Билет 28. Первое послание ап. Петра


Билет 28: Первое послание апостола Петра. Личность апостола Петра. Богословие мученичества (2.19–25; 3.13–22; 4.1–2, 12–19; 5.8–9). Предвечный совет о спасении людей (1 Петр.1.18-20). Догмат о сошествии Христа во ад (3.18–20; 4. 6). Наставление пастырям (5.1–5). Наставление супругам (3.1–7). Отношение к светской власти (2.11–18). Главной внешней особенностью двух Соборных посланий — 1 и 2 Петр. — является уже сам факт, что они надписаны именем одной из самых великих и значимых личностей апостольского, т. е. первоначального периода истории Христианской Церкви. Будучи несколько различными по своему содержанию и стилистике, два послания апостола Петра по-разному проторили себе путь в канон Нового Завета: Первое — быстро и бесспорно, Второе — не сразу и не без сомнений (см. § 27). Они также по-разному оцениваются современной новозаветной наукой с точки зрения принадлежности непосредственно апостолу Петру.
Что касается Первого Послания, то предваряя краткий вводный разбор, можно сразу отметить его большую богословскую насыщенность, заметно близкую к учению апостола Павла. Речь идет прежде всего о том, сколь новым, славным и великим открывается путь спасения человека во Христе.
Среди Соборных посланий 1 Петр. имеет наиболее убедительный и очевидный авторитет авторства: ап. Петр имел к его написанию самое непосредственное отношение. Разве что, как признает сам апостол, он пользовался помощью Силуана (1 Петр. 5, 12). Силуан уже известен нам как спутник ап. Павла во 2-м миссионерском путешествии: Павел упоминает его в числе своих ближайших сотрудников в 1 и 2 Фес. (1, 1). Впрочем, в современной западной новозаветной науке рассматриваются и аргументы против непосредственного авторства ап. Петра в пользу более позднего авторства в рамках «школы» Петра.
Если допустить, что Силуан потрудился как секретарь, что он хорошо владел греческим и что при этом был наделен определенной свободой в изложении, то становится понятным, почему Послание, автором которого является «некнижный» (Деян. 4, 13), нуждавшийся, по свидетельству Папия, в переводчике на греческий язык галилейский рыбак Петр, написано на хорошем греческом языке с использованием богатого словаря и с точным цитированием Ветхого Завета в переводе LXX.
Что касается места написания, то о нем говорится в конце Послания:
Приветствует вас избранная, подобно вам, церковь в Вавилоне... (1 Петр. 5, 13)
Редко кто пытался истолковать «Вавилон» в буквальном понимании — как древний город в Месопотамии. Несерьезные попытки подобного рода предпринимались в Западной Европе лишь в годы Реформации — единственно с целью хоть как-то подорвать авторитет папского Рима. Как в прошлом, так и сегодня подавляющее большинство толкователей сходятся во мнении, что 1 Петр. написано в Риме. Такое убеждение имеет под собой массу аргументов самого разного рода: от параллелей с Откр., где под «Вавилоном» также подразумевается Рим (Откр. 17–18), до археологических свидетельств о древнейшем почитании ап. Петра в Риме.
60–65-е годы — наиболее вероятный промежуток времени, когда могло быть написано 1 Петр.: после того, как апостол пришел в Рим и до того, как он был казнен.
Адресат
... пришельцам, рассеянным в Понте, Галатии, Каппадокии, Асии и Вифинии, избранным... (1 Петр. 1, 1)
Используя терминологию, означавшую в Ветхом Завете избранный народ, рассеянный за пределами земли Израилевой («пришельцам, рассеянным»), и обращаясь явно к христианам из язычников, апостол тем самым сразу подразумевает, что они и есть избранный народ (ср. 2, 9), рассеянный и высланный («пришельцам») из своего небесного отечества, к которому стремится.Географически адресат определяется как области, образующие своеобразный полумесяц: юго-восточное побережье Черного моря (Понт), затем на юг через восточную Галатию к провинции Каппадокии, затем на запад к провинции Асия и, наконец, на север, вновь на побережье (юго-западное) Черного моря, к которому выходит провинция Вифиния.
Личность апостола Петра
Симон, который, став одним из Двенадцати, получил от своего Учителя прозвище «Камень» (по-евр. Кифа; по-греч. Pe/troj, Петр; см. Мф. 16, 18; Мк. 3, 16; Лк. 6, 14; Ин. 1, 42), всегда перечисляется первым в списке Двенадцати, причем с оговоркой «Симон, называемый Петром» или похожей (Мф. 10, 2 и пар.). Совершенно очевидно, что ап. Петр играл особую роль как в собрании учеников еще при земной жизни Иисуса, так и в жизни Христианской Церкви в первые десятилетия ее истории. Например, от лица учеников, т. е. Церкви, он исповедует Иисуса Мессией (см. Мф. 16, 16 и пар.); в утро Воскресения ангел особо выделяет его из числа учеников, когда повелевает женам-мироносицам сообщить о Воскресении Иисуса (см. Мк. 16,7).
Петр олицетворяет в Церкви апостольское иерархическое начало: в его лице Господь вверяет Церкви ключи Царства Небесного (см. Мф. 16, 19) и затем, воскресший, поручает ему пасти овец (Ин. 21, 15-17), т. е. верующих. Во время Пятидесятницы — в день, когда после вознесения Господа история Церкви начинает свой отсчет, ап. Петр произносит слово, которое, подобно крику глашатая, стало кратким и содержательным выражением сути христианской вести и христианской веры на все оставшиеся времена, отзываясь эхом в веках и тысячелетиях. Легко убедиться в лидирующей роли ап. Петра в раннехристианской Церкви, в том числе в Иерусалимской матери-церкви, перечитав Книгу Деяний, особенно первую ее половину, включая гл. 15, где рассказывается об Апостольском соборе.
Богословие мученичества (2.19–25; 3.13–22; 4.1–2, 12–19; 5.8–9)
Повиновение слуг господам и пример страданий Господних (2.19–25)
Свобода христианская это — свобода духовная, a не внешняя: она состоит в свободе от рабства греху, греховному миру и диаволу, но в то же время она есть рабство Богу и потому налагает обязанности, требуемые Словом Божьим. Следует избегать злоупотребления христианской свободой, перетолковывая понятие ο ней и прикрывая ей всякую разнузданность, чего и надлежит бояться христианам. Предостерегая от этого, Апостол, может быть, имеет в виду появившихся тогда лжеучителей-гностиков, которые под видом свободы проповедовали плотскую распущенность.
Призывая к терпеливому перенесению несправедливых страданий, Апостол указывает на пример Самого Господа Иисуса Христа (ст.20-25), и убеждает христиан “последовать стопам Его,” то есть, подражать Ему в терпеливом перенесении страданий.
Христос пострадавший, сошедший во ад, воскресший и вознесшийся (3.13–22)
Далее Апостол дает нравственные наставления всем вообще христианам, внушая им радоваться, если они страдают за правду, ибо “и Христос... пострадал за грехи наши, праведник за неправедных, быв умерщвлен по плоти, но ожив духом: которым Он и находящимся в темнице духам, сойдя, проповедал” (ст. 8-19).
Под этой “темницей,” как показывает употребленное здесь греческое слово, надо разуметь Ад, или “Шеол” — место, куда сходили, по верованию евреев, все души людей, умерших до пришествия Мессии. Это место в преисподней, то есть “под землей” или “внутри земли” — т.е. в “месте” мрачном и тесном. Это не ад в христианском смысле слова, как место вечного мучения грешников, но все же место, как показывает его название, стеснительное для души умершего, неприятное, нежелательное. Таким было это место до пришествия Христова для всех умиравших в Ветхом Завете людей, хотя, видимо, и там были все же разные степени, в зависимости от нечестия или праведности умерших. В эту “темницу” сходил Господь для проповеди ο совершенном Им спасении человечества. Это было призвание всех умерших до Христа и находившихся в шеоле душ ко вступлению в Царство Христово, причем покаявшиеся и уверовавшие без сомнения были освобождены из места их заключения и введены в открывшийся воскресением Христовым рай — место блаженства праведников.
По церковному преданию, эта проповедь Самого Христа в аду была предварена там проповедью ο Христе святого Иоанна Предтечи (см. тропарь его). “Некогда непокорным” — значит, что проповедь Христа Спасителя была обращена и к наиболее упорным грешникам, примером которых Апостол поставляет современников Ноя, погибших от потопа.
Из 4:6 можно заключить, что и из таких были спасшиеся проповедью Христовой в аду: “ибо для того и мертвым было благовествуемо, чтобы они, подвергшись суду по человеку плотию (то есть погибнув в водах потопа), они впредь жили (в Небесном мире) по Богу духом.”Этим Апостол подчеркивает и то, что проповедь Христова была обращена ко всем без исключения людям, не исключая и язычников и притом самых грешных из них (19-20):
«которым Он и находящимся в темнице духам, сойдя, проповедал, некогда непокорным ожидавшему их Божию долготерпению, во дни Ноя, во время строения ковчега, в котором немногие, то есть восемь душ, спаслись от воды».
От мысли ο потопе и ο спасшихся в ковчеге в 20 ст. Апостол переходит к таинству крещения, прообразом которого явился всемирный потоп.
В 21 ст. Апостол определяет существо крещения. Оно не есть “плотской нечистоты омытие,” подобное, например, многочисленным обрядовым иудейским омовениям, которые, очищая только тело, нисколько не касались нечистот душевных: оно есть “обещание Богу доброй совести.” Эти слова не значат, конечно, что благая совесть — только обещается в будущем. Именно в самом крещении очищается душа верующего, потому что дальше сказано, что “крещение спасает воскресением Христовым” (21). Апостол указывает здесь только на необходимость для крещенного решиться начать новую жизнью по совести.
Наставления христианам о неповинном злострадании (4.1–2, 12–19)
Вся четвертая глава посвящена нравственным наставлениям. Эти наставления основаны на мысли ο страданиях Христовых.
“Как Христос пострадал за нас плотию, то и вы вооружитесь тою же мыслью; ибо страдающий плотию перестает грешить” (ст.1). Вся эта глава пронизана мыслью ο терпеливом перенесении гонений за веру и ο необходимости побеждать злобное отношение врагов веры добродетельной жизнью.
“Страдающий плотью перестает грешить” — страдания телесные, будь они от добровольных подвигов и трудов или будь они от невольного страдания, например, от болезней или внешних притеснений — ослабляют страсти. Вместе с тем здесь выражена та же мысль, что и в 6-й главе послания святого Апостола Павла к Римлянам: ο том, что сораспявшийся Христу и как бы умерший с Ним умирает для греха и оживает для Бога. Апостол убеждает христиан не смущаться тем, что язычники злословят их за происшедшую в них коренную перемену в их жизни, напоминая, что они будут судимы Богом за их распутство (2-6):
«чтобы остальное во плоти время жить уже не по человеческим похотям, но по воле Божией. Ибо довольно, что вы в прошедшее время жизни поступали по воле языческой, предаваясь нечистотам, похотям (мужелож-ству, скотоложству, помыслам), пьянству, излишеству в пище и питии и нелепому идолослужению; почему они и дивятся, что вы не участвуете с ними в том же распутстве, и злословят вас. Они дадут ответ Имеюще-му вскоре судить живых и мертвых. Ибо для того и мертвым было благовествуемо, чтобы они, подвергшись суду по человеку плотию, жили по Богу духом».
Заканчивается 4-ая глава наставлением мученикам: “огненного искушения... не чуждайтесь” (12). Христиане должны безбоязненно исповедывать свою веру, не боясь злословия и страданий, но прославлять Бога за такую свою участь (13-19):
«но как вы участвуете в Христовых страданиях, радуйтесь, да и в явление славы Его возрадуетесь и вос-торжествуете. Если злословят вас за имя Христово, то вы блаженны, ибо Дух Славы, Дух Божий почивает на вас. Теми Он хулится, а вами прославляется. Только бы не пострадал кто из вас, как убийца, или вор, или злодей, или как посягающий на чужое; а если как Христианин, то не стыдись, но прославляй Бога за такую участь. Ибо время начаться суду с дома Божия; если же прежде с нас начнется, то какой конец непокоряю-щимся Евангелию Божию? И если праведник едва спасается, то нечестивый и грешный где явится? Итак страждущие по воле Божией да предадут Ему, как верному Создателю, души свои, делая добро».
Подобным образом и Апостол Павел ободрял христиан, терпевших гонения за свою веру: “Не страшитесь ни в чем противников: это для них есть предзнаменование погибели, а для вас — спасения. И сие от Бога, потому что вам дано ради Христа не только веровать в Него, но и страдать за Него” (Фил. 1:29).
Наставления пастырям и пасомым (5.8–9)
Пятая глава содержит наставления пастырям и пасомым, Апостольское благословение и заключительные приветствия. Апостол призывает к трезвению и духовному бодрствованию, указывая, что враг человеческого спасения диавол, “ходит, как рыкающий лев, ища, кого поглотить” — т.е. подобно свирепому льву, диавол, вечно дышащий ненавистью, стремится погубить всех неосторожных и легкомысленных. Противостоять ему надо прежде всего “твердою верою,” ибо вера соединяет со Христом, Которого диавол боится (5:8-9).
Предвечный совет о спасении людей (1 Петр.1.18-20)
«18 зная, что не тленным серебром или золотом искуплены вы от суетной жизни, преданной вам от отцов, 19 но драгоценною Кровию Христа, как непорочного и чистого Агнца, 20 предназначенного еще прежде создания мира, но явившегося в последние времена для вас».
Отрывок 1:13—2содержит общее указание о сообразовании жизни верующих с искуплением, совершенным во Христе. Он начинается с призыва к святости (1:13—17). Новозаветное понятие святости есть понятие посвящения. Потому все верующие, как посвященные Богу, называются святыми (ср. напр., обращения посланий: Римл. 1:7; 1 Кор. 1:2; 2 Кор. 1и др.). Посвящение Богу предполагает задание: посвященный Богу должен быть чист. В 1 Петр. 1:15-16 идеал святости есть святость Призвавшего нас, т. е. Бога Отца. Представляя собою полноту нравственного добра, она совпадает по содержанию с Правдою Божией в ее объективном понимании, в учении ап. Павла (ср. Римл. 1:17; 3:26). В основании святости, осуществляемой в жизни, лежит искупление, совершенное Христом (1:18—21). На следствиях искупления в жизни верующих ап. Петр и останавливается в 1:22—2:10. Христианская жизнь, имеющая начало в слове Божьем («словесное молоко» в 2:2), под которым ап. Петр разумеет проповеданное учение, получает выражение в любви и ведет ко спасению (1:22—2:3).
Догмат о сошествии Христа во ад (3.18–20; 4. 6)
В 1 Петр. содержатся два и притом наиболее отчетливые из немногочисленных
новозаветных упоминаний о сошествии погребенного Христа во ад перед Его тридневным Воскресением:
18 ... Христос, чтобы привести нас к Богу, однажды пострадал за грехи наши, праведник за неправедных, быв умерщвлен по плоти, но ожив духом, 19 которым Он и находящимся в темнице духам, сойдя, проповедал, 20 некогда непокорным ожидавшему их Божию долготерпению, во дни Ноя, во время строения ковчега, в котором немногие, то есть восемь душ, спаслись от воды (1 Петр. 3, 18-20).
Ибо для того и мертвым было благовествуемо, чтобы они, подвергшись суду по человеку плотию, жили по Богу духом (1 Петр. 4, 6).
В других новозаветных книгах лишь изредка встречаются мимолетные и краткие намеки на сошествие Христа в преисподнюю (см. Рим. 10, 7; Еф. 4, 9; ср. Флп. 2, 10) и о том, что Он с Собою воскресил мертвых (см. Мф. 27, 52; возм., Еф. 4, 8). И все же за этими скупыми, но недвусмысленными словами ап. Петра чувствуется некая непреложная правда, не имеющая ничего общего с мифотворчеством в плохом смысле слова.
Эта правда выражена на отточенном языке ветхозаветного Предания, очищенном в горниле еще ветхозаветного антиязыческого пафоса. В том, что Петр и его помощник, составлявшие послание, виртуозно и творчески владели ветхозаветным материалом, убеждает чтение послания в целом. Ясно, что та правда, которая выражена здесь так загадочно, имеет отношение к невыразимой Пасхальной вести о всесильной победе Христа над смертью. Неразрывно связана с
этим и тематика Крещения — ведь оно подобно смерти, т. е. сошествию во ад, переживаемому каждым умершим, и изведению его из ада Христом:
Так и нас ныне подобное сему образу крещение, не плотской нечистоты омытие, но обещание Богу доброй совести, спасает воскресением Иисуса Христа (1 Петр. 3, 21).
В посленовозаветный период (т. е. после написания новозаветных книг) в Церковном Предании этот специфический пасхальный мотив получил более широкое и подробное развитие, будучи, конечно, выражением глубокого богословского убеждения, что Воскресение Христово имеет универсальное, надвременное, общечеловеческое значение. Значительная часть подобного материала находится в сочинениях христианских авторов и в христианских апокрифах, начиная со II века.
Здесь необходимо напомнить (ср. § 27), что «среди апокрифических писаний,
пользовавшихся широким распространением в первые века христианства, были памятники очень разные как по происхождению, так и по содержанию... Некоторые апокрифические Евангелия, в частности те, что имели гностическое и еретическое происхождение, были осуждены Церковью и изъяты из употребления. В то же время те апокрифы, чье содержание не противоречило
церковному учению, хотя и не вошли в новозаветный канон, сохранились в Церковном Предании в опосредованной форме, многие их идеи вошли в богослужебные тексты, а также в агиографическую литературу».
Так, например, в апокрифическом «Евангелии от Петра» (первая половина II века) мы читаем о воинах, охранявших гроб погребенного Иисуса:
... вновь узрели они трех людей, из коих двое поддерживали третьего, и крест следовал за ними, и у двоих голова достигала неба, а у Ведомого ими голова была превыше небес. И с неба раздался глас: Проповедал ли Ты спящим? И в ответе послышалось с креста: Да!
Особенно подробно и развернуто тема сошествия Христа во ад и изведения (освобождения) оттуда умерших душ была развита в апокрифическом «Евангелии от Никодима» (глл. XVIII–XXVII), датируемом II–IV веками. Оно оказало «решающее влияние на формирование церковного учения по данному вопросу». Вот, например, какие строки мы можем там прочесть:
... Исаия сказал всем святым...: Разве не предсказал я вам, когда был в землях живых: „Мертвые проснутся, и те, кто в могиле, восстанут, и те, кто на земле, вострепещут от радости, ибо роса Господня их исцеление. И я сказал еще: „Ад, где твоя победа, смерть, где твое жало?
Все святые, услышав слова Исаии, сказали князю преисподней: Открой твои врата ныне, побежденный и низверженный! Ты лишился владычества своего...
И князь преисподней, видя, что дважды повторился этот голос, сказал, как бы не понимая: Кто этот Царь славы?
Давид, отвечая князю преисподней, сказал: Я знаю слова этого восклицания, ибо они те же, которыми пророчествовал я под наитием Его Духа. И теперь то, что я уже говорил, — я тебе повторяю: Господь Крепкий и Сильный, Господь Сильный в бранях, Сей и есть Царь славы, и Господь призрел с неба на землю, чтобы услышать вопли тех, кто в оковах, и освободить сыновей тех, кто были преданы смерти. И теперь, гнусный и страшный князь преисподней, открой врата твои, да войдет в них Царь славы.
Когда Давид говорил слова эти князю преисподней, Господь Величия снизошел в виде человека и осветил мрак вечный, и разрушил узы неразрывные, и помощь непобедимой силы посетила нас, нас, сидящих в глубине мрака греховного и в тени смерти грешников.
Князь преисподней, и смерть, и их нечестивые приспешники, видя это, были объяты ужасом и устрашены вместе с управителями своими, в своем собственном царстве, когда увидели ослепительное сияние яркого света и Христа, внезапно появившегося в их жилищах. И воскликнули они, говоря:
Ты нас победил. Кто Ты? Ты, Кого Господь посылает для нашего уничижения? Кто Ты, не боясь тления, непостижимым следствием Твоего величия ниспровергший наше владычество? Кто Ты, Ты великий и малый, смиренный и возвышенный, воин и вождь, чудный соперник под видом раба? Царь славы, мертвый и живой, принявший крестную смерть? Ты, Кто был мертвым
в гробу и сошел живым сюда к нам? И великая тварь содрогнулась при Твоей смерти, и все звезды поколебались, и теперь Ты свободный среди мертвых, и Ты поколебал наши легионы...
Нетрудно услышать здесь близкое идейное и временами даже буквальное созвучие со знаменитым Огласительным Словом свт. Иоанна Златоуста во Святую и Великую Неделю Пасхи:
Объятый смертью, Он угасил смерть. Сошед во ад, Он пленил ад и огорчил того, кто коснулся Его плоти. Предвосхищая сие, Исаия воскликнул: Ад огорчился, встретив Тебя в преисподних своих.
Огорчился ад, ибо упразднен! Огорчился, ибо осмеян! Огорчился, ибо умерщвлен!
Огорчился, ибо низложен! Огорчился, ибо связан! Взял тело, а прикоснулся Бога; принял землю, а нашел в нем небо; взял то, что видел, а подвергся тому, чего не ожидал!
Смерть! где твое жало?! Ад! где твоя победа?!
Другая несомненная литургическая параллель — богослужение Великой Субботы,
посвященное воспоминанию о погребении Спасителя и о Его сошествии во ад Вот,
например, только некоторые из многочисленных погребальных статей 17-й кафизмы (т.н. «похвалы», обращенные к погребенному Христу):
Животе, како умираеши? Како и во гробе обитаеши? Смерти же царство разрушаеши, и от ада мертвыя возставляеши?... Иисусе Христе мой, Царю всех, что ища к сущим во аде пришел еси? Или род отрешити человеческий?... Тебе положену во гробе, Создателю Христе, адская подвизашася основания, и гроби отверзошася человеком... Живота камень во чреве прием ад всеядец, изблева от века, яже поглоти мертвыя... На землю сшел еси, да спасеши Адама, и на земли не обрет сего, Владыко, даже до ада снизшел еси ищай (статии 2, 5, 16, 23, 25).
Обращаясь к Церковному (Православному) Преданию, выраженному в богослужении, можно привести еще огромное множество примеров подобного рода. Скажем лишь, что в предании о сошествии Христа во ад вера в Его Воскресение из мертвых тем самым становится верой во всеобщее воскресение, которое возможно только во Христе. Величание воскресшему Спасителю:
Велича1емъ тz2, живода1вче хрcте1, на1съ ра1ди во а4дъ сше1дшаго и3 съ собо1ю всz2 [т. е. всех] восресившаго.
Икона Воскресения в каноне Православной Церкви —изображение Христа, сходящего во тьму ада и простирающего руку древним праведникам.
Нельзя не сказать и о том, что за словами ап. Петра скрывается так или иначе осознаваемая христианская интуиция о возможности спасения тех, кто жил до Христа или даже вне Христа, не ведая Его, но повинуясь своим познаниям об Истине и о Боге.
Наставление пастырям (5.1–5)
Наставления 5:1—11 обращены к пастырям и пасомым, опять-таки, среди искушения страданием (ср. стр. 10). Пастыри в ст. 1 называются «пресвитерами», но рядом с ними ап. Петр ставит себя. как «сопресвитера». Из ст. 2 и слл. вытекает, что пресвитеры несли пастырское служение. Поэтому, в «пресвитерах» 1 Петр. 5нельзя видеть обозначения всего лишь возрастной группы в противоположность «молодым» ст. 5. «Пресвитеры» — это предстоятели Церкви. Но, ставя себя рядом с ними, Петр, по всей вероятности, хотел подчеркнуть и свое предстоятельское положение и свой преклонный возраст. Из стт. 2—3 можно вывести, что Петру были известны искажения пастырства, а ст. 5 показывает, что были нарушения церковной дисциплины и со стороны пасомых.
Наставление супругам (3.1–7)
Новый вопрос, на котором ап. Петр останавливается в 3:1—7, касается отношений между супругами. Как только что было показано, в построении послания он связан с тем, что ему предшествует. Учение 1 Петр. и в этой части обнаруживает полное согласие, с учением Ефес. (ср. 5:22—33), представляя, однако, в развитии Новозаветного откровения дальнейший шаг. В Ефес. ап. Павел имел в виду союз христианских супругов и, толкуя его, как отображение союза Христа, и Церкви, повелевал жене повиноваться мужу: так повиноваться, как Христу повинуется Церковь (Ефес. 5:22-24). В 1 Петр. 3и слл. этот долг повиновения распространяется и на жену-христианку в отношении мужа-язычника. Распоряжение ап. Петра вызвано соображениями Церковной икономии. Как ап. Павел в 1 Кор. (ср. 7:12—16), он думает о возможности обращения женою-христианкою мужа-язычника. Но в 1 Кор. о повиновении не сказано ничего. Если оно и подразумевается, то, во всяком случае, не подчеркнуто. Ударение на повиновении в 1 Петр. позволяет думать, что для Петра и в естественной тайне, брака приоткрывается мистическая тайна союза Христа и Церкви.
Отношение к светской власти (2.11–18)
Затронутая выше тема взаимоотчуждения христианского пути и нехристианской, а зачастую и антихристианской общественной жизни, имеет еще один немаловажный аспект. В 1 Петр. много говорится о необходимости соблюдать общепринятые социальные нормы и подчиняться государственному порядку:
13 ...будьте покорны всякому человеческому начальству, для Господа: царю ли, как верховной власти... 17 Всех почитайте, братство любите, Бога бойтесь, царя чтите. 18 Слуги, со всяким страхом повинуйтесь господам, не только добрым и кротким, но и суровым (1 Петр. 2,13. 17-18).
Эти увещания оттеняют разницу христианства как жизненного пути-странствия от жизни нехристианского общества и одновременно предполагают лояльное отношение к существующему государственному и общественному порядку. Они имели и имеет актуальнейшее звучание во все времена (в том числе и сегодня) и ставят вопрос: до какой все-таки степени простирается различие христианского достоинства и нехристианских т.н. общечеловеческих ценностей?

Приложенные файлы

  • docx 22944372
    Размер файла: 49 kB Загрузок: 11

Добавить комментарий