Стихи парнасцев


Теофиль Готье.
Симфония ярко-белогоС изгибом белых шей влекущих,
В сказаньях северных ночей,
У Рейна старого поющих Видали женщин-лебедей.
Они роняли на аллее
Свои одежды, и была
Их кожа мягче и белее,
Чем лебединые крыла.
Из этих женщин между нами
Порой является одна,
Бела, как там, над ледниками,
В холодном воздухе луна;
Зовя смутившиеся взоры,
Что свежестью опьянены,
К соблазнам северной Авроры
И к исступленьям белизны!
Трепещет грудь, цветок метелей,
И смело с шелка белизной
И с белизной своих камелий
Вступает в дерзновенный бой.
Но в белой битве пораженье
И ткани терпят, и цветы,
Они, не думая о мщеньи,
От жгучей ревности желты. Как белы плечи, лучезарный Паросский мрамор, полный нег,
На них, как бы во мгле полярной,
Спускается незримый снег.
Какой слюды кусок, какие
Из воска свечи дал Господь,
Что за цветы береговые
Превращены в живую плоть?
Собрали ль в небесах лучистых
Росу, что молока белей;
Иль пестик лилий серебристых,
Иль пену белую морей;
Иль мрамор белый и усталый,
Где обитают божества;
Иль серебро, или опалы,
В которых свет дрожит едва;
Иль кость слоновую, чтоб руки,
Крылаты, словно мотыльки,
На клавиши, рождая звуки,
Роняли поцелуй тоски;
Иль снегового горностая,
Что бережёт от злой судьбы,
Пушистым мехом одевая
Девичьи плечи и гербы;
Иль странные на окнах дома
Цветы; иль холод белых льдин,
Что замерли у водоёма,
Как слёзы скованных ундин;
Боярышник, что гнётся в поле
Под белым инеем цветов;
Иль алебастр, что меланхолий
Напоминает слабый зов;
Голубки нежной и покорной
Над кровлями летящий пух;
Иль сталактит, в пещере чёрной
Повисший словно белый дух?
Она пришла ли с Серафитой С полей гренландских, полных тьмой?
Мадонна бездны ледовитой,
Иль сфинкс, изваянный зимой,
Сфинкс, погребённый под лавиной,
Хранитель пёстрых ледников,
В груди сокрывший лебединой
Святую тайну белых снов?
Он тих во льдах покоем статуй,
О, кто снесёт ему весну!
Кто может сделать розоватой
Безжалостную белизну!

SOLVET SECLUM  (ГИБНЕТ МИР)Ты смолкнешь, темный гул, о голос бытия! 
Кощунства, черные, как стая воронья, Стенанья ужаса, и бешенства, и мщенья, Тысячеустый вопль извечного крушенья, Мученья, злоба, скорбь, плач боли и стыда, И дух, и плоть людей умолкнут навсегда! Всё смолкнет: и цари, и боги, и народы, Пещеры каторги и храмовые своды, Всё, что живет в лесах, в горах, в воде, на льду, Летает, прыгает и ползает в аду, Всё то, что прячется, всё то, что настигает, От смятого червя, который издыхает, До молний, рыщущих в неисследимой мгле! В одно мгновение всё смолкнет на земле. И то не будет вновь, в лучах иного края, Воскресшая заря утраченного рая, Беседа тихая Адама и Лилит, Не сон божественный, который всё целит; То будет в час, когда наш шар, еще несытый, Сорвавшись со своей чудовищной орбиты, Бессмысленный, слепой, в последний раз рыча, Свой непомерный груз всё исступленней мча, Об мир какой-нибудь, огромный сгусток праха, Несчастной скорлупой ударится с размаха И, проливая в ночь из неиссчетных ран Воды и пламени кипящий океан, Своею мерзостью в пустотах безыменных Вспоит незримые зародыши вселенных. 

Приложенные файлы

  • docx 23643014
    Размер файла: 18 kB Загрузок: 0

Добавить комментарий