типу:
der Referent не только 1. референт (должностное лицо), но и 2. докладчик;
der Ingenieur не только 1. инженер (Diplomingenieur), но и 2. техник (специалист со средним образованием);
komisch не только 1. комичный (смешной, забавный, потешный), но и 2. разг. странный (ein komisches Gefьhl).
К третьему типу «ложных друзей переводчика» относятся лексические единицы исходного языка, у которых есть сходное по звучанию или написанию слово в ПЯ, являющееся одним из своих значений эквивалентом слова ПЯ, однако у того же самого слова ПЯ есть еще одно или несколько значений, не имеющих ничего общего со своим звуковым (буквенным) аналогом в ИЯ. Например:
der Radiator радиатор (нагревательный прибор), но не радиатор автомашины (по-немецки der Kьhler);
die Navigation навигация (кораблевождение), но не навигация в значении «судоходство», «мореплавание» (Schifffahrt) и также не навигация в значении «судоходный сезон» (Schifffahrtsaison);
die Amortisation 1. амортизация в значении «постепенное снижение ценности в результате изнашивания» (эк. термин) и 2. амортизация в значении «постепенное снижение долгов» (эк. термин), но не амортизация в значении «смягчение толчков» (техн. Термин - StoЯdдmpfung).
К четвертому типу «ложных друзей переводчика» относятся названия мер, весов и других величин измерения, созвучные в ИЯ и ПЯ, но не совпадающие по количеству:
das Pfund 500 г, в то время как русский фунт 409,5 г;
der Zentner в Германии 50 кг (100 немецких фунтов); в Австрии и Швейцарии Zentner равняется 100 кг.
Соотношение значений созвучных слов двух разных языков может быть точно таким же, как и соотношение других взаимоэквивалентных слов ИЯ и ПЯ: т. е. частично совпадать и частично расходиться. В качестве примера можно привести заимствованное из английского слово Hooligan. В русском языке хулиганом называют человека, своими действиями демонстрирующего явное неуважение к обществу и личности, грубо нарушающего общественный порядок, бесчинствующего в общественном месте или семье. В Германии же словом Hooligans называют главным образом бесчинствующих футбольных болельщиков, приходящих на футбол затем, чтобы устроить побоище с болельщиками другой команды:
Beim Weltmeisterschaft-Qualifikationsspiel zwischen Italien und England in Rom zerlegten Hooligans von der Insel in der Innenstadt Kneipen und Geschдfte. AnschlieЯend lieferten sie sich im Stadion eine Schlacht mit der Polizei. („Spiegel", 3.11.1997)
Ошибки на почве «ложных друзей переводчика» очень живучи. В одном из немецких телефильмов с закадровым русским текстом персонаж, молодой здоровый лоботряс, развалившись в постели с девицей, жалуется ей (в русском переводе): «Мой старик никак не успокоится хочет, чтобы я стал академиком». В другом фильме один немецкий офицер говорит другому (опять же в русском переводе): «Да это же наша официантка. Она сегодня утром подавала нам в казино макароны». Переводчиков не смутила ситуативная нелепость их переводов. Кто может требовать от молодого балбеса, чтобы он стал академиком? Кто подает в казино макароны? Перед лицом такой нелепости надо было бы усомниться в правильности перевода и обратиться к словарям: Akademiker это человек с высшим образованием, Kasino офицерская столовая. Однако гипноз подлинника в иных случаях бывает слишком силен, и часто ему «подыгрывает» самоуверенность языковых посредников, которую порой не в состоянии поколебать даже очевидная нелепость их перевода.

6.3. «Ловушки внутренней формы»

«Ловушки внутренней формы». Внутренняя форма лексической единицы это ее внутреннее устройство, структура, образуемая корнем слова (в случае сложного слова корнями), суффиксами и префиксами или сочетанием нескольких слов, если речь идет о лексической единице в форме устойчивого словосочетания. Внутренняя форма, если она не стерлась, в результате исторических преобразований, происходящих в языке, способна указать нам, какую из многочисленных характеристик предмета данный язык «избрал» в качестве его «метки», его отличительного признака. Так, русское слово портной образовано от слова порты (штаны, одежда), немецкое слово Schneider от schneiden (резать), а болгарское шивач от болгарского глагола шия (шить).
Как показывают данные примеры, лексические единицы, обозначающие в разных языках один и тот же денотат, могут иметь совершенно различную внутреннюю форму. Ловушки для переводчика со стороны внутренней формы возникают в случаях, когда лексема ИЯ и лексема ПЯ, имея аналогичные внутренние формы, обладают разным денотативным значением. Так, например, немецкий футбольный термин FreistoЯ вопреки родству внутренних форм не соответствует русскому футбольному термину свободный удар, а означает любой назначаемый судьей удар, пробиваемый без помех со стороны противника, чему в русской терминологии соответствует и свободный и штрафной удар. Если у немца возникает необходимость более дифференцированного обозначения, он употребляет словосочетания direkter FreistoЯ (штрафной удар) и indirekter FreistoЯ (свободный удар). Логика этих терминов такова: direkt означает, что этим ударом можно непосредственно забивать мяч в ворота, indirekt что этого делать нельзя и гол, забитый (непосредственно) после такого удара, не засчитывается. Что касается немецких футбольных репортажей, то там штрафной удар чаще всего обозначается просто словом FreistoЯ.
Из сказанного видно, что внутренняя форма сама по себе обладает определенной логикой. И эта логика порой заводит в западню даже лингвиста. Встречаются и просто нелогичные сами по себе внутренние формы, т. е. такие внутренние формы, собственный смысл которых не соответствует тому, что они обозначают.
Так, сегодня рядовой носитель русского языка (не языковед) вряд ли распознает, что слово стол образовано от глагола стлать (стелить), слово сердце отслова середина, слово рубль от рубить, слово мешок от слова мех (из которого когда-то шили мешки). Во всех этих словах внутренняя форма уже не ощущается. Наличие собственного («дремлющего») смысла у внутренней формы многих слов проявляется при их обыгрывании. К примеру, про бедного портного говорили: «Портной, а без порток».
Так жертвой нелогичной внутренней формы стал в период Великой Отечественной войны один фронтовой переводчик. В трофейном немецком документе он встретил термин Vergaser, обозначавший некоторое техническое устройство, недавно доставленное на склад. Поскольку Vergaser буквально означает «преобразователь (чего-то) в газ», переводчик доложил, что на данный участок фронта доставлено оружие для газовой атаки. Разумеется, это сообщение вызвало крайнюю обеспокоенность командования, и лишь некоторое время спустя более опытный переводчик обнаружил весьма банальную ошибку: Vergaser это всего-навсего карбюратор важнейшая составляющая работающих на бензине двигателей внутреннего сгорания, которые по-русски так и именуются карбюраторными двигателями, а по-немецки Vergasermotoren. Нелогичность немецкой внутренней формы в данном случае проистекает из того, что Vergaser (карбюратор) вырабатывает вовсе не газ, а только нечто отдаленно сходное с ним смесь воздуха с мельчайшими каплями легкого жидкого топлива. Правильное название для такого рода смеси воздуха и жидкости «взвесь».
Из истории военного перевода известен еще один случай, когда неадекватная иносказательная внутренняя форма лексической единицы сыграла злую шутку с переводчиком. Немецкое словосочетание spanische Reiter обозначает один из видов инженерных заграждений ежей из колючей проволоки. Однако переведено оно было дословно и поэтому ошибочно: испанская кавалерия. (Хотя дело было на советско-германском фронте во время Второй мировой войны, когда кавалерия почти не применялась.)
Иногда затемняющая значение слова внутренняя форма избирается специально для того, чтобы «облагородить» то или иное не очень популярное явление либо не очень приятное название. Так, например, в бывшей ГДР дома для престарелых с определенного момента стали именоваться Feierabendheim (вместо прежнего Altersheim). «Логика» этого нового наименования была такова: Feierabend (время после рабочего дня) Feierabend des Lebens (послетрудовой период жизни) Feierabendheim (дом, где живут люди, честно отработавшие свое). Однако эта «красивая» логика переименования была совсем не очевидна для тех, кто, не зная новых «социалистических» реалий ГДР, встречал в тексте это слово в первый раз. Руководствуясь более простой логикой, неопытные переводчики переводили это сложное слово словосочетанием однодневный дом отдыха или вечерний дом отдыха (профилакторий).
Все эти примеры подтверждают уже сказанное логика внутренней формы слова, ее собственный «смысл» могут вступать в противоречие с его денотативным значением.
Если бы мы в переводе следовали только логике внутренней формы, то немецкое Brustkorb надо было переводить не словосочетанием грудная клетка, а словосочетанием грудная корзина, слово стрелки (часов) не словом Zeiger, а словом Pfeilchen. Но мы не делаем этого и ориентируемся не на внутреннюю форму, а на денотат. Последнее не связано с особыми трудностями. Но когда в тексте фигурируют понятия из специальных областей, суть которых переводчику недостаточно понятна или же более или менее понятна, но переводчик не знает терминологических соответствий ПЯ, ему приходится «цепляться» за внутреннюю форму терминов как единственную данность. Именно поэтому наиболее часто переводчики попадают в «ловушки внутренней формы», имея дело со специальными текстами, содержащими специальную терминологию.
Было бы неверным считать, что «ловушки внутренней формы» подкарауливают переводчика только при переводе текстов, оснащенных специальной терминологией. Такое случается и при переводе совершенно обычных (например, газетных) текстов.
В 1970-е и 1980-е годы в газетах очень часто встречались понятия разрядка и разоружение. Их немецкие соответствия Entspannung und Abrьstung. Однако студенты будущие переводчики при переводе этой пары слов на немецкий постоянно сбивались на Entspannung und Entrьstung (Entrьstung - возмущение). Причем эта ошибка была отнюдь не случайна. С помощью приставки ent- в немецком регулярно выражается семантическая идея отделения, освобождения от чего-то, сравните: entminen (разминировать), entfдrben (обесцвечивать), entfernen (удалять), entrechten (лишить прав), entwьrdigen (обесчестить) и т.д. С этой же приставкой есть и глагол, означающий «разоружать» глагол entwaffnen, но он используется в ситуациях, когда речь идет о конкретном отнятии у кого-то оружия (einen Verbrecher, ein Bataillon entwaffnen), а когда речь идет о военно-политической акции, употребляются слова с другим корнем и другой приставкой (sich) abrьsten, Abrьstung. Студенты забывали об этом, однако нельзя не признать, что сбиваясь с Abrьstung на Entrьstung, они следовали определенной словообразовательной логике. К сожалению, логика этого сорта (логика абстрактно-возможного, логика языковой системы) отнюдь не всегда реализуется в языке. Как уже говорилось ранее, не все, что возможно в плане языковой системы, проходит «сито» языковой нормы.

6.4. «Забытые значения» многозначных слов

«Забытые значения» многозначных слов. В своей замечательной книге, посвященной искусству художественного перевода, К И. Чуковский вспоминает следующий поучительный случай. «Превосходный переводчик Валентин Сметанич, переводя с немецкого французский роман Шарля-Луи Филиппа, изобразил в переводе, как юная внучка, посылая из Парижа деньги своему старому дедушке, живущему в деревенской глуши, дает ему такой невероятный совет: «Сходи на эти деньги к девочкам, чтобы не утруждать бабушку».
Эта фраза предопределила дальнейшее отношение переводчика к героине. Он решил, что жизнь в Париже развратила ее, и всем ее дальнейшим поступкам придал оттенок цинизма. Каково же было удивление переводчика, когда через несколько лет он познакомился с подлинником и увидел, что внучка, посылая дедушке деньги, отнюдь не предлагала ему истратить эти деньги на распутство, а просто советовала взять служанку, чтобы бабушке было легче справляться с домашней работой.
Даже не видя исходного немецкого текста, можно с достаточной уверенностью предположить, что фактором, подтолкнувшим переводчика к ошибке, является одно из забытых переводчиком значений слова Mдdchen, обычно стоящее в словарях на последнем месте, иногда с пометкой «устаревшее».
Аналогичные «малоизвестные» значения есть и у других многозначных слов. Так опрос показал, что сравнительно немногие русские, владеющие немецким языком, знают, что немецкое прилагательное feudal помимо значения «феодальный» означает еще и «аристократический», а также «изысканный», «шикарный», «великолепный». Соответственно, (в зависимости от контекста) мы переведем:
Das Kapital ьbte eine zersetzende Wirkung auf die feudale Produktionsweise. - Капитал оказывал разрушительное воздействие на феодальный способ производства.
Er fiel durch sein feudales Gebaren auf. - Он бросался в глаза своими аристократическими замашками.
Sie wohnt jetzt in einer feudalen Villa. - Теперь она живет на шикарной вилле.
Поскольку слово feudal созвучно русскому феодальный, мы вправе говорить о совмещении здесь фактора «ложные друзья переводчика» и фактора «забытые значения».

6.5. Лексические иносказания

«Лексические иносказания». Иносказание - непрямой способ выражения содержания. «Лексическое иносказание» иносказание в форме слова или устойчивого словосочетания. В немецком языке есть множество слов и устойчивых словосочетаний, традиционно употребляемых в несобственных значениях. Переводчики, не знающие об этом, нередко становятся жертвами данного обстоятельства. Анализируя изданный в 1959 году русский перевод романа Г. Фаллады „Wolf unter Wцlfen", Г. В.Павлов приводит ряд весьма показательных ошибок такого рода. Например:
Frдulein hцrt zu von morgens bis abends Geschichten von Regimentsdamen, lдngst verstorben und vergessen. Geschichten von blauen Briefen und Befцrderungen. - Фрейлейн с утра до вечера слушает рассказы о полковых дамах, давно умерших и позабытых, рассказы о синих конвертах и производствах в чин.
Sie dьrfen mir nichts tun! Ich bin geisteskrank! Ich habe den Paragraphen 51! Schlagen Sie mich nicht, bitte nicht, Sie machen sich strafbar! Ich habe den Jagdschein. - Вы ничего не смеете со мной сделать! Я душевнобольной! Я по графе пятьдесят первой. Не бейте меня, не надо, вас привлекут к ответу! У меня есть свидетельство на право охоты.
В обоих случаях в переводе допущены грубые ошибки, ибо словосочетание der blaue Brief имеет в немецком языке устойчивое иносказательное значение: уведомление об увольнении с работы, службы, а слово Jagdschein помимо своего прямого значения означает также: свидетельство о психическом заболевании. Приведем примеры традиционных лексических иносказаний:
blinder Passagier - безбилетник, «заяц»;
grьne Minna - машина для перевозки арестованных, «черный ворон», воронок Sargnagel (шутл.) - сигарета
Heimkino (шутл.) - телевизор Tapetenwechsel - смена обстановки
Niete - пустое место, нуль (о человеке)
Flasche - болван, пустое место (о человеке) Blьte - прыщ
Taucherbrille - синяк
alte Schachtel (пренебреж.) - старая женщина, старая перечница
Gottes Acker - кладбище
Особым видом иносказаний являются имена собственные, традиционно употребляемые в переносных значениях. Чаще всего это явление наблюдается в разговорной речи. В качестве примеров приведем пару соответствующих словарных статей из «Немецко-русского словаря разговорной лексики» В.Д.Девкина (М., 1994):
Otto - -s, -s 1. экземпляр, вещь (о чём-л., отличающемся большими размерами, вызывающем удивление, восхищение и т. п.). Das ist vielleicht ein Otto, dieser Karpfen! // Die Kьrbisse in seinem Garten sind ungeheuere Ottos! // Seine Freundin hat einen strammen Otto, mдchtigen Otto (большая грудь). 2. den Otto haben - иметь понос. 3. Otto Normalverbraucher - обыкновенный, простой смертный. Fьr Otto Normalverbraucher sind die Theaterkarten zu teuer. // Otto Normalverbraucher steht gewцhnlich um 6 Uhr auf.
Meier - Mensch Meier! шутл. фам. восклицание широкого применения. Вот это да!, черт возьми!, послушай!, а, бродяга! и т.п. Die FuЯballspieler klopften ihrem Torwart begeistert auf die Schulter: „Mensch Meier, den Ball hast du aber hervorragend abgefangen!" // Mensch Meier! Nun sehen wir dich wieder! // Mensch Meier, ist das ein Wetterchen!
Нередко встречаются иносказания, в основе которых замена названия объекта указанием его местоположения. Так, например, словосочетание die Richter in Karlsruhe означает Bundesverfassungsgericht - Конституционный суд ФРГ, расположенный в городе Карлсруэ.
В политических детективах и публицистических статьях название небольшого города под Мюнхеном Pullach выступает как синоним названия ведомства, официально именуемого Bundesnachrichtendienst - разведслужба ФРГ со штаб-квартирой в Пуллахе.
В те времена, когда столица ФРГ находилась в Бонне, в качестве синонима названия Министерства обороны ФРГ – Bundesverteidigungsministerium - использовалось название района, где оно располагалось - die Hardthцhe.
Бывшая Австро-Венгерская империя и раньше, и теперь часто именуется Donau-Monarchie, а Вена Donau-Metropole.
Второе имя Мюнхена die Stadt an der Isar.
Достаточно типичны иносказания, в которых используются названия животных. Например: Ochse (вол) - дурак, болван, олух, простофиля; Gans (гусь) - дура, глупая женщина; Biene (пчела) – девушка; Wurm, Wьrmchen (червяк, червячок) - малыш, карапуз, клопик; weiЯe Maus (белая мышь) - дорожный полицейский; Wetterfrosch (шутл.) – метеоролог.
Имеются устойчивые лексические иносказания других типов. Например: der schwarze Kontinent (Африка), der gelbe Kontinent (Азия), der grьne Kontinent (Австралия), der Schlussmann (Torwart -вратарь) и др.

6.6. Несозвучные географические наименования

Несозвучные географические наименования. Обычно передача географических имен в переводе не представляет трудности, так как они воспроизводятся достаточно механически путем транслитерации: иногда побуквенно (Berlin Берлин, London Лондон), иногда с небольшими фонетическими изменениями (Москва Moskau). Однако привычка к механическому воспроизведению географических названий в некоторых случаях может сыграть с переводчиком злую шутку, поскольку встречаются географические объекты, имеющие в разных языках несозвучные или мало созвучные названия. Например: die Ostsee - Балтийское море; der Peipussee - Чудское озеро; Memel - (ист.) Клайпеда; Dьna - Зап. Двина (латыш. Daugava); Auschwitz - Освенцим; Genf - Женева; Dьnkirchen – Дюнкерк; Laibach - (ист.) Любляна; Venedig – Венеция; Mailand – Милан; Montenegro – Черногория.
Нетрудно заметить, что географические объекты с несозвучными в ИЯ и ПЯ названиями, как правило, находятся в регионах, где происходили наиболее интенсивные контакты и столкновения этносов. Некоторые географические объекты при этом переходили из рук в руки или служили одновременно нескольким этносам. Немудрено, что в такой ситуации каждый этнос давал им свое имя или «перелицовывал» уже существовавшее наименование на свой национальный лад порой так, что от первоначального названия мало что оставалось.

6.7. Искажения, неточности, неясности

Недостатки в трансляции исходного содержания выражаются в искажениях, неточностях, неясностях.
Искажение – это такое субъективно обусловленное отклонение содержания перевода от содержания оригинала, в результате которого потенциал текста перевода не соответствует потенциалу воздействия исходного текста; а именно – текст перевода вводит в заблуждение своего получателя относительно предмета сообщения, вызывает неадекватные представления и эмоции.
Неточности – дезинформация адресата перевода относительно предмета высказывания. Однако степень дезинформации менее существенная, чем в случае искажений:
Lisa wirft mir einen abgrьndigen Blick ьber ihre Schulter zu (Remarque E. M. Der schwarze Obelisk.)- Лиза чрез плечо бросает мне инфернальный взгляд.
Немецкое прилагательное abgrьndig следовало перевести как загадочный, поскольку инфернальный означает адский, дьявольский. Ошибка касается малозначительной детали повествования и существенного влияния на восприятие образа персонажа не оказывает.
Неясность отличается от искажения и неточности тем, что оказывает на адресата не столько дезинформирующее, сколько дезориентирующее воздействие. Например, один из персонажей , притворяясь, что не хочет распространяться о своих мнимых любовных утехах, говорит:
Ein Kavalier ist diskret. (Remarque E. M. Der schwarze Obelisk.) – Рыцарь должен быть скромен.
Но было бы намного точнее перевести: Кавалер не должен быть болтливым. Кавалер должен держать язык за зубами.
Ошибки, допускаемые в результате неадекватной модификация исходного содержания и форм его выражения, часто бывают следствием буквализма в переводе или вольностей переводчика.
Was der Mensch von klein auf sich sieht, darauf reagiert er nicht in solcher Art: er wundert sich nicht ьber das Fallen der Kцrper, ьber Wind und Regen, nicht ьber den Mond und nicht darьber, dass dieser nicht runterfдllt, nicht ьber die Verschiedenheit des Belebten und des Nichtbelebten. (Herneck F. Albert Einstein.) – Человек так не реагирует на то, что он видит с малых лет. Ему не кажется удивительным падение тел, ветер и дождь, он не удивляется на луну и на то, что она не падает, не удивляется на различие между живым и неживым.
К узуальным ошибкам относятся различного рода функционально-стилистические и нормативно-стилистические неадекватности:
Als Einstein und Habicht in Solovines Zimmer kamen, wo die Sitzung dieses Mal stattfiden sollte, und das Akademiemitglied nicht vorfanden, verzerten sie zunдchst alles, was der Freund fьr sie aufgetischt hatte. (Herneck F. Albert Einstein.) – Однажды, когда Эйнштейн и Габихт пришли в комнату Соловина, где на этот раз должно было состояться заседание «академии», и не обнаружили там «члена академии», они прежде всего слопали все, что их друг оставил для них на столее.
Нейтральный глагол verzerten переводчик перевел как слопали, что является узуальной ошибкой – употребление несвойственной жанру научно-популярного текста лексической единицы с фамильярной нормативно-стилистической окраской.
Классифицировать типичные переводческие ошибки можно на основе следующих критериев: неадекватная трансляция исходного содержания; неадекватная модификация содержания и форм его выражения; межъязыковая и/или внутриязыковая интерференция; системные, нормативные и узуальные ошибки.

Таблица 6.1. Классификация типичных переводческих ошибок

Неадекватная трансляция исходного содержания
Неадекватная модификация исходного содержания и форм его выражения
Межъязыковая интерференция:
Внутриязыковая интерференция:

искажения;
неточности;
неясности и др.
Буквализмы:
потеря имплицитной информации;
системные ошибки (нарушение смысловых связей);
нормативные языковые ошибки;
узуальные ошибки;
искажения смысла;
неточности;
неясности и др.

Вольности:
вольные трактовки переводчика исходного содержания и форм его выражения;
искажения смысла и др;




«ложные друзья переводчика»;
«ловушки внутренней формы»;
«забытые значения» многозначных слов.
лексические иносказания.
несозвучные географические наименования;
искажения смысла и др.
различия в грамматической системе немецкого и русского языков и др.;
искажения смысла и др.


Во избежание вышеописанных типичных переводческих ошибок переводчик прежде всего должен тщательно работать с исходным текстом и регулярно проверять себя, используя различные словари, справочные материалы, энциклопедии и пр.

Вопросы для контроля

Чем отличаются межъязыковая и внутриязыковая интерференция?
Какие классы лексических единиц могут спровоцировать переводческую ошибку?
На какие группы подразделяются «ложные друзья переводчика»?
Могут ли «ловушки внутренней формы», «забытые значения» многозначных слов и лексические иносказания быть причиной буквального перевода?
Что служит причиной появления неточностей, искажений и неясностей в переводе?

Задания для контролируемой самостоятельной работы

Систематизируйте несоответствия грамматической системы немецкого языка и русского: а) активный и пассивный залог; б) система придаточных предложений; в) законченное и незаконченное действие глагола; г) возвратность действия. Какие ошибки могут быть допущены при переводе из-за несоответствия в грамматической системе двух языков?
Изучите классификацию фразеологических высказываний, используя фразеологический словарь. Какие ошибки могут быть допущены при переводе немецких фразеологических оборотов?
Изучите структуру русско-немецкого словаря молодежного жаргона. Какие ошибки следует избегать переводчику при переводе высказываний и текстов, содержащих лексические единицы молодежного жаргона?

ЛИТЕРАТУРА

Бергер Д. Грамматические трудности немецкого языка. Лань: Санкт - Петербург, 1996.
Городникова М.Д., Добровольский Д.О. немецко-русский словарь речевого общения. М.: Русский язык, 1998.
Коломиец Е.А. Русско-немецкий словарь современного молодежного жаргона. М.: ВОСТК-ЗАПАД, 2005.
Комиссаров В.Н. Лингвистика перевода. М.: МЕждунар. Отношения, 1980.
Лингвистический энциклопедический словарь. М.: Сов. Энциклопедия, 1990.
Любимов Н.М. Перевод – искусство. – М.: Сов. Россия, 1982.
Попович А. Проблемы художественного перевода. Пер. со словац. М.: «Высшая школа», 1980.
Семко и др. Проблемы общей теории перевода. Таллинн: «Валгус», 1988.
Топер П.М. Перевод в системе сравнительного литературоведения. М.: «Наследие», 2000.
Швейцер А.Д. Теория перевода: статус, проблемы, аспекты. М.: Наука, 1988.
Формановская Н.И., Соколова Х.Р. Речевой этикет. Русско-немецкие соответствия. М.: Высшая школа, 1992.
Федоров А.В. Искусство перевода и жизнь литературы. Л.: Сов. Писатель, 1983.
Черняховская Л.А. Перевод и смысловая структура. М.: Междунар. Отношения, 1976.
Wцrterbuch der „falschen Freunde des Ьbersetzers“. М.: Русский язык, 1985.
Belauski S.N. Phraseologie spricht Bдnde. Мн.: Высшая школа, 1997.




Лекция 7

КЛАССИФИКАЦИЯ ТЕКСТОВ, ИХ СТИЛЕВЫЕ И
ЖАНРОВЫЕ ХАРАКТЕРИСТИКИ

7.1. Понятия текстовой типологии

Объектом перевода как процесса и как результата в разных аспектах, в том числе и в связи с разными, условно разграничиваемыми уровнями языка, всегда является текст. Однако текст интересует переводоведение не только как некое вместилище тех или иных языковых явлений (фонем, слов, грамматических структур), но и как самостоятельный феномен, обладающий признаками, релевантными для перевода.
В настоящее время существует достаточно полное лингвистическое описание видов текстов и их классификаций.
Текстовая типология учитывает самые разные признаки текстов. Рассмотрим основные понятия текстовой типологии.
Виды текстов - этот термин используется обычно как семиотическое понятие, объединяющее тексты, оформленные с помощью определенных знаковых систем, и разграничивающее их по признаку знаковой системы: изобразительный текст от вербального текста; письменный текст от устного; текст, закодированный с помощью азбуки Морзе, от нотного текста.
Вербальные виды текстов - под этим названием объединяются тексты с разными типологическими чертами, но характеризующиеся какой-либо одной общей чертой их вербальной организации: прозаические тексты, драматические тексты, табулированные тексты и т. п.
В рамках классификаций такого рода выделяют иногда также архитектонико-речевые формы: монолог, диалог, полилог, основываясь на однонаправленности или взаимонаправленности отраженного в тексте коммуникативного акта.
Жанры текстов - это понятие традиционно применяется в литературоведении для разграничения исторически складывающихся форм художественных произведений. Жанры, понимаемые в этом значении, могут быть монокультурными, т. е. существующими в одной словесно-языковой культуре: древнеисландские скальдические произведения, или поликультурными: сонет, былина. Некоторым жанрам присуща универсальность и отсутствие прямой связи со спецификой культуры: сказка, роман, басня.
Лингвистические типы текста. Понятие типа текста встречается и активно обсуждается в лингвистике с начала 1970-х гг., и к началу 1980-х гг. можно говорить уже о лингвистике типов текста как одном из аспектов лингвистики текста. В качестве трех основных параметров классификации лингвистических типов текста выступают: референциальный (способность представлять действительность), интерперсональный (способность текста служить компонентом коммуникации) и формальный параметр (тот факт, что текст является вербально структурированным образованием).
Названные параметры опираются на представление о трех основных функциях языка, сформулированное Карлом Бюлером в 30-е гг. XX в.: экспрессия, апелляция и репрезентация.
Питер Ньюмарк, положив в основу функции языка К. Бюлера, предлагает разбить тексты в зависимости от их коммуникативной функции на 3 группы:
1) тексты с экспрессивной функцией;
2) тексты с информативной функцией;
3) тексты с апеллятивной функцией.
Он считает, что при переводе текстов каждой из групп существуют свои особенности.
Разные исследователи выдвигают на первый план различные признаки типа текста. X. Глинц, например, подчеркивает прежде всего устойчивый характер форм текста: «Типы текста это устойчивые формы (образцы) в определенных ситуациях человеческого общения» (см.: Glinz Н. Textanalyse und Verstehenstheorie. Bd. 1. Wiesbaden: Athenaion. S. 83. Перевод Алексеевой И. А.).
Подытоживая результаты дискуссии о критериях классификации типов текста, Ф. Люкс выдвигает следующее определение: «Тип текста – это лежащий в сфере когерентных вербальных текстов, компетенциально признанный и релевантный класс текстов, строение которого, равно как и вариативные рамки, и участие в котексте, и коммуникации, подчиняется определенным правилам» (Lux F. Text, Situation, Textsorte... – Tubingen, 1981. – S. 273. Перевод Алексеевой И. A).

7.2. Транслатологические типы текстов

Далеко не все признаки текста передаются при переводе, поэтому имеет смысл объединять в одной группе тексты, у которых доминирующие признаки совпадают. Именно такие тексты будут переводиться одинаково.
Неоднократно указывая на коммуникативную суть перевода в целом ряде работ, В. Н. Комиссаров останавливается на распространенной трактовке процесса коммуникации, где в качестве единицы коммуникации выступает высказывание. Текст же, по Комиссарову, – это «ряд высказываний, связанных по смыслу, или отдельное высказывание, употребленное самостоятельно», следовательно, «именно тексты и высказывания выступают в качестве непосредственных объектов перевода». В. Н. Комиссаров отмечает, что «в процессе перевода происходит коммуникативное приравнивание текстов на разных языках». Из этого можно заключить, что:
1) сохранение коммуникативной функции – основная задача перевода;
2) оба текста – исходный текст и переводной текст – равноположенны по объективным условиям своего порождения.
Первая попытка создания развернутой и подробной транслатологической классификации типов текста была предпринята в начале 1970-х гг. Катариной Райс. Рассмотрев возможности эмпирического, лингвистического и коммуникативного подхода, Райс предложила опираться преимущественно на коммуникативный подход, положив в основу коммуникативную функцию текста, и, следовательно, учитывать тип передаваемой текстом информации, характеристику источника и реципиента. В соответствии с этим она подразделила тексты на четыре основные группы, указывая на возможность пограничных случаев:
Информативные тексты создаются одним или несколькими авторами для одного или нескольких читателей. Коммуникативная функция и, соответственно, языковое оформление определяются прежде всего предметом описания (информационное сообщение, научная статья, научно-популярный текст, инструкция и т. п.).
Экспрессивные тексты могут быть ориентированы на определенного читателя; они также передают информацию на определенную тему. Однако языковое оформление в соответствии с коммуникативной функцией текстов такого рода зависит прежде всего от воли и намерений автора (роман, новелла, лирика, биографический текст и т. п.).
Оперативные тексты создаются одним или несколькими авторами и посвящены одной определенной теме. Языковое оформление определяется прежде всего тем, какие именно средства окажут наиболее эффективное воздействие на определенную целевую группу реципиентов (реклама, проповедь, пропаганда, памфлет, сатира и т. п.).
Аудиомедиалъные тексты. По своей коммуникативной функции тексты этого типа принадлежат к одной из трех вышеназванных групп. Но оформляется текст с учетом применяемых технических средств, выступая в сочетании с невербальными текстовыми компонентами изобразительных средств, музыки, жестов и т. п.
На основе этой классификации возник ее «обогащенный» и несколько измененный вариант (изменилось название групп), который описан группой переводоведов в энциклопедии перевода «Handbuch Translation» в 1999г.:
Примарно-информативные (потребительские) тексты: деловая корреспонденция, потребительские инструкции и руководства, компьютерные адаптационные тексты, учебники, научные журнальные статьи, доклады на конференции, патентные тексты, приговоры суда, договорные тексты, документы физических лиц, филологические тексты, тексты информационных агентств.
Примарно-апеллятивные тексты: реклама, нарративный видеотекст.
Примарно-экспрессивные тексты:
нарративные тексты: повествовательная проза, массовая литература, детская литература;
сценические тексты: драматический театр, музыкальный театр;
кино- и телетексты: кинотитры в кадре, «бегущая строка» в театральном спектакле, синхронизация;
прочие типы текста: комиксы, лирика, аудиомедиальные тексты, перевод Библии.
Особым положительным моментом 2-го варианта классификации служит и изменение названий групп текстов. Компонент «примарно» является более реальным отражением оформления текстов, о котором писала в работе 1988 г. М. Снелл-Хорнби, подчеркивая, что между текстами нет четких границ, и предлагая создать прототипологию текстов, где у каждой категории текстов есть центр (прототип) и периферия.
Слабые же места классификации означают, что ее базовый критерий недостаточно уточнен. Наверное, именно по этой причине так бедно представлен второй тип текстов (примарно-апеллятивный), а «прочие типы текстов» имеют так мало общего между собой. Можно ли выделять в отдельную рубрику перевод Библии и не упоминать, скажем, перевод Корана? Обилие возникающих вопросов свидетельствует о необходимости доработки основ классификации.
Но прежде чем приступить к более детальному обсуждению возможной классификации текстов, для полноты картины стоит упомянуть о классификации А. Нойберта, предложенной в середине 1980-х гг. Он предлагает подразделять тексты в зависимости от характера прагматических отношений на 4 типа:
тексты, преследующие общие цели для аудиторий ИЯ и ПЯ (научные, технические, рекламные), – все они обладают высокой степенью переводимости;
тексты, предназначенные только для аудитории ИЯ (законы, местная пресса, объявления и т. п.), – они непереводимы вообще;
художественная литература – она может выражать общечеловеческие потребности, соединяющие аудитории ИЯ и ПЯ, поэтому художественные тексты могут считаться ограниченно переводимыми, поскольку значительная часть формы передана быть не может;
тексты, заранее предназначенные для перевода на ПЯ и для аудитории ПЯ, – они обладают высокой степенью переводимости.
К сожалению, данная классификация учитывает лишь экстралингвистические факторы и не затрагивает специфики самих текстов, а, следовательно, не может быть полезна нам для выявления значимых критериев разграничения текстов. Экстралингвистический, гипотетико-прагматический характер приобретает у Нойберта и понятие переводимости, и в этом его уязвимость. Ведь предназначенность текстов для «внутреннего употребления» (например, объявлений), во-первых, вовсе не означает, что они принципиально непереводимы, и, во-вторых, не исключает ситуации, что необходимость в их переводе все же возникнет (например, объявлениями о продаже квартир заинтересуется иностранец и попросит переводчика перевести эти тексты).
Итак, для уточнения базы классификации вернемся к понятию коммуникативной функции текста. Выполняя свое коммуникативное задание, текст несет читателю информацию определенных видов, а каждый вид оформляется с помощью строго определенного, устоявшегося набора средств. Поэтому для создания транслатологической классификации типов текста имеет смысл ввести еще понятие «вид информации». Существуют следующие виды информации:
1. Когнитивная информация (объективные сведения о внешнем мире). Сюда относятся и сведения о человеке, если он предстает как объект объективного рассмотрения. Для любого языка характерны три параметра когнитивной информации: объективность, абстрактность и плотность (компрессивность).
2. Оперативная информация ( побуждение (призыв) к совершению определенных действий).
3. Эмоциональная информация. Эмоциональная информация служит для передачи эмоций (чувств) в процессе коммуникации. По своим типологическим признакам этот вид информации во многом представляет собой противоположность когнитивной информации. Ведущим признаком эмоциональной информации является субъективность. Конкретность еще одна значимая черта эмоциональной информации.
Однако сама по себе эмоциональная информация неоднородна как многообразны, неоднородны и сами эмоции и включает один подвид, который специализируется на оформлении чувства прекрасного; этот подвид мы можем назвать эстетической информацией. На наш взгляд, эстетическую информацию необходимо рассматривать отдельно, поскольку, обладая всеми признаками эмоциональной информации, она специализируется на передаче чувств, возникающих от средств оформления ее самой, тех чувств, которые пробуждает в человеке словесное искусство. Это тот редкий случай, когда текст является не только средством передачи информации, но и объектом этой информации.
Итак, мы выявили четыре вида информации, которая может содержаться в тексте. Тогда, в соответствии с преобладающим в тексте видом информации, все тексты подразделяются на 4 группы:
I. Примарно-когнитивные тексты: научный, научно-учебный, научно-популярный, объявления, искусствоведческий, музыковедческий, философский, документы, деловое письмо. Для них характерен групповой (реже коллективный) источник, групповой (реже коллективный) реципиент, I или II группа переводимости.
II. Примарно-оперативные тексты: законодательный, религиозный, проповедь, инструкция, рецепт. Источник коллективный или групповой, реципиент, как правило, коллективный, группа переводимости I или II.
III. Примарно-эмоциональные тексты: траурное объявление, некролог, беллетристика, публичная речь, реклама, мемуарный тока Источник преимущественно коллективный, хотя иногда наблюдаются и отдельные признаки индивидуального источника, реципиент также в основном коллективный, группа переводимое I или II, в отдельных случаях III (реклама). Исключение составляет личное письмо, где и источник, и реципиент индивидуальные.
IV. Примарно-эстетические тексты: художественный текст, художественная публицистика. И источник, и реципиент индивидуальные, группа переводимости III.
Теперь, подводя итог нашего поиска релевантных параметров для создания классификации типов текста, ориентированной на перевод, можно в качестве таких параметров выделить следующие: коммуникативное задание и вид передаваемой текстом информации.

7.3. Тексты научного и научно-технического стиля

В письменно-монологической форме существуют следующие типы текста: собственно-научный, научно-реферативный, научно-справочный, учебно-научный, научно-методический. Все научно-технические тексты можно разделить на первичные и вторичные.
Цель первичных научно-технических текстов – передача первичных научных сведений, получаемых в процессе научных исследований. Вторичные научные документы содержат только конечные результаты аналитико-синтетической переработки первичных научных документов.
Приведем общую характеристику некоторых речевых жанров научно-технического текста.
1. Собственно-научный тип соотносится с речевыми жанрами монографии, научной статьи, научного доклада.
Монография - это обобщение разнородных сведений, полученных в результате проведения нескольких научно-исследовательских работ, посвященных одной теме и содержащих больше субъективных факторов, чем статья.
Научно-журнальная статья содержит кроме фактических сведений элементы логического осмысления результатов конкретного научного исследования.
Среди научных статей можно выделить:
краткие сообщения - краткое изложение результатов научно-исследовательских работ или их этапов;
оргиналъную статью - изложение основных результатов и выводов, полученных в ходе научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ;
обзорную статью - обобщаются достижения в той или иной области, фиксируется существующее состояние или намечаются перспективы будущего развития;
дискуссионную статью - содержит спорные научные положения с целью обсуждения их в печати.
Научные статьи по характеру решаемых в них задач можно подразделить на: научно-теоретические, научно-методические и научно-практические. В научно-теоретических статьях излагаются закономерности исследуемых объектов, в статьях прикладного характера (методических и практических) излагается практическая сторона закономерностей исследуемых объектов, техника их применения на практике.
2. Научно-информационный тип научно-технического текста охватывает только вторичные научные документы. Основные требования, предъявляемые к информационной литературе – актуальность и достоверность сообщаемых сведений, полнота охвата источников, краткость изложения и оперативность издания – оказываются общими для материалов всех степеней свертывания информации. Важнейшим видом вторичных информационных изданий являются реферативные журналы. В них публикуются аннотации, рефераты, обзоры.
Аннотация – это сжатая характеристика первоисточника.
Реферат сообщает новые и наиболее существенные положения и выводы реферируемого источника.
Резюме-выводы ("сжатые выводы") короче, чем реферат и дает максимум информации при минимуме языковых средств.
3. Научно-справочный тип текста (в справочниках). Такие тексты составляются на основе фактографических сведений, содержат апробированные сведения и рекомендации для их практического применения.
4.Учебно-научный тип текста (учебные пособия) отличается большой доступностью изложения с учетом их дидактического назначения.
Речевые жанры, соотносимые с устной разновидностью научно-технического функционального стиля. В сфере научно-технической коммуникации имеют место речевые жанры, функционирующие в устной форме, монологической, диалогической и полилогической.
К устно-монологическим речевым жанрам относятся:
лекция вузовская (цикловая, эпизодическая);
научный доклад;
научный обзор;
научное сообщение.
В научном социально-бытовом обиходе различают:
юбилейную торжественную речь;
застольную речь-тост;
надгробное слово.
Среди диалогических (полилогических) речевых жанров можно выделить дискуссию, диспут, беседу, круглый стол. По структуре они аналогичны речевым жанрам публицистики, отличаются лишь предметным содержанием. Некоторые из них:
лекция – определенно обстоятельное, тематически прозрачное, яркое изложение, с внутренней стройностью и эмоциональностью, живым литературным языком;
научный доклад аналогичен лекции, отличается аргументированностью и доказательностью;
дискуссия (внутреннее построение реплики научной дискуссии подчинено логике доказательства и опровержения).
Кибернетическая конструкция как способ интеграции научно-технических речевых жанров и научно-технического функционального стиля. Конструкт речевых жанров научно-технического стиля складывается из монологов и диалогов; горизонтальная структура имеет типовую композицию: введение – экспликация – выводы. В вертикальной структуре используются как исходные, первичные композиционно-речевые формы (сообщение, описание, рассуждение), так и вторичные композиционно-речевые формы, оформляющие вторичную информацию (констатирующее сообщение, констатирующее описание и констатирующее рассуждение). Формы их смешения в тексте разнообразны.
Композиционно-речевые формы охватывают в научном изложении весь логический механизм доказательства, который слагается из трех взаимосвязанных элементов: тезиса, доводов (аргументов) и способа доказательства (или опровержения).
Тезис заключает в себе мысль или положение, истинность которого следует доказать.
Доводы (аргументы, основания) – мысли или положения, истинность которых уже проверена.
Способ доказательства представляет собой форму логической связи между доводами и тезисами. Способы доказательства могут осуществляться разными методами: индуктивным (от конкретных положений к обобщениям), дедуктивным (от общей посылки к ее конкретизации), методом аналогии, контраста, альтернативы.
Опровержение как логический прием есть доказательство с обратной стороны. Он может быть использован с помощью фактов: критике могут подвергаться либо аргументы, тогда рушится вся система доказательств, либо удар наносится по системе доказательств.
Научный и научно-технический текст. К этому типу относятся тексты научных статей, монографий, технических описаний. Они обусловлены прежде всего доминирующим видом информации – когнитивной. Языковые средства оформления когнитивной информации находятся в строгих конвенциональных рамках. Перечислим основные из этих языковых средств:
1. Языковые средства, повышающие уровень плотности когнитивной информации: лексические сокращения (общеязыковые, например «и др.»; специальные терминологические, например «ЭКГ» = «электрокардиограмма»); графические (скобки, двоеточие); синтаксические (наличие причастных оборотов речи, являющихся компрессивными синонимами определительных придаточных). Любой текст такого рода отличается от других богатым арсеналом вспомогательных знаковых систем (от условных обозначений х, у, z и формул в научном тексте до схем и чертежей в техническом тексте), которые также представляют собой наиболее компрессивный способ вербального выражения информации.
2. Термины, совокупность которых в научном тексте представляет собой саморегулируемый лексический аппарат, специализирующийся на передаче когнитивной информации. Термины, как известно, однозначны, лишены эмоциональности и независимы от контекста.
3. Нейтральный лексический фон лексики общенаучного описания. Она представляет письменную литературную норму языка, также неэмоциональна и обладает широко развитой синонимией, причем синонимы, как правило, стилистически равноправны (например: «важный» = «существенный» = «значимый»; «изучать» = «исследовать» = «анализировать» и т. п.).
4. Языковые средства, обеспечивающие объективность подачи когнитивной информации: глагольные залоговые формы пассив; глагольные конструкции с пассивным значением; безличные и неопределенно-личные предложения; неличная семантика подлежащего.
5. Преобладание настоящего времени глагола, представляющего собой абсолютное настоящее, так называемый praesens generellis. Его использование дает возможность представить сообщаемые сведения как абсолютно объективные, находящиеся вне времени - атемпоральный характер текста.
6. Языковые средства, подчеркивающие высокий уровень абстрактности изложения: обилие сложных слов, построенных по словообразовательным моделям с абстрактным значением; отчетливая номинативность текста (преобладание существительных; выражение действия через отглагольное существительное с десемантизированным глаголом, например, «осуществляет воздействие на объект»).
Уже само перечисление средств оформления когнитивной информации в научном тексте показывает, что система этих средств фактически блокирует эмоциональную информацию.
Абсолютное преобладание когнитивной информации в научном тексте диктует логический путь его построения, который обеспечен специальными средствами когезии, организующими связность текста. Их обилие и даже некоторая избыточность – одна из доминирующих черт научного текста. Логичность изложения обеспечена также высоким уровнем сложности и максимальным среди письменных текстов разнообразием синтаксических структур.
Дополнительным средством логической организации научного текста являются графические средства, прежде всего шрифтовые. Величина и жирность шрифта в заголовках и подзаголовках, разрядка, курсив – все это компрессивные средства выделения значимой и подчиненной информации.
Коммуникативное задание научного текста – сообщение новых сведений в данной области знаний. Причем это новое базируется на значительном объеме известного только специалисту в определенной области знаний.
Источник научного текста, как ни странно на первый взгляд, также групповой. Указание на автора, которое почти всегда имеется в научном тексте, с одной стороны, закрепляет авторство на новую научную информацию, с другой стороны, маркирует ответственность данного лица за эту информацию.
Но мы никогда не заметим в научном тексте существенных проявлений авторской индивидуальности. Научные тексты, как уже отмечалось, создаются в строгих рамках конвенций, и у разных авторов, пишущих на одну и ту же тему, мы обнаружим не только одни и те же синтаксические и морфологические структуры, но и одинаковые обороты речи, одинаковый стиль. Различия наблюдаются лишь в частотности употребления некоторых слов и выражений (любимые слова) и, может быть, в степени сложности изложения. Автор выступает не от себя лично, а как один из представителей данной области знаний, опираясь на все достигнутое его предшественниками, строя текст по строгим правилам, принятым среди специалистов в любой области. Значит, источник – автор как представитель всех специалистов в определенной области знаний (группы людей).
Если же в научном тексте встречаются «непереводимые» компоненты: реалии-меры, экзотизмы, имена собственные – и прием межъязыковой транскрипции в недостаточной степени раскрывает их смысл, тогда применяется описательный перевод, что влечет за собой расширение текста, но не меняет его типологических признаков (II группа).
Наконец, научный текст может быть устным, и тогда при переводе не исключена неполнота передачи исходного текста (III группа); степень этой неполноты не зависит от типологических признаков текста и связана только с мерой профессиональной компетентности переводчика.
Проведенный анализ показывает, что научный текст можно отнести к разряду примарно-когнитивных.

Вопросы для контроля

Что предусматривает собой понятие «вид текста»?
Кто первым принял попытку создания транслатологической классификации типов текста? Что легло в ее основу? На какие группы подразделил автор тексты?
Назовите основные виды информации в тексте.
Перечислите основные языковые средства, присущие научному и научно-техническому текстам.
Дайте краткую характеристику речевым жанрам: монографии, научной статье, аннотации, научному докладу, дискуссии.

Задания для самостоятельной контролируемой работы

Дайте характеристику учебного текста.

7.4. Тексты газетно-публицистического стиля

Газетно-публицистический стиль (далее: ГПС) охватывает массовые популярные политические тексты, воздействующие на актуальные общественно-политические процессы оперативным документальным отображением, основанном на идейно-политическом осмыслении и эмоционально выраженной оценке.
Понятие ГПС складывается из языка газет, общественно-политических журналов, воззваний и прокламаций, из языка докладов, выступлений, бесед, речей, дискуссий, языка радио- и телепередач, документально-публицистического кино.
Основная функция ГПС – пропагандистско-агитационная. Она направлена, с одной стороны, на распространение политической информации, а с другой - на побуждение людей к действию, на активизацию их мыслей.
Основу языка ГПС составляет книжно-обиходный язык, представляющий собой сочетание элементов лексики и синтаксических структур разных стилей при частичном сохранении или утрате искомой стилистической окраски.
Можно выделить две группы газетно-публицистических текстов: газетно-журнальную публицистику и социально-политическое красноречие, соотносительные с коммуникативным характером аудитории, на которую направлена пропаганда. Это – аудитория печатной пропаганды и аудитория устной пропаганды.
Условно можно выделить три типа газетно-публицистических текстов: информационный, аналитический и художественно-публицистический, которые конкретно реализуются в многообразных речевых жанрах и соответственно жанрово-публицистических функциях.
I. Информационный тип публицистических текстов. В данном типе публицистическая функция ограничивается функцией пропаганды информации. Основными функциями пропаганды являются:
официально-информационная - определяется задачами предельно сжатой, объективной, точной и соответствующей официальному этикету передачи событийной информации. Официально-информационная речь отличается отсутствием эмоциональности, субъективности, образности. Речевые жанры, реализующие данную функцию, – "заметка", ''сообщение", "хроника", "отчет", "интервью", "программы";
информационно-деловая - реализуется в таких речевых жанрах, как "коммюнике", "резюме обширного документа", "отчет", "обзор печати". Эта функция близка к официально-информационной своей объективностью, неэмоциональностыо. Функциональные различия этих двух функций проявляются в наличии в лексическом оформлении информационно-деловой функции деловой и отчасти специальной терминологии;
неофициально-информационная - ее специфику составляет экспрессивность, эмоциональность. Ведущим речевым жанром, оформляющим эту функцию, является "заметка", в которой используется непринужденная литературная речь;
информационно-экспрессивная - базируется на сообщениях о рабочих буднях, к которым следует привлечь внимание читателей, заинтересовать их. Ведущим речевым жанром является также "заметка". Однако, в отличие от заметки неофициально-информационной функции, она лишена внутренней экспрессии.
Итак, ведущим речевым жанром в информационном подтипе газетно-публицистического текста является "информационная заметка". Она представляет собой речевое произведение небольшого объема, содержащее краткое сообщение оперативной информации общественно-политического, экономического, культурного, бытового и др. характера.
2. Аналитический тип публицистических текстов. Для данного типа характерно сочетание базовой информационной функции с функцией объяснения, толкования. Основным качеством таких текстов является аналитичность, которая выражается с разной степенью полноты в схеме изложения: тезис, развитие тезиса, вывод.
Можно выделить следующие разновидности данного типа:
информационно-аналитическая - сочетает в себе черты официально-делового стиля с чертами научного стиля. Данные тексты адресованы читателю-неспециалисту, который осмысливает закономерности современной общественной жизни в ее специальных областях. Реализуется эта разновидность в речевых жанрах "заметка", "статья", "рецензия" и др.;
газетно-научная - ей свойственно сочетание научного и популяризаторского стилей при ведущей роли научного стиля. Речевыми жанрами, в которых реализуется данный тип, являются "статья", "заметка", "хроника", "обзор", "интервью", "репортаж";
обобщающе-директивная - связана с обобщенным отражением действительности в проблемно-аналитическом и перспективно-оценочном планах. Здесь активно проявляют себя слова, словосочетания и предложения со значением собирательности и множественности. Ведущими речевыми жанрами являются "передовая статья" и некоторые виды "комментария";
торжественно-декларативная - реализуется в речевых жанрах "обращение", "описание", "приветствие", "призывы", "лозунги". Эта разновидность текста чрезвычайно заострена эмоционально и экспрессивно. Для данных текстов характерен книжный строй речи, своеобразно перерезанный средствами перспективной оценочности.
3. Художественно-публицистический тип публицистических текстов. Этот подтип реализуется в таких речевых жанрах, как "речь", "статья", "очерк", "репортаж", "эссе", "памфлет", "фельетон", "глосса", "рецензия" и пр. Для этих жанров характерен синтез объективно-аналитического, эмоционально-экспрессивного и субъективно-личностного содержания.
Диалогические речевые жанры газетно-публицистического стиля. Среди диалогических жанров современной устной пропаганды и агитации следует назвать "'беседу", "диспут", "дискуссию", "полемику", "интервью". Все они построены на диалоге или полилоге, что мотивирует синтаксическое оформление этих жанров, а именно: синтаксическую неполноту оформления реплик, эллиптичность, разрыхление синтаксических структур.
Беседа – вопросно-ответная форма обсуждения различных общественно-политических проблем с определенной политической или воспитательной целью.
Диспут – разновидность публичного обсуждения происходящего в форме борьбы мнений между его участниками. При этом у участников диспута нет единой точки зрения и заранее подготовленного ответа.
Дискуссия – обмен мнениями по поводу какого-либо спорного вопроса. Сущность любой дискуссии состоит в публичной защите или опровержении какой-либо мысли. Поэтому структуру дискуссии можно представить следующим образом: а) выдвижение и защита тезиса первым оппонентом б) попытка опровергнуть выдвинутый тезис и аргументы вторым оппонентом.
Как только один из оппонентов согласится с другим, предмет дискуссии окажется исчерпанным. Дискуссии всегда свойственна та или иная степень остроты и эмоциональности, но тональность непримиримости в дискуссии отсутствует.
Полемика – публичный речевой жанр, функция которого – защита своей точки зрения и опровержение мнения оппонента. Полемика предполагает противопоставление мнений двух сторон, конфликтность высказываемых суждений и взаимоисключающий характер выводов. Крайними точками полемики являются товарищеская полемика, близкая к дискуссии, и полемика обличительная, направленная на развенчание и разоблачение противника. В последнем случае критика носит решительный характер и нередко сопровождается гневом, насмешками, презрением.
Интервью – одна из форм диалогов-расспросов. Различают:
интервью вопросно-ответного типа, в котором репортер добивается ряда конкретных реплик на кратко сформулированные вопросы;
интервью, в котором репортер более или менее развернутыми репликами-вопросами программирует, как правило, еще более развернутые реплики-ответы интервьюируемого;
интервью-обсуждение, в котором затрагиваются какие либо довольно сложные общественно-политические проблемы. В таких интервью репортер, побуждая интервьюируемого к развернутым реакциям, сам выступает с развернутыми репликами оценочно-аргументирующего характера.
Публичная речь. Публичная речь это устное выступление по самым разнообразным поводам: различают речи приветственные, заключительные, политические, праздничные, траурные и т. п. В речи большую роль играет эмоциональная информация. Однако ее нельзя назвать преобладающей. Она лишь окрашивает то предметное содержание, которое, как правило, определяет коммуникативное задание текста: сообщить некие новые сведения. Комплекс средств, свойственных публичной речи:
1. Речь имеет строгую законченную форму со стройной структурой, имеет традиционный зачин и концовку, оформленные с помощью особых этических формул, причем для разных речей подходят свои формулы.
2. Язык речи в основном нормативен, однако в ней всегда присутствует и эмоциональная информация, для передачи которой используются эмоционально окрашенная лексика, просторечие, высокий стиль, диалектизмы, фразеологизмы, метафоры, сравнения и эпитеты, цитаты и крылатые слова. Часть этих средств в переводе должна быть воспроизведена, иначе речь станет бесцветной и потеряет силу воздействия на аудиторию эта сила строится на эмоциях.
3. Системным признаком текста речи являются разного рода повторы: лексические, синтаксические и т. п., среди которых ведущее место занимает риторический период. Именно эта особенность речи при переводе страдает, если переводчик неумеренно пользуется приемом компрессии.
4. Большинство ораторов обладает собственным ораторским стилем. Если этот стиль ярко выражен, переводчику придется передавать его основные особенности.
5. Публичная речь далеко не всегда заранее подготовлена и не всегда имеет письменный текст в своей основе. Но даже если такой текст есть, оратор нередко, произнося речь, переходит на импровизацию, и переводчик всегда должен быть к этому готов. Текст публичной речи, который мы относим к примарно-когнитивным текстам, содержит, как мы уже отмечали, значительную долю эмоциональной информации, и именно она в большой мере утрачивается при переводе (III группа).
Таким образом, газетно-публицистический стиль как вид системы массовой коммуникации является сложным явлением из-за неоднородности его целей и условий общения и из-за особенностей экстралингвистической, т.е. содержательной основы.
Вопросы для контроля

Назовите две большие группы газетно-публицистического текста.
Дайте характеристику публицистической, официально-информативной и информационно-деловой функциям.
Назовите диалогические речевые жанры газетно-публицистического функционального стиля.

Задания для самостоятельной контролируемой работы

Проанализируйте статьи с точки зрения речевых жанров и языковых средств немецких журналов "Die Welt", "Spiegel".

7.5. Тексты официально-делового стиля

Официально-деловой стиль составляет макросреду речевого общения в сфере правовых отношений и управления людьми.
Указанная среда представляет собой информационную систему функционально-стилистических отношений, инвариантную основу которых составляет социальная (прагматическая) функция долженствования и формальная (стилистическая) функция официальности.
Диапазон функции долженствования широк: от императивности до рекомендательности. Императивная функция дифференцирована внутри себя. Ступени этой дифференциации образуют функции: директивная, директивно-нормативная и нормативно-оценочная.
Управление людьми в обществе осуществляется разными путями. Директивное управление – это прямое воздействие на поведение людей посредством законов, приказов, инструкций и т.д. Директивно-нормативное управление базируется на целях, стоящих перед обществом, коллективом, группами людей.
Весьма близка, к директивно-нормативной функции текста нормативная функция, реализуемая в нормативных документах, которые заключают в себе правила поведения личности или коллектива в определенных условиях, а также средства контроля со стороны общества за их поведением.
Рекомендательная функция – это смягченный вариант функции долженствования, которая в реализации допускает эмоционально-экспрессивную окраску, что не характерно для императивных документов.
В официально-деловом общении нормы поведения человека определены четко. Эти нормы определяются такими формальными стилистическими правилами, как официальность, имперсональностъ (неличностный характер), объективность, безэмоциональность, сухость.
Официально-деловой стиль является макросредой функционирования следующих речевых жанров:
правительственные постановления, парламентские указы, законы и пр. в сфере правительственной деятельности;
дипломатические договоры, меморандумы, ноты, протоколы и пр. в сфере международных отношений;
уложения, кодексы, судебно-процессуальные документы в области юриспруденции;
торгово-коммерческие соглашения, коммерческая корреспонденция и пр. в торговле и экономике;
военные уставы, приказы, распоряжения, донесения и пр. в сфере военной жизни;
деловая переписка, акты, протоколы собраний и заседаний, приказы, распоряжения, объявления, телеграммы и пр. в официальных учреждениях и организациях;
официальные письменные заявления, докладные, объяснительные записки, доверенности, расписки, завещания и пр. в деловой жизни отдельного человека.
Все упомянутые речевые жанры конкретизируют императивную функцию официально-делового стиля в разновидностях: директивной и директивно-нормативной. Различаются они степенью категоричности (большей или меньшей). Все они предписывают поведение людей в определенных конкретных условиях и в зависимости от конкретных целей. За каждым речевым жанром стоит конкретная цель, реализуемая в конкретной жанровой функции. Таким образом, социальная прагматическая функция реализуется в текстовой жанровой функции, которая в свою очередь дифференцирует и уточняет глобальную прагматическую функцию долженствования.
Рекомендательный вариант функции долженствования наиболее часто реализуется во всевозможных видах рекламы, патентах, инструкциях:
Патент – юридический документ, удостоверяющий право его обладателя на монопольное использование того или иного изобретения. В патенте дается лишь наименование изобретения; его же описание, характеристики прилагаются к патенту. Для патентных описаний характерна объективность, логическая последовательность, точность изложения при емкости формы. В них широко используется терминологическая и производственная лексика, буквенные сокращения, условные обозначения технических устройств, технологических процессов, марок изделий, аппаратов, приборов, машин, а также единиц измерения.
Реклама включает тексты рекламных проспектов, рекламных листков или брошюр с описанием и изображением изделия, указанием места и условий его приобретения, рекламных каталогов на промышленное оборудование, пристендовых листков и т.д.
Инструкция. Основное предназначение инструкции: сообщить значимые объективные сведения и предписать связанные с ними необходимые действия, регламентировать действия человека. Коммуникативное задание, которое несет текст инструкции, – сообщение сведений и предписание действий.
Текст инструкции предназначен для любого взрослого гражданина страны. В инструкции не встречается сугубо специальных терминов, известных только профессионалам. Некоторое исключение составляет аннотация к медикаментам.
Текст инструкции не имеет подписи автора, но всегда указана фирма – изготовитель товара, министерство или ведомство. Эти инстанции и являются фактическим источником инструкции, но порождают они ее по строгим правилам речевого жанра, регламентированным иногда специальными правовыми документами.
В информационном составе инструкции когнитивная информация занимает важное место. Это все сведения о том, как функционирует прибор, из чего состоит продукт, для чего служит лекарство, чем занимается фирма и т. д. Здесь встречаются соответствующие термины из различных областей знаний, а также специальная лексика из разных сфер деятельности. Ведущую роль в тексте инструкции играет предписывающая, оперативная информация.
Инструкции как тексты, имеющие юридическую силу, пользуются некоторыми средствами юридического специального текста: в первую очередь – юридическими терминами, устойчивыми оборотами речи, принятыми в юриспруденции, особыми синтаксическими структурами. Средства увеличения плотности информации в инструкции представлены неравномерно. В разделах, связанных с использованием специальной терминологии могут использоваться терминологические сокращения – прежде всего это обозначения единиц-мер. В целом же в тексте инструкции встречаются лишь общеязыковые лексические сокращения, синтаксических средств компрессии не отмечается. Это связано с тем, что основная задача инструкции – отнести фактическую и предписывающую информацию полно и недвусмысленно.
Мера переводимости текста инструкции довольна высока (I группа), и случаи расширения текста крайне редки.
По составу информации все тексты инструкций можно отнести к примарно-оперативным.
Личные контакты в сфере официально-делового общения реализуется в монологической и диалогической формах, в которых речь хотя и носит деловой, обработанный характер, но это уже не книжная, а литературно-устная речь. Она сохраняет существенную деловую типичность, однако синтаксис в ней менее усложнен. Лексика сохраняет свою функциональную окраску. Среди устных типов текста официально-делового стиля особое положение занимают судебно-деловые жанры. Их функция - выяснить, доказать, убедить.
Для диалогов в официально-деловом общении типичны основные признаки диалогической речи вообще: синтаксическая неполнота, обусловленная ситуацией (эллипсы), вопросно-ответный ход речеведения, восклицательные предложения, повторы, переспросы, парентезы, апозиопезы.
Коммуникативную конструкцию рассматриваемых речевых жанров образует главным образом монологическая архитектонико-речевая форма. В устной коммуникации используется диалогическая форма, в отдельных случаях полилог.
Как правило, монологическое изложение не персонифицировано и рассчитано на такого же неперсонифицированного адресата. Монологи реализуются в книжной речи, которая не обладает широкой коммуникативной активностью, т.е. не используется в качестве средства регулярного массового общения. Монологическая речь односторонняя, ее воспринимают, но очень редко воспроизводят.
Книжная речь в официально-деловых речевых жанрах строится в строгом соответствии с нормами литературного языка.
Для письменной разновидности книжной речи в указанных речевых жанрах характерна усложненность синтаксической структуры.
Реклама. Рекламные тексты многообразны. Рассмотрим специфику перевода рекламы на материале письменных рекламных текстов, состоящих из собственно текста на каком-либо языке и изобразительного ряда. Надо сразу отметить, что в современном мире задача перевода рекламы в привычном понимании практически никогда не ставится. Чтобы рекламный текст выполнял свою коммуникативную функцию, его недостаточно перевести, он должен быть включен в культурную среду языка перевода. Эта интеграция осуществляется, как правило, уже на базе выполненного вчерне перевода – и тогда реклама пересоздается заново. Но даже задача первого этапа – перевод вчерне – иногда трудноосуществима, поскольку в тексте рекламы наблюдается избыточность функционально значимых средств. Иначе говоря, рекламный текст перегружен средствами, которые нацелены на одно: побудить потребителя приобрести продукт. При такой «густоте» информации конфликт формы и содержания неизбежен, переводчик многого не сможет передать.
Текст рекламы активно нацелен на то, чтобы предельно расширить круг своих реципиентов. Поэтому реклама, как яркая бабочка, привлекает внимание издалека – в этом одна из функций ее изобразительного ряда. Именно расчет на массового потребителя (реципиента) диктует запрет на использование в тексте рекламы редких специальных терминов, грубого просторечия, диалектов – все эти средства могут применяться только в орнаментальной функции, т. е. для «украшения» и дополнительной маркировки места производства продукта (так, в рекламе баварского пива встречается одна фраза на баварском диалекте).
В организации самого текста, распределении информации и некоторых чертах стилистической окраски слов можно уловить более узкую предназначенность рекламы, приоритетную направленность ее на определенную группу людей. Так, в рекламе часто просматривается возрастная ориентация. Детскую рекламу, написанную детским языком с «ошибками», различить совсем просто. Отчетливо намечается специфика рекламы, предназначенной в первую очередь пожилым людям, – темы здоровья и безопасности, преемственности поколений там на первом месте. Молодежная реклама маркирована прежде всего молодежным жаргоном. Есть в рекламном тексте и ориентация на уровень состоятельности: от рекламы для бедных до рекламы для миллионеров. Более узкая приоритетная направленность рекламы выражается как содержанием и композицией (что для переводчика второстепенно, так как при переводе ни в содержание, ни в архитектонику текста он не вмешивается), так и особыми лексическими и синтаксическими средствами, эквивалентность передачи которых целиком зависит от переводчика. Так, в рекламе для пожилых людей встречаются устаревшие слова и обороты, еще входящие в общенациональный фонд языка, но уже малоупотребительные, и вариантные соответствия к ним нужно подбирать с учетом этого их оттенка. Слова из молодежного жаргона в молодежной рекламе также передаются вариантными соответствиями с использованием молодежного жаргона языка перевода.
Читая текст рекламы, мы не знаем, кто ее автор, имя автора никогда не указано. Все мастерство автора состоит в успешном решении задачи, поставленной перед ним фирмой-заказчиком, и истинным источником текста (и его владельцем!) является именно фирма. Вместе с тем современный текст рекламы настолько мощно использует ресурсы, разработанные художественной литературой и позволяющие бескрайне проявлять свою индивидуальность, что многие современные рекламные тексты несут отпечаток индивидуальности, доставляя читателю массу эстетических впечатлений..
Из предшествующих рассуждений уже ясно, что рекламный текст несет эстетическую информацию. Разумеется, передача эстетической информации – не главная цель рекламы. Ее коммуникативное задание заключается в следующем: сообщить реципиенту новые достоверные сведения (когнитивная информация), обеспечить надежность усвоения реципиентом этих сведений, воздействуя на его эмоции и память (эмоциональная информация), усилив эту надежность тем удовольствием, которое реципиент получит от текста (эстетическая информация), – и тем самым предписать ему определенные действия (не эксплицированная или в малой степени эксплицированная в тексте оперативная информация). Тогда рекламный текст выполнит свою функцию, и за рекламой товара последует его приобретение.
Переводчику предстоит передать средства, оформляющие разные типы информации, в их сложном переплетении. И все-таки попытаемся вычленить отдельные языковые средства, несущие один вид информации или сразу несколько, чтобы определить доминанты перевода. Объем когнитивной информации, которую несет реклама, невелик. Это название фирмы, точное наименование товара, его технические характеристики, цена, контактные сведения (телефоны, адреса), обозначение сроков поставки, процент скидки и т. п. Оформляется эта информация с помощью нейтральной однозначной вне-контекстуальной лексики, близкой по характеристикам к терминам, а также с помощью цифр. Передача этих средств на язык перевода не представляет сложности, все они имеют однозначные эквивалентные соответствия. Сложность появляется сразу, как только когнитивный компонент – например название фирмы включается в какую-либо фигуру стиля, например, рифмуется с другим словом (что-нибудь вроде русской рекламы: «Батарейки Джи-Пи. Увидел – купи!»).
Основным фоном, на котором выступают языковые средства, оформляющие когнитивные, эмоциональные и эстетические компоненты информационного комплекса рекламы, как правило, является письменная литературная норма языка, но тот вариант, в котором она выступает, вобрал в себя многочисленные черты устной речи, кроме того, границы этой нормы в рекламе размыты и допускают отклонения как в сторону высокого стиля (редко), так и в сторону просторечия. Тем не менее в рекламе встречаются нейтральная лексика и нейтральный порядок слов.
Шире всего в любом рекламном тексте представлены эмоционально-оценочные средства, которые сопровождают характеристику продукта. Абсолютно преобладает положительная оценка, которая выражается прилагательными, наречиями и существительными с семантикой высокой степени качества, причем оценка эта часто гиперболизирована. Для выражения гиперболы положительной оценки служат грамматические средства, такие как превосходная степень прилагательных и наречий, а также лексические: наречия и частицы с функцией усиления, морфемы с семантикой усиления качества («сверх-», «супер-»), местоимения с обобщающей семантикой, которые распространяют суждение на всех представителей рода человеческого («О такой машине мечтает каждый»). Функцию гиперболы часто выполняют в рекламном тексте слова и выражения с окраской просторечия и жаргона («Я просто тащусь!»), а также лексика, близкая к высокому стилю («невыразимо», «дивный»). Из устного разговорного обихода в рекламу пришли количественные гиперболы («В сто раз лучше»).
Носителями эмоциональной информации являются модные слова, а также иностранные слова и выражения. Модные слова дают читателю дополнительный положительный эмоциональный импульс. Часть иностранных слов (сейчас в основном из английского) выполняют ту же функцию модных слов. Другие подчеркивают международный статус рекламного текста. Иногда иностранные слова служат средством экзотического обрамления характеристики продукта, отражая колорит страны происхождения (например, фразы на испанском языке в рекламе испанских вин или французские обороты речи в рекламе французских духов). Той же цели могут служить диалектальные включения в рекламный текст (фраза на швейцарском диалекте немецкого языка в немецкой рекламе швейцарского сыра). Иногда в рекламный текст включают известные изречения на иностранном языке (на латыни, французском и др.), которые импонируют читателю, поскольку рассчитаны на его высокую образованность, и таким образом его восприятие рекламного текста сопровождается дополнительными положительными эмоциями.
Мощным средством передачи эмоциональной информации в рекламе является и синтаксис. Мы уже отмечали, что в рекламном тексте встречаются предложения с нейтральным порядком слов. Но значительно чаще используется эмоциональная инверсия, риторические вопросы и восклицания, парцелляция, незаконченные предложения, синтаксический повтор (параллелизм). Вообще для рекламы характерен повтор на любом уровне – от фонемного до абзацного. Эффект неожиданности – важный аспект эмоциональной информации, которую несет реклама. Еще одно средство его создания – контраст лексики с различной стилистической окраской: нейтральная – просторечная, высокая – грубая и т. п.
И, наконец, самым большим разнообразием средств отличается оформление эстетической информации. Фонетический повтор, синтаксический параллелизм несут эстетическую нагрузку. Аллитерация и ассонанс, авторские парные словосочетания, игра слов, построенная на многозначности или стилистическом контрасте, рифма, ритм прозы, метафора, сравнение – далеко не полный перечень средств, которые «украшают» рекламный текст и заставляют читателя испытывать удовольствие от его формы.
Оперативная информация в современной рекламе эксплицирована лишь в малой степени (в рекламе начала XX в. она была основной); формы повелительного наклонения составляют малую долю текста; в качестве средства оформления оперативной информации может использоваться лексика с семантикой побуждения.
При переводе рекламы потери неизбежны, поэтому, как правило, рекламные тексты относятся к III группе переводимости. Среди доминант перевода рекламного текста приоритетное положение занимает лексика, оформляющая когнитивную информацию. По своим характеристикам она близка к терминологии (однозначна, нейтральна, независима от контекста) и передается с помощью однозначных эквивалентов. Прочие доминанты перевода можно признать равноправными, но при необходимости выбора переводчик старается передать в первую очередь те, которые служат дополнительными средствами выделения когнитивных компонентов: 1) эмоционально-оценочная лексика с семантикой положительной оценки передается вариантными соответствиями; 2) средства выражения гиперболы положительной оценки: превосходная степень прилагательных и наречий, наречия и частицы с функцией усилителей, морфемы с семантикой усиления качества, местоимения с обобщающей семантикой, оценочные высказывания с просторечной окраской, лексика, близкая к высокому стилю, количественные гиперболы разговорной речи – передаются соответствующими грамматическими и лексическими вариантными соответствиями; 3) модные слова передаются вариантными соответствиями, если в языке перевода такие же по значению слова являются модными, или компенсируются другими по значению модными словами языка перевода; 4) иностранные слова, обороты речи и цитаты переносятся в текст без изменений; 5) диалектальные слова и обороты компенсируются просторечием или нейтрализуются; 6) специфика синтаксиса: эмоциональная инверсия, парцелляция, незаконченные предложения, риторические вопросы и восклицания – передается грамматическими соответствиями; 7) повторы всех уровней: фонетический, морфемный, лексический, синтаксический – передаются всегда с сохранением принципа повтора, но при невозможности сохранить соответствующую фонему или соответствующее значение лексемы они заменяются на другие; если нет возможности сохранить количество компонентов повтора, число их уменьшают; 8) игра слов, метафоры, сравнения, авторские парные словосочетания и другие лексические фигуры стиля передаются с сохранением принципа построения фигуры или компенсируются другой фигурой стиля; 9) фон литературной нормы языка воспроизводится в той мере, в какой он присутствует в подлиннике с помощью вариантных соответствий; 10) стилистически окрашенная лексика: просторечие, жаргон, высокий стиль и др. – передается вариантными соответствиями с сохранением окраски, которая этой лексике присуща в подлиннике.
Наиболее значительное место в рекламном тексте занимают средства оформления эмоциональной информации, но отнесение его к примарно-эмоциональным текстам, как мы отмечали выше, весьма условно.

Вопросы для контроля

1. Назовите речевые жанры, присущие официально-деловому стилю.
2. Дайте краткую характеристику промышленной рекламе, патенту, инструкции.
Задания для контролируемой самостоятельной работы

3. Проанализируйте структуру Устава ООН с точки зрения речевого жанра и языковых средств его выражения.

ЛИТЕРАТУРА

Ванников Ю.В. Типы научно-технических текстов и их лингвистические особенности. М.: Наука, 1985.
Гальперин И.Р. Текст как объект лингвистического исследования. М.: Наука, 1981.
Ахматова О.С., Задорнова В.Я. Теория и практика перевода в свете учения о функциональных стилях речи. – В кн.: Лингвистические проблемы перевода. Сб. статей: М.: МГУ, 1981, С. 3-12.
Аполлова М.А. О системном подходе к языку // Тетради переводчика. Вып. 10. – М.: Междунар. отношения, 1973. – С. 14 – 30.
Бархударов Л.С. Уровни языковой иерархии и перевод // Тетради переводчика. Вып. 6. – М.: Междунар. отношения, 1969. – С. 3 – 12.
Бархударов Л.С. Текст как единица языка и единица перевода / Лингвистика текста : В 2-х ч. – Ч. 1. / МГПИИЯ им. М. Тореза. – М., 1974. – С. 40-41.
Голенков В.А., Сладковская Е.Н. Вехи смыслового анализа текста // Тетради переводчика. Вып. 11. – М.: Междунар. отношения, 1974. – С. 77 – 87.
Зинде М.М., Фридрих С.А. Качество перевода и стилистика текста // Тетради переводчика. М., 1989. – Вып. 23. – С. 23 – 31.
Комиссаров В.Н., Туровер Г.Я. Перевод как лингвистический источник // Тетради переводчика. Вып. 12. – М.: Междунар. отношения, 1975. – С. 19 – 32.
Комиссаров В.Н. Перевод и интерпретация //Тетради переводчика. Вып. 19. – М., 1982. – С. 3 –19.
Романов Г.С. Когнитивная лингвистика и единицы перевода //В сб.: Межкультурная коммуникация и лингвистические проблемы перевода. – Мн., 2001. – С. 37 – 43.
Рябов Г.П. К вопросу о разграничении сообщения и текста (переводческий аспект проблемы) //В сб.: Информационно-коммуникативные аспекты перевода. – Горький, 1986. – С. 85 – 96.
Савельева Г.Н. Об имплицитных моделях в переводе // Проблемы перевода текстов различных типов. – М., 1986., - С. 61 – 70.
Семенюк М.П. Директивность диалогического текста //В сб.: Проблемы перевода текстов различных типов. – М.: Междунар. отношения, 1986. – С. 46 – 61.
Фирсов М.С., Чербуленко А.Н. Тексты официально-делового стиля в обучении практике перевода // Проблемы обучения переводу в языковом вузе. Тезисы докладов I Междунар. научно-практической конференции, Москва, 16-17 апреля 2002 г. – М.: МГЛУ, 2002. – с. 52 - 54.
Цвиллинг М.Я. Качество перевода научно-технических текстов и проблема выбора эквивалента // Тетради переводчика. Вып. 23. – М.: Высшая школа, 1989. – С. 102 – 112.
Чернов Г.В. Чем текст перевода отличается от оригинального текста? // Перевод и коммуникация. – М., 1997. – С. 102 – 117.
Черняховская Л.А. Информационные компоненты текста как объект перевода // Тетради переводчика. Вып. 22. – М.: Высшая школа, 1987, – С. 30 –38.
Шатков Г.В. Стилистический анализ текста при переводе // Тетради переводчика. Вып. 16. – М.: Междунар. отношения, 1979, С. 40 – 51.
Швейцер А.Д. К вопросу о передаче специфики функционального жанра // Тетради переводчика. Вып. 6. – М.: Междунар. отношения, 1969. – С. 94 – 97.
Ширяев А.Ф. Перевод как объект комплексного научного изучения //В сб.: Лингвистические проблемы перевода.- М.: МГУ, 1981. – С. 68 – 79.
















13PAGE 14615


13PAGE 148315





узус

Языковая норма

«Сырая» частично
неправильная речь

Неправильная речь

Правильная речь

Узуальное
Способы выражения, полностью соответствуют речевой традиции

Антиузуальное
Ситуативно (контекстуально) неадекватные способы языкового выражения, резко диссонирующие с речевой традицией

Нейтральное
Не самые частотные и типичные в данной ситуации, в данном контексте средства языкового выражения, но не звучащие диссонансом

Языковая система



Заголовок 315

Приложенные файлы

  • doc 26644677
    Размер файла: 917 kB Загрузок: 7

Добавить комментарий